№ 6 / 31 март

“Демо” / № 6 (25) / 31 март, 2005г.

В Ростове-на-Дону прошел Круглый стол по проблемам журналистики постконфликтного периода

Ашот БЕГЛАРЯН

13 – 15 марта в Ростове-на-Дону состоялся трехдневный Круглый стол по теме: “Журналистика в постконфликтных странах”, в работе которого участвовали представители Грузии, Армении, Азербайджана, Чечни, Дагестана, Абхазии и Нагорного Карабаха. НКР представляли редактор русской службы Общественного радио республики Сейран Карапетян и собкор агентства REGNUM в Степанакерте Ашот Бегларян.

Форум журналистов был организован ЮНЕСКО и Центром экстремальной журналистики Союза журналистов РФ. Открывая мероприятие, директор Московского бюро ЮНЕСКО Тамара Носенко отметила роль указанной международной организации в поддержке средств массовой информации в постконфликтных регионах, затронула проблемы становления и свободы СМИ, взаимоотношений средств массовой информации и властей.

Выступили также директор Центра экстремальной журналистики Олег Панфилов, представитель Института проблем информационного права Федор Кравченко, аналитик Центра экстремальной журналистики Михаил Мельников, директор ОЦ “Сова” Галина Кожевникова, которые охватили различные аспекты журналистики в постконфликтных странах, в частности, политический и правовой аспекты освещения конфликтов, международные стандарты постконфликтной журналистики. Состоялись дискуссии по таким вопросам, как ответственность прессы в постконфликтном регионе в мирный период, поведение журналиста в экстремальной ситуации, юридическая безопасность журналистов при освещении конфликтов, ангажированность прессы, правовая защищенность журналистов, клевета и оскорбления. Участники полемики в целом сошлись во мнении, что журналистика постконфликтного периода нередко адаптируется к государственной службе, сложившейся политической конъюнктуре и “говорить о независимой прессе в условиях войны трудно”.

Корреспондент популярного польского издания “Газета выборча” Марчин Войцеховский выступил на тему: “Журналистика постконфликтных ситуаций. Стандарты и методы освещения”. Он отметил, что в любом случае критерием “обычной журналистики” в “необычных условиях” должна быть объективность. “Журналисту нельзя напрямую участвовать в конфликте, он не должен становиться стороной конфликта. К сожалению, на пальцах одной руки можно сосчитать издания, которые сохраняют нейтралитет”, – сказал Войцеховский. Он поделился опытом становления независимой польской журналистики, отметив важность усилий по созданию экономической независимости СМИ.

15 марта организаторы Круглого стола работали только с чеченскими журналистами. В повестке стояли такие вопросы, как жанры современной журналистики, журналистское расследование. Отдельной темой разговора стала “Журналисты на чеченской войне: информационная война и информационная блокада”.

—————————————————————————————

Ростовские заметки

Сейран КАРАПЕТЯН

Удивительный город

Южная столица России, как именуют Ростов-на-Дону, начинает удивлять сразу же после посадки лайнера в одноименном аэропорту. Дело в том, что аэропорт расположен посреди города, а не на его окраине или за пределами, как это бывает обычно.

Приятно удивляет, что все вывески, объявления в городе исключительно на русском языке – в отличие от характерной для Карабаха моды на “иностранщину”. Поперек всех улиц, через каждые десять метров, висят транспаранты, но не с предвыборными лозунгами, как у нас, а рекламными объявлениями.

Странно, что в городе, численность населения которого еще в советское время перевалила за миллион, нет метрополитена, что заметно по огромному количеству автотранспортных средств, в основном, отечественного производства. Говорят, строительству метро мешают подземные воды. По другой версии, численность населения города специально занижалась, а с развалом СССР, естественно, дала знать о себе финансовая проблема.

Ростовские магазины открываются достаточно поздно и рано закрываются. Кстати, их не так много, как в Карабахе, а цены непосредственно в магазинах непомерно высоки, по крайней мере, для наших зарплат.

Непривычными были для нашего слуха частые объявления в подземках и иных общественных местах об угрозе терактов и необходимых мерах безопасности.

Приятно изумил Дон, действительно тихий, каким назвал его Михаил Шолохов, памятник которому стоит на набережной великой казачьей реки.

Круглый стол

Организаторами журналистского форума явились ЮНЕСКО и Центр экстремальной журналистики СЖ РФ. Экспертом последнего в НКР является президент Степанакертского пресс-клуба Гегам Багдасарян, благодаря усилиям которого и имело место участие карабахских журналистов.

В течение двух дней (третий день Круглого стола был предназначен исключительно для чеченских журналистов) были заслушаны и обсуждены различные  доклады.

Хочется привести некоторые интересные мысли, прозвучавшие в них:

Галина Кожевникова:

– в условиях войны, когда доминирует пропаганда, трудно говорить о независимой прессе;

– чеченофобия в российской журналистике присутствует лишь в кризисных ситуациях, а кавказофобия устойчива.

Михаил Мельников:

– отсечение журналистом в своих материалах радикальных позиций – один из способов содействия урегулированию конфликтов;

– историческая память – не лучший помощник при решении межнациональных конфликтов.

Олег Панфилов:

– говорить об этическом кодексе журналистов в неправовом государстве бессмысленно. В таких случаях в роли этики выступает совесть;

– государственная пропаганда не может быть этичной, а лишь бессовестной;

– наличие множества журналистских организаций, как, к примеру, в Азербайджане, где их 69, говорит о нестабильности общества и разногласиях среди журналистов.

Кстати, Олег Панфилов, являющийся директором Центра экстремальной журналистики, осудил развязанную в Азербайджане информационную кампанию против журналиста Эйнуллы Фатуллаева, посетившего Нагорный Карабах. “Это не красит азербайджанских журналистов”, – отметил Панфилов.

Польский феномен

Белую зависть вызвал у всех участников Круглого стола, в том числе – российских, доклад корреспондента оппозиционной польской “Газеты Выборча” Марчина Войцеховского.

120-истраничная ежедневная газета издается тиражом в пятьсот тысяч экземпляров. В редакции действует жесткое правило: все сотрудники, включая главного редактора, обращаются друг к другу на “ты”. Среднемесячная зарплата журналистов издания – тысяча долларов, не считая дивидендов от проданных акций газеты. Самоокупаемость и успехи “Газеты Выборча” польский журналист объяснил высоким уровнем профессионализма и менеджмента.

Встречи с земляками 

Несмотря на напряженный график работы Круглого стола, нам удалось встретиться с предствителями армянской общины Ростова-на-Дону.

В первый же вечер нас навестил доктор журналистики Александр Акопов, знакомый Ашота по писательской линии. Он показал нам все достопримечательности Ростова, связанные, в том числе, с армянской историей. Мы побывали в Нахичевани-на-Дону – ныне Пролетарском районе города, в армянской церкви Сурб Хач. Главный редактор местной армяно-русской газеты “Нор дар” Вреж Восканян сообщил нам о том, что в области две действующие армянские церкви, около восьмисот детей посещают армянские воскресные школы. Удалось нам встретиться и с выходцем из Мартакертского района Самвелом Налбандяном – главным редактором популярной газеты “Жизнь”.

По официальным данным, в Ростовской области проживает 110 тысяч армян, по неофициальной версии – в три раза больше. Существуют отдельные поселения жертв известной антиармянской операции “Кольцо” – бывших геташенцев и мартунашенцев.

Кстати, по возвращении в Карабах мы застали письмо Александра Акопова, пересланное по электронной почте, в котором сообщается, что многие ростовские армяне в обиде на профессора из-за того, что не успели встретиться с земляками, то бишь с нами, и “из первых уст” почерпнуть информацию о сегодняшней жизни в Карабахе.

Вместо резюме 

Основным итогом Круглого стола в Ростове-на-Дону стало личное общение журналистов, налаживание каких-то творческих контактов. В частности, мы договорились со многими из участников форума, в том числе и азербайджанскими коллегами, относительно обмена материалами.

Кроме того, был получен определенный объем теоретических знаний о современной методике освещения конфликтов, ее практического применения.

Главным выводом, к которому пришли участники Круглого стола за два дня  работы, был следующий: журналисты не должны становиться непосредственной стороной конфликтов, а всячески содействовать своей деятельностью их разрешению.

Добавлю, что в скором времени будут подготовлены и изданы книжная и аудиоверсия материалов ростовского Круглого стола.

—————————————————————————————–

SOS / Всем, всем, всем

Информация, которой я считаю необходимо поделиться

Лейла ЮНУС директор
Института Мира и Демократии, Баку

Со мной встретился мой  дальний родственник, которого я не видела на протяжении нескольких лет, но которому абсолютно и полностью доверяю.

Он рассказал буквально следующее:  его пригласил на встречу его друг детства, который в настоящее время имеет тесные связи со спецслужбами Азербайджана и попросил предупредить меня, так как  с детства знает, что мы дальние родственники, чтобы я была осторожной, так как спецслужбы располагают информацией о ряде готовящихся террористических актов. В ряду намеченных жертв есть и мое имя.

Я спросила, какую цель имеет эта информация? Меня хотят запугать? Хотят, чтобы я замолчала? Он сказал, что так не думает. Я выбрана, потому что широко известна как общественный деятель-женщина, и мое убийство вызовет необходимый резонанс.  Есть и другие имена, но ему назвали только мое и попросили предупредить. Я спросила,  почему его друг передал через него мне эту информацию? Он ответил, что  «среди них есть и порядочные люди». Он попросил быть максимально осторожной, и возможно, этого удастся избежать.

Я являюсь одним из создателей и лидеров национально- демократического движения в советском Азербайджане. Активно занимаюсь общественно-политической деятельностью с 1988 года. За все эти годы я ни разу не получала подобных предупреждений.

24 марта, 2005 года

——————————————————————————————-

беседка

Колокол звонит по своим

Интервью с видным российским американистом, главным редактором журнала «США – Канада», профессором, доктором исторических наук Эдуардом Александровичем ИВАНЯНОМ, которое он любезно дал газете «ДЕМО»

«ДЕМО»: Господин Иванян, будучи недавно в США, Вы в своих публичных лекциях затрагивали ситуацию в государствах Южного Кавказа в свете американской политики. Нашим читателям было бы интересно ознакомиться с Вашим мнением о внутриполитической ситуации в Армении и о роли США и России в развитии этой ситуации.

– Я с удовлетворением отмечаю, что США стали более серьезно относиться к Армении, все более понимая, что методы, применяемые в отношении других государств Восточной Европы, неприемлемы и тщетны для Армении, которая, несмотря на многие проблемы, представляет собой более сильное государство. В своих лекциях и дискуссиях я пользовался сведениями, которые получаю от моих коллег и друзей в Армении – хороших и добросовестных экспертов. Я по известной причине ежедневно знакомлюсь с информацией об Армении и надеюсь, хорошо представляю ее политические проблемы.

Оппозиционный блок партий очень серьезно готовится к весеннему политическому периоду. Предполагается, что оппозиции удастся собрать большое число митингующих, но вряд ли это число достигнет критической массы. Возможно, будет собрано не более 30-40 тысяч человек – это максимум. Вопрос даже не в численности, а в содержательности этого слоя. Нет сомнений, что это будут безнадежно деклассированные элементы, дежурные группы. Этим контингентом революции не делаются. Но нужно сказать, что митингующие – это один из трех основных ресурсов оппозиции.

Другим ресурсом являются внешние финансовые дотации. По этому вопросу имеется полная ясность и спонсоры постарались, чтобы на этот раз данные денежные потоки были бы максимально легализированы. Основными кассирами являются три фонда – Маркатура, Сороса и «Национального Института Демократии» (Вашингтон). В финансировании оппозиции принимают участие наиболее богатые армянские семьи в США и Бельгии. Средства передаются отчасти легально – то есть за сомнительные интеллектуальные услуги; отчасти совершенно незаконно – то есть наличными, посредством частных лиц. Совсем недавно в келейных кругах возникла информация о некоем гражданине Канады, который под видом выполнения проекта какой-то протестанской организации нелегально ввез в Армению 300 тысяч долларов в политических целях. В определенной мере легализация помощи происходит предоставлением оппозиции даров – оргтехники, респектабельного транспорта, сумм для аренды помещений в различных частях столицы и провинциях.

Третьим ресурсом является пропаганда и давление извне на власти в Армении. Из бесед с американскими экспертами можно было понять, что участие Армении в программах НАТО и иракском проекте воспринимается в Вашингтоне как принципиальная уступка. Дело в том, что логика участия Армении совершенно не связана с данной задачей. Армения обеспокоена гонкой вооружений в регионе (теперь уже и с участием Грузии) и вынуждена сделать все, чтобы не допустить значительного отставания. Представители Объединенного комитета  штабов очень предупредительны и постоянно пытаются лоббировать Армению в Пентагоне, где ее не любят. Генералитет питает симпатии к Армении – в отличие от наших соседей,  и это подкупает наших офицеров. То есть все дело в совокупности прагматизма, опасений и психологического комфорта. Но, выяснив истинное положение дел, американские дипломаты вновь начинают нападки и провокации. Нужно сказать, что политическое руководство Армении все же научилось игнорировать данное давление, хотя пару раз возникала тихая паника. Приобретенный опыт возымел действие, и все три ресурса оппозиции можно рассматривать как неполноценные. Оппозиция не имеет перспективы и не может оставаться в загоне. Она должна действовать – хотя бы для самосохранения и сбора средств для более-менее комфортного существования. Несмотря на более благоприятные ожидания, содержащиеся в рапортах российского посольства, все лидеры оппозиции никак не связывают свою деятельность с политикой России и достаточно тесно сотрудничают с США (не Западом, а именно с США). Оппозиционеров можно понять, потому что Россия так и не предложила ничего конкретного и обязующего. Вообще же, перед армянской общественностью стоит важнейшая задача – создание новых политических и общественных организаций: более солидных, честных, принципиальных. Нынешняя оппозиционная канитель всем изрядно надоела. Никто никому не верит, сами себе не верят и это единственное, что они правильно делают.

Хотелось бы обратить внимание на то, что США не отказались от цели давить на руководство РА, но, несомненно, разработали план абсорбции Армении. Выдвигаются три-четыре момента: США не оказывают давления на НКР и даже делают намеки о возможном частичном признании; США согласны работать и с недемократичным Р. Кочаряном – при условии взаимопонимания (это может оказаться очень важным); США закрывают глаза на отношения Армении с государствами Ближнего Востока; США не возражают против армяно-российского сотрудничества и предполагают утвердить практику совместного с Россией военного присутствия в странах Центральной Евразии – но иначе, чем в случае с Кыргызстаном. Американцы считают, что это идеальные условия для Армении. Это могло бы быть так, если бы не одно условие. Каким образом эта схема будет выглядеть через 5 – 10 лет? Армения не располагает политическими и экономическими ресурсами для того, чтобы проводить более-менее самостоятельную политику при таком раскладе, когда США будут доминировать во всем регионе, а присутствие России станет так или иначе формальным.

Общаясь с представителями армянских общественных организаций в США, я был удивлен, что они совершенно игнорируют роль Турции, которая пытается манипулировать политикой – не только США, но и России, причем не только в отношении Армении в общем плане, но и в сфере внутриполитических процессов. В Армении и в армянской диаспоре считается, что Турция – противник, и на этом вопрос завершается. Противник всегда действует, и иногда – весьма коварно. Поэтому, анализируя внешнеполитические и внутриполитические проблемы, всегда нужно учитывать и турецкий фактор. Турция убеждается, что Армения не гибнет, а становится на ноги, совершенствует свои вооруженные силы, принимает участие в международной интеграции. Турция не может примириться с этим. Постоянная «головная боль» в политике – страшная вещь. Часто совершается много глупостей, поэтому все же нужно работать непосредственно и с Турцией.

Отношения с Россией пока складываются хорошо, делается много важного и стратегически значимого для нас, имеют место постоянные политические консультации, официоз России последовательно выполняет обязательства по внешней политике. В Армении научились спокойно воспринимать «предательскую» позицию России в евроструктурах – по отношению к Турции и Азербайджану. Российское руководство будет поддерживать Р. Кочаряна и его команду всеми имеющимися возможностями. Довольно сильное лобби, которое создано Азербайджаном в Москве, практически не в состоянии решить ни одну задачу, направленную против Армении. Вместе с тем примечательно, что друзья Армении в США и в России придерживаются совершенно иных принципов, отражая интересы своих государств, что и позволяет им эффективно работать длительное время.

Нужно сказать, что провластный блок политических групп дезорганизован и совершенно не в состоянии совместно действовать. Реально существует не очень популярная группировка, включающая власти плюс три политические партии, а также некоторые общественные группировки. Проблема в том, что данные партии не имеют опыта проведения коалиционной политики и между ними нет достаточно адекватного договора и регламента. Возможно, три партии понимают, что настало время переосмысления их взаимоотношений и отношений с властями. Но у них нет альтернативного варианта политической деятельности. “Дашнакцутюн”, “Республиканская партия” и партия “Правовое государство” исчерпали коалиционную схему.  В этом состоит основная проблема властной коалиции и самой власти. Видимо, удастся сохранить коалицию и отношения с президентом, но насколько это будет адекватным в перспективе? Единственным продвижением коалиции явилось то, что внешняя политика сейчас в большей мере согласуется с данными партиями. Президент Кочарян не сумел и не очень хотел создать новую коалицию – с привлечением более широкого спектра националистических организаций, могущих выдвинуть новые инициативы. Происходит игнорирование «новой организованности» в обществе, «новых интересов». Официальная информация выглядит абсолютно несостоятельной, правительство страны в нужном свете не демонстрирует даже свои политические и экономические успехи, что связано с тотальным игнорированием необходимости применения политических технологий.

Тем не менее, в окружении президента есть люди, настроенные на применение радикальных мер против оппозиции и это очень опасно, потому что это будет осуществляться в отрыве от общей государственной политики. Этим кругам очень важно не просто провалить актуальную оппозицию и вновь выставить ее на посмешище, а на этот раз уничтожить ее, превратить в отработанный материал. Вместе с этим, между партиями правящей коалиции нет должной согласованности по многим важным вопросам внешней и внутренней политики. Практически нет реальных, серьезных  попыток найти общие решения с оппозицией. Неразбериха во внутренних делах приводит к непониманию внешнеполитических задач. Это – неприятная ситуация, и она может привести к несогласованности в политике. В таких условиях Армения очень уязвима перед внешними влияниями.

В Армении опаздывает ротация политических элит, которая должна произойти, несмотря на положение политического застоя. Это касается всего политического класса, провластных партий и оппозиции, да и общественно-политических сил более широкого спектра. Политические элиты Армении представляют постсоветскую ментальность, но этот период прошел. В этом «революционном» сценарии большую роль мог бы сыграть президент Кочарян, который уже в какой-то мере имеет опыт конструирования правящей коалиции, но, видимо, он лично не заинтересован в «резких движениях».

ДЕМО: Эдуард Александрович, насколько возможна реализация в Армении грузинского или украинского сценариев?

– Это совершенно невозможно. Наряду с фактором внешнего влияния, грузинский и украинский народы, очевидно, не до конца реализовали свою политическую волю, поэтому-то и произошли эти «революции». Народ Армении и Нагорного Карабаха совершил уникальную в СССР национальную революцию, одержал победу в национально-освободительной борьбе и в 1998 году исключил из актуальной политики политическую группировку, которая оказалась слишком зависимой от внешних сил. Армении незачем идти на радикальные шаги для самореализации, есть другой путь – создание сильного государства, гражданского общества и благополучной экономики.

Однако в целом ситуацию в Армении можно определить  как неприглядную, весьма уязвимую, что, конечно же, связано с тем, что экономическое и социальное положение в стране далеко от благоприятного. Армения сделала только первые шаги в достижении экономического успеха.  Главной политической проблемой Р. Кочаряна является создание новой правящей коалиции, дееспособной и более принципиальной. Но нужно ли это Кочаряну, учитывая, что он переживает второй президентский срок? Любой другой претендент на президентский пост из нынешней команды Кочаряна несомненно проиграет, сделав ставку на нынешнюю трехпартийную коалицию. Коалиция проиграла, как проиграла и оппозиция. Колокол звонит по своим.

Москва, февраль 2005

————————————————————————————–

В Арцахе создается новая партия

Председатель инициативной группы по созданию партии «За Нравственное Возрождение» Мурад ПетросЯн подтвердил, что 2 апреля сего года в г. Степанакерте состоится учредительный съезд партии “За Нравственное Возрождение”.

– У всех партий почти одинаковые красивые программы. Чем вы отличаетесь от других? Почему бы не объединиться и не образовать в НКР 2-3 крупные партии?

– У нас совсем иное видение сложившихся реалий и выходов из них. Партия “ За Нравственное Возрождение” в своей деятельности первым долгом исходит из того, что если мы, народ  Арцаха, в кратчайшие сроки, в ближайшие год-два, не предпримем исключительных шагов по коренному обновлению всего государственного и общественного устройства, то войны – которая для нас очень нежелательна – нам не избежать.

Мы не имеем права жить и действовать так, как живут и действуют все республики в пространстве СНГ: топчась на месте или двигаясь черепашьими шагами. У нас лимит во времени. Сложившееся статус-кво не может тянуться долгие годы.

Мощной силой, по объективным причинам, мы не можем стать; но стать крепким, собранным, цельным общественным организмом, вызывающим уважение и симпатии у мирового сообщества, у нас есть возможность. Пока что есть…

Связывать надежды (как это делают все) в вопросе урегулирования карабахской проблемы на успешную дипломатию, на успешные выступления армянских лидеров с высоких трибун или сверхлогические аргументации ученых – правоведов, историков и политологов – это, мягко говоря, наивно. Судьба государства – тем более, провозгласившего независимость, непризнаваемую мировым сообществом, и к тому же находящегося на линии разлома межцивилизационного противостояния – зависит от морально-психологической пригодности и выносливости – не Героев, не единиц, а Обывателя, среднестатистического человека.

Всякое людское сообщество первым делом должно стремиться к устойчивому морально-психологическому состоянию, ибо это – главный элемент из всех образующих прочную основу цельного общественного организма. Главнее экономики, армии, инвестиций, «рабочих мест»… Главнее – то есть первичнее. Такого рода социальный организм есть предел мечтаний всякого народа и государства, ибо «желудок» такого общественного организма переварит всякую собственную проблему… Если не больше.

– Как вы собираетесь достичь поставленной цели?

– Все обывательское психологическое мышление, ставшее традиционным, подлежит изменению в соответствии с установлениями Природы, а не учениями гениальных мыслителей, пророков и религиозных откровений.

В отличие от властей и большинства политических и общественных сил, ПНВ не может и не хочет понять, как можно на полпути национально-освободительной борьбы жить роскошно или лояльно относиться к роскошной жизни?

Когда нас ждет новая война, тратить средства на развлечения и бессмысленные ритуалы – это все равно, что заваливать оборонительные траншеи мусорными отходами. Да к тому же большинство этих богатств приобретено за счет общенародной государственной казны.

А сколько средств, заразившись от богатых, следуя моде и обычаям, тратит простой смертный – на свадьбы, дни рождения и иные торжества; на похороны, семи- и сорокодневки, годовщины, надгробные памятники?.. А как же ему, бедолаге, быть? Так ведь принято во всем обществе: “Что скажут соседи, люди, дети, дяди, тети?” И приходится бедняку и середняку, чтобы не выглядеть «белой вороной», да ради чад своих, залезать в долги, увеличивая тем самым существующую социальную напряженность и отчужденность. Потом сколько хочешь пой про «Единство – в котором Сила»…

– Это очередной этап для достижения главной цели. Но конкретно – с каких практических действий вы намечаете начать работу?

– Базовым началом нашей деятельности является: собрать воедино, по камушкам,  большинство граждан, тяготеющих к Долгу и Правде – качества, которые придают человеку моральный авторитет среди сограждан. Если это нам удастся, то остальное пойдет своим ходом.

Из дальнейших конкретных шагов, например, в случае победы наших идей, отметим, что роскошь – силой закона и общественного мнения – должна стать тягостью… Не должны строиться хвастливые хоромы, покупаться дорогие иномарки стоимостью в среднюю фабрику или цех и т. п. Эти деньги должны работать на экономику, а не на удобную и красивую жизнь. Удобно будем жить после… А сейчас всем надо затянуть пояса. Не бедствовать, но и не шиковать!

—————————————————————————————-

Американо-российский “заговор” по Карабаху 

интервью с Джеральдом Чальяном  Джеральд ЧАЛЬЯН (Gerald Chaliand) – один из ведущих политологов и аналитиков Франции, специалист по проблемам региональной безопасности, хорошо знаком с проблемами региональных конфликтов, консультирует правительство Франции и европейские структуры, автор многих публикаций. Господин Дж. Чальян любезно согласился дать интервью для «ДЕМО», которое мы сегодня предлагаем читателю. 

ДЕМО:  Господин Чальян, в чем причина активизации политических процессов, касающихся карабахской проблемы? Можно ли утверждать, что возникла некая новая политическая ситуация, в чем ее качественная характеристика?

Дж.Ч. Вопреки многим утверждениям, связанным с недовольством деятельностью Минской группы ОБСЕ, обвинениям ее в неспособности сдвинуть с места процесс урегулирования, данная структура в действительности продемонстрировала высокую эффективность своей работы и, конечно же, подтвердила смысл и основания своего существования. Если Минская группа по тем или иным причинам прекратит существование, ситуация не просто выйдет из-под контроля, но и наступит тяжелый региональный кризис, который затронет и Запад, и Россию, и региональные державы. В результате длительного существования Минская группа накопила большой информационный и политический багаж; была проведена большая аналитическая работа, в которой участвовали не только дипломаты и политики, но и талантливые европейские и американские эксперты. Минская группа пришла к принципиальным заключениям, что легло в основу политики государств-сопредседателей: Франции, России и США. Три мировые державы, отличающиеся по своим геополитическим интересам, придерживающиеся во многом различных политических позиций, пришли к идентичным результатам в оценке ситуации и проводят практически единую политику. Это уникальный пример в современной международной политике. Можно выдвинуть и гораздо смелое предположение, что опыт участия в работе Минской группы предопределил политику данных и других государств Запада в отношении аналогичных региональных конфликтов.

Можно согласиться с мыслью о том, что возник некоторый американо-российский «заговор» вокруг карабахской проблемы, заключающийся в том, что Нагорный Карабах не может быть под контролем Азербайджана и возвращения к прошлому нет. В связи с этим, смысл данного «заговора» заключается в том, чтобы «привести» Азербайджан и Армению к пониманию необходимости признания новой реальности.

Но данная реальность не устраивает европейских политиков, которые решили создать альтернативный путь в разрешении карабахской проблемы, осуществить политико-идеологический «удар» по позиции сопредседателей Минской группы. Эта цель как никакая другая соответствует общим задачам европейских структур, которые направлены на расширение геополитических и геоэкономических сфер влияния.  Только в этом аспекте и можно говорить о новой ситуации и новых инициативах в отношении Нагорного Карабаха.

ДЕМО: Можно ли тогда утверждать, что имеет место конкурентная борьба между ведущими мировыми центрами силы? Каковы могут быть последствия этой борьбы для НК? Насколько формализирован этот американо-российский «заговор», каков уровень договоренностей между США и Россией? Какова же позиция Франции как ведущей европейской державы?

Дж.Ч. Конкурентная борьба очевидна, что выражается во многих формах в политической, экономической и идеологической сферах. Данная борьба происходит на протяжении десятилетий, она начата во времена Д. Эйзенхауэра, Ш. де Голля и К. Аденауэра. Но, видимо, пик данной борьбы наступил в период югославского кризиса, и далее острота американо-европейских отношений обострилась после прихода к власти в Вашингтоне команды так называемых неоконсерваторов. Данная борьба будет иметь длительную перспективу и нужно согласиться с точкой зрения, которая существует в Армении относительно того, что политика, политические приемы команды Дж. Буша являются шансом для Армении и Нагорного Карабаха. Политика Буша в отношении локальных и иных конфликтов принимает универсальный характер и заключается в «приведении» сторон конфликта к решению – даже ценой кровопролития и больших материальных затрат. Примером данной политики служит ситуация в израильско-палестинском конфликте. США последовательно привели Израиль и палестинцев к ситуации кошмара и тупика. Но нельзя утверждать, что США не пытались остановить вооруженную конфронтацию. Команда Буша хорошо изучила порочность политики Клинтона на Балканах, где мир привязан к внешнему военному присутствию, и разработала другие методы. В Нагорном Карабахе другая ситуация. В этом регионе возможно достижение нового национально-государственного размежевания без продолжения военных действий. Исходя из интересов армян Нагорного Карабаха, разумеется, позиция европейцев выглядит менее адекватной. Но и европейская позиция должна быть рассмотрена более подробно и профессионально. Непопулярная среди армян резолюция ПАСЕ при более подробном рассмотрении мало чем отличается от позиции США или России. В завуалированном виде сторонам конфликта предлагается прийти к пониманию новой реальности и к необходимости предоставления Нагорному Карабаху суверенитета. Но европейцам нужно, по крайней мере, внешнее отличие их позиции, а иначе в чем смысл их инициатив и резолюций?

В отношении уровня «заговора» нужно понимать, что пока нет никакой формализации. Но США и Россия располагают достаточными возможностями для такой договоренности – то есть, «заговора» по умолчанию. Для этого имеются дипломатические контакты. Это обычная практика в международных отношениях. Но уровень договоренностей может быть только на самом высоком уровне. Поэтому какие-то частные случаи, позиции отдельных политических групп исключены. Несмотря на возрастающую конфронтацию между США и Россией и напряженность, которая была продемонстрирована на встрече в Братиславе, по карабахской проблеме не происходит никаких изменений позиций обеих государств. На одной из международных конференций высокопоставленный азербайджанский дипломат очень смело утверждал, что в Братиславе многое выяснится и даже ожидается начало процесса возвращения Нагорного Карабаха Азербайджану. Видимо, в регионе имеется непонимание политической реальности. То есть имеется в виду «заговор», принимаемый по умолчанию по всей совокупности позиций и интересов.

Относительно позиции Франции можно сказать, что политика нашей страны и ее интересы на Южном Кавказе и в соседних с ним регионах предполагают солидарность Франции с данным американо-российским «заговором». Франция рассматривает Южный Кавказ как зону своих долгосрочных интересов, но, в отличие от США и России, она является лидером европейской политики и не может демонстрировать свою позицию, отличающуюся от европейской. Франция предпочитает занимать позицию, аналогичную американской и российской, оставаясь лояльной Европе.

ДЕМО: Можно ли сделать вывод, что данный «заговор» направлен против европейского сообщества? Какие силы в Европе наиболее заинтересованы отнять у карабахских армян шанс на приобретение политической независимости?

Дж.Ч. Этот вопрос принадлежит к наиболее сложным в политическом анализе, так как относится не только к карабахской проблеме и даже не только к региональным проблемам. Ответить на данный вопрос – означает раскрыть одну из важнейших и кардинальных проблем европейской политики. Изначально данная позиция США, России и, в известном смысле, Франции не направлена против кого-либо, особенно – в Европе. Данная позиция связана с незаинтересованностью, прежде всего, США и России в возникновении военных действий на Южном Кавказе. И США, и Россия стремятся усилить свои позиции в регионе, а война способна нарушить планы и американцев, и русских. В этом случае ответственность европейцев окажется минимальной. Силовые возможности США на Южном Кавказе пока крайне ограничены, участие России в предотвращении эскалации военных действий приведет к вмешательству НАТО и США. Непонятно, как будет вести себя Турция, как отреагирует Иран на возможную активизацию Турции. Все это не оставляет перспектив для обеспечения безопасной эксплуатации нефтяных источников и транспортировки нефти в направлениях, которые соответствуют стратегическим интересам США. Когда демократический президент Грузии, протеже США Михаил Саакашвили попытался развязать войну в Южной Осетии, имея такие намерения и в Абхазии, американцы довольно убедительно указали грузинскому лидеру рамки, в которых он имеет право проводить политику. Этот эпизод очень важен для рассмотрения ситуации в конфронтационной зоне Нагорного Карабаха.

В Европе сложились определенные левые силы, которые, будучи связаны с либеральной интеллигенцией и постмодернистской элитой, пытаются утвердить определенный политический стиль, распространить не совсем ясно сформулированные европейские ценности на соседние регионы. Важно то, что если ранее британские левые не очень-то стремились участвовать в формировании политики европейских левых либералов, то сейчас ситуация изменилась, и во многом под влиянием команды Тони Блэра. Данные лево-либеральные круги, которые во Франции, Италии, Германии, Голландии, Бельгии и Швеции гораздо влиятельнее, чем в Великобритании, и оказали решающее влияние на известную резолюцию ПАСЕ. Можно уверенно предположить, что позиция данных политических сил совершенно несостоятельна и в действительности является плохой копией на более прагматическую политику европейских правых. Правые в Европе, в союзе с католиками и правоцентристами, пытаются скопировать политику команды Дж. Буша и при этом сделать свою позицию, отличительную от американской. Это бессмысленная идея, так как девиантность неизменно приводит не только к провалу, но и ложится тяжелым грузом на участников конфликтов. Правоконсервативные силы в Европе выступают за предоставление независимости Косово и разделение Боснии на три государства. Левые в основном выступают против этой идеи. Но важно то, что данные идеологические убеждения в Европе будут меняться. В европейской политической жизни многое замешано на конъюктурных задачах. Но армянская политика в Европе может быть особенно эффективной. Это не вызывает сомнений.

ДЕМО: Как оценивается политика Армении политологическими кругами на Западе, насколько она эффективна, насколько приемлема доктрина «комплиментаризма», которая провозглашена руководителями Армении – как основа внешней политики? Каково место Нагорно-Карабахской Республики в армянской политике?

Дж.Ч. По внешней политике Армении на Западе нет каких-либо подробных исследований. Некоторые интересные выводы по политике Армении делаются в самой Армении, в Турции и в Азербайджане. Сложились определенные оценки армянской политики, включающие стремление Армении поддерживать отношения с различными центрами власти, роль организаций армянской диаспоры, концентрацию внимания армянства на Нагорном Карабахе. Из известных не стереотипных, а реальных оценок армянской политики можно сделать следующую расстановку плюсов и минусов. Высказывания об ограниченности экономических и политических ресурсов для проведения внешней политики Армении совершенно необоснованны. У армян имеется все для проведения внешней политики. Армяне занимают важные позиции в четырех важнейших мировых центрах власти: США, Европе, Ближнем Востоке и России. Эти позиции имеют много предпочтительных характеристик и недостаточно используются. Наряду с этим условием имеется другая, быть может, более важная оценка армянской политики. Армения не научилась предпринимать внешнеполитические инициативы. Армения продолжает «отвечать» на вызовы внешнего мира и это выглядит очень ущербно. Долго такую политику проводить невозможно. Это ущербно и опасно. Быть может, меня осудят в Армении за следующие выводы, но это нужно сказать. Главным минусом армянской политики (как политики Армении, так и политики организаций в диаспоре)  является то, что сложился хронический интеллектуальный дефицит, особенно по проблемам внешней политики. Именно во внешней политике, как и во внешних контактах, эта характеристика армянства проступает особенно явно. Но интеллектуальная ущербность проходит красной лентой по всему армянскому обществу. Это стало следствием недостаточности качества гуманитарного образования. Армянские интеллектуалы на самом деле ремесленники, нет авангардных идей, сложился псевдомодернизм, который проник и в политику, сделав политические идеи карикатурами. Главная ущербная псевдо-модернистская идея – возможность договориться с Турцией путем отказа от международного признания армянского геноцида. Эта идея называется как угодно – современной, прагматической, и даже патриотичной, но только не реальной.

Независимая Армения получила много политических кредитов, которые возникли из предыдущей истории армянского народа. Можно сказать, что ей предоставлен «глобальный кредит». Но как бы ни был глобален этот кредит, он иссякает, причем – с ускорением. Азербайджан, чье национальное мировоззрение, характеризующееся отсутствием прочного духовного стержня, не опирающегося на целостную культуру,  далеко от целостности и фундаментальности, пытается разработать внешнюю политику, накапливая эмпирические элементы. Азербайджанское общество на самом деле глубоко трагично. Можно только изумляться, что имея проблему Карабаха, много духовных и культурных задач, азербайджанское общество пришло к осознанию такой национальной идеи, как идея нефти. Это просто катастрофа. Армения заинтересована, чтобы Азербайджан наконец-то состоялся как нация, как общество, как культура. Но Армения, имея огромный культурный пласт, пребывает в интеллектуальном убожестве. Мне показали ряд сборников политических текстов армянских авторов. Это сплошная эмпирика, хотя в них содержится некая творческая попытка преодолеть порочное для политики вертикальное мышление.

Сейчас все больше дает знать о себе определенный феномен. Внешней политикой Армении занимается огромное число армян во всем мире. Быть может, это и есть пока выход из создавшейся ситуации. В этой связи доктрина политики «комплиментаризма» может стать весьма эффективной, но –  если будет иметь место не только комплиментаризм, но и политика. Большая неприятность заключается в том, что Армения не обладает ни хорошей политической информацией, ни политическим анализом. Общаясь с армянскими политиками, можно прийти к выводу, что, одевая костюмы от самых дорогих кутюрье, они не могут выговорить названия этих фирм. Армянские руководители плохо представляют себе, какие  политические процессы в реальности происходят в мире, принимая ежедневную газету как абсолютный источник информации. Есть только один способ совершенно игнорировать внешнюю политику – иметь хорошую, боеспособную армию: очень хорошую и очень боеспособную. Но даже Чингиз-хан имел хорошую внешнюю политику.

Существование второй армянской республики в Нагорном Карабахе дает возможность для эффективного маневра во внешней политике. Понятно, что в столь небольшом социуме не может быть достаточных сил для разработки и проведения внешней политики. Если бы Карабахская армянская республика была бы калькой от Монако или Андорры, то проблем не было бы. Но перед Нагорным Карабахом стоят очень сложные задачи. Нагорному Карабаху предстоит стать международным прецедентом по созданию учреждений и способов проведения внешней политики в условиях международной непризнанности. Этот эксперимент может быть интересен международному сообществу и в этом случае можно ожидать внешней поддержки.

(Перевод с французского и подготовка материала Анаит ГЕВОРГЯН) 

——————————————————————————————-

взгляд

Изучение опыта Северной Ирландии: отчет о поездке грузинских политических деятелей

С 15 по 23 января в Великобритании с визитом находились восемь грузинских политических деятелей – представителей правительства, парламента, Национального совета безопасности, правительства Абхазской автономной республики и гражданского общества.  Это люди, непосредственно отвечающие за вопросы, связанные с урегулированием конфликтов, которые пытается разрешить грузинское руководство. Главная цель визита состояла в том, чтобы познакомиться с мирным процессом в Северной Ирландии. Группа планировала встретиться с участниками переговоров и извлечь полезные уроки из их опыта.

Несмотря на то, что мирный процесс в Северной Ирландии время от времени испытавал определенные сбои и проблемы, за последние десять лет были достигнуты значительные успехи.  К концу 2004 года политические партии Северной Ирландии, а также правительства Великобритании и Ирландии были близки к заключению соглашения, которое привело бы к разоружению ИРА и возвращению полномочиий Североирландской законодательной ассамблее. Однако соглашение захлебнулось на механизме контроля и проверки процесса разоружения.  Это привело к давлению на Ирландскую республиканскую армию (ИРА), усилившемуся после произошедшего в Белфасте крупнейшего налета на банк, который приписывался ИРА.  Пока неясно, как будут преодолены возникшие трения, но представляется важным изучать не только позитивные аспекты мирного процесса, но и совершенные в нем ошибки для того, чтобы избежать их повторения в будущих переговорах.

Одна из отличительных черт североирландского конфликта заключается в том, что 15 лет назад большинство сторон-участниц конфликт -: британское правительство, североирландские политические партии и полувоенные группировки двух общин – были готовы пойти на диалог с некоторыми из участников процесса, но считали, что договариваться об урегулировании конфликта с другими сторонами – не только бессмысленно, но и опасно.  Они считали эти стороны неспособными на компромиссы и верили в то, что решение проблемы может быть найдено только через оказание сопротивления и использование силы для  давления на своего оппонента.  Но постепенно стало возникать понимание того, что такая стратегия лишь укрепляет позицию их противника и затрудняет достижение собственных целей.  В результате обе стороны пересмотрели свою стратегию и сегодня даже самые непримиримые из них готовы рассматривать возможность работы со своими противниками в рамках одного правительства.  Грузинская делегация хотела понять, как протекал данный процесс и можно ли применить какие-либо заключения из североирландского опыта к неурегулированным конфликтам, которые вынуждены сегодня решать грузинские власти.

Встречи

Участники познакомились с широким спектром влиятельных и авторитетных лиц – участников мирного процесса в Северной Ирландии. Они обсудили начало процесса с лауреатом нобелевской премии Джоном Хьюмом, которого традиционно считают лидером умеренного национализма, но который всегда считал своим приоритетом  достижение мирного урегулирования, приемлемого для всех сторон.  Хьюм отметил, что любое решение конфликта должно основываться прежде всего на принципах соблюдения прав человека.  Грузинская группа встретилась и с ирландским сенатором Мартином Мансером, советником сегодняшнего, а также многих предыдущих премьер-министров Ирландии по вопросу Северной Ирландии.  Подобно Хьюму, Мансер принимал участие в первоначальных переговорах, которые способствовали формированию нового мышления как среди полувоенных группировок республиканцев, так и внутри британского и ирландского правительств.  Группе удалось встретиться с еще одним участником первых стадий мирного процесса – активистом местного сообщества Денисом Бредли.  Денис пользовался доверием всех сторон благодаря тому, что не занимал никаких официальных должностей и не обладал официальными полномочиями и, следовательно, мог с успехом выступать в качестве фасилитатора нового мышления.  В настоящее время Денис Бредли является заместителем председателя Правления Полиции Северной Ирландии. Он познакомил гостей с созданными в правоохранительных органах Северной Ирландии структурами, цель которых состоит в том, чтобы заручиться доверием обеих общин – как националистов, так и лоялистов.

Для того, чтобы увидеть процесс глазами полувоенных группировок, члены делегации познакомились с людьми, близкими этим организациям и знакомыми с их позицией.  В лагере республиканцев такой фигурой является Алекс Маски, главный “кнут” (парламентский партийный организатор) близкой к ИРА партии Шин Фейн.  В качестве первого мэра города Белфаста от республиканской общины, Маски пошел на шаги, которые демонстрировали признание им ценностей простестантов и всей юнионистской общины.  Например, он выразил готовность возложить венок к памятнику героям двух мировых войн несмотря на то, что его собственные сторонники рассматривали этот жест как признание вооруженных сил, которые они считают армией захватчиков и угнетателей. Группа встречалась и с бывшим заключенным, представителем республиканской общины, который сегодня работает в качестве активиста местного сообщества и хорошо знаком с насущными проблемами националистов.  Он координирует ряд проектов, цель которых – налаживание контактов и улучшение взаимопонимания между общинами националистов и юнионистов.  Он рассказал о том, как опасения общины играют роль сдерживающего момента для лидеров республиканского движения, заставляя их вступать в диалог со своими сторонниками, а не просто навязывать им новое виденье ситуации.

Что касается лагеря лоялистов, то участники поездки встретились с лидером Прогрессивной Юнионистской Партии (ПЮП) Дейвидом Эрвайном. Эта маленькая, но влиятельная партия занимается политическим анализом ситуации для одной из лоялистских полувоенных группировок, Силы Добровольцев Ольстера. Сам Дейвид в прошлом тоже был членом этой группировки и отсидел тюремный срок за свою деятельность.  Интересно отметить, что Дейвид является еще одним примером того, как многие активные участники вооруженного противостояния, находившиеся на передовой конфликта, сегодня первыми готовы строить новые отношения со своими оппонентами. Это объясняется отчасти тем, что они сами испытали последствия насилия, и отчасти их большей уверенностью в своей идентичности и в своей позиции.  И с другой стороны, те, чья повседневная жизнь не была напрямую связана с конфликтом, нередко являются наиболее воинствующей и непримиримой частью общины. Возможно, причина в том, что они меньше пострадали от последствий конфликта или более остро ощущают угрозу, исходящую от их оппонента, которого они либо совсем не знают, либо знают лишь по тому образу, который создают  СМИ и которым их пугают их собственные политические лидеры.

Красной нитью через все встречи проходила мысль о том, что для того, чтобы община могла успешно вести переговоры с  другой стороной, в ней должен царить дух уверенности  и уважения к оппоненту. Это особо подчеркнул представитель британского правительства Крис Маккейб.  Крис является государственным чиновником, политическим директором Министерства по делам Северной Ирландии – департамента Великобритании, отвечающего за  ее политику по Северной Ирландии.  Крис был участником всех предпринимавшихся с начала 70-х годов правительственных инициатив, работал со всеми политическими партиями, обеспечивая преемственность со стороны британского правительства.  Он является одним из двух секретарей британо-ирландского межправительственного органа.  Эта интересная структура занимается координацией связей между Великобританией и Ирландией, а также между Северной Ирландией и Ирландской республикой. Ее деятельность способствует выработке новых альтернативных решений  вопроса сувернитета через создание областей совместных компетенций.  Группа также познакомилась с Реем Бассеттом, секретарем межправительственного ведомства с ирландской стороны, который представил ирландский взгляд на переговоры и предложил грузинской делегации передать ирландскому правительству их взгляды на текущую ситуацию в Грузии и проблемы, стоящие перед грузинским руководством.

Последняя встреча была с Джеффри Дональдсоном, политиком-юнионистом, который в разное время являлся членом обеих ведущих юнионистских партий.  В качестве члена команды от партии Ольстерских Юнионистов (ЮПО) он участвовал в переговорах 1996-98 годов, а на недавних переговорах представлял Демократическую Юнионистскую Партию (ДЮП).  Он выступил с критикой  договоренности, достигнутой подписанием Белфастского соглашения – из-за внесенных в него в последнюю минуту изменений, которые, по его мнению, делали Соглашение несостоятельным. Хотя Дональдсон всегда был убежденным сторонником переговоров как способа решения конфликта, он не настолько наивен, чтобы не понимать опасности, которую несут в себе переговоры.

Группа также познакомилась с профессором политических исследований Ольстерского университета Полом Артуром, ведущим комментатором и экспертом в области североирландской политики.  Артур обрисовал общий контекст и выделил ключевые элементы предворявшего переговоры процесса, а также объяснил, почему стороны проявили готовность пойти на компромиссы, с которыми обычно связаны переговоры.

P.S. Визит был спонсирован Rapid Reaction Mechanism of the European Union и организован Conciliation Resources. 

“Ресурсы примирения”, февраль, 2005 года

——————————————————————————————-

Кому на руку доклад мониторинговой миссии ОБСЕ

Наира АЙРУМЯН

За все время нахождения Нагорного Карабаха в составе Азербайджанской ССР по отношению к нему проводилась дискриминационная демографическая политика, основной целью которой было уменьшение численности армянского населения и увеличение азербайджанского населения. Особо откровенные формы подобная политика приняла с назначением на должность первого секретаря ЦК компартии Азербайджана Гейдара Алиева. Министр внутренних дел Азербайджана Рамиль Усубов представил политику Алиева в Нагорном Карабахе следующим образом: «Можно без преувеличения утверждать, что лишь после прихода Гейдара Алиева к руководству Азербайджана карабахские азербайджанцы почувствовали себя полными хозяевами края. Все это вызвало приток в Нагорный Карабах азербайджанского населения из окружающих районов – Лачинского, Агдамского, Джабраильского, Физулинского, Агджабединского и других районов». Сам же Алиев так охарактерезовал основные цели своей политики в бывшей НКАО: «Для сохранения территориальной целостности Азербайджана мы в то время большое внимание уделяли Карабаху. Правда, некоторые дилетанты обвиняли меня в этом. Я делал так, потому что, во-первых, НК нужно было заселить азербайджанским населением, во-вторых, не дать возможности армянам поднять этот вопрос».

Комитет по экономическим, социальным и культурным правам Экономического и Социального Совета ООН (ECOSOC) выражает обеспокоенность фактами незаконного захвата беженцами и насильственно перемещенными лицами имущества и собственности, которая принадлежит армянам и другим нацменьшинствам в Азербайджане. Об этом говорится в опубликованном 26 ноября 2004 года Комитетом периодическом докладе о выполнении Азербайджаном пунктов Международного Договора об экономических, социальных и культурных правах. Комитет рекомендует руководству Азербайджана гарантировать выплату компенсации или альтернативного жилья армянам и представителям иных этнических меньшинств, чьи квартиры были незаконно заселены беженцами. Государственная политика Азербайджана по заселению беженцев из Армении впечатляет. Данная политика осуществляется на основании указа ныне покойного президента Азербайджана Гейдара Алиева от 2001 года “О решении проблем расселения азербайджанцев, изгнанных со своих исторических земель на территории Армении в результате проводимой армянскими националистами этнической чистки”. В указе отмечается, что с 1987 года, после известных событий вокруг Нагорного Карабаха, “более 250 тысяч наших соотечественников были поэтапно изгнаны из родных очагов и стали беженцами”. В Указе также приводится распоряжение Гейдара Алиева, предназначенное к исполнению целым рядом государственных структур, а именно – обеспечить предоставление земельных участков в бывших армянонаселенных селах Шаумян и Вериншен (новые азербайджанские названия – Ашагы Агджакенд и Юхары Агджакенд) более 1000 азербайджанцев, проходящих по спискам Госкомитета по делам беженцев. В документе указывается, что в указанных селах уже построено 140 домов, а 222 готовятся к сдаче в эксплуатацию.

Параллельно с принятием доклада ECOSOC власти Азербайджана инициировали включение в повестку Генассамблеи ООН вопроса о положении дел “на оккупированных территориях”. Проект резолюции, представленный азербайджанскими властями в ООН, затрагивает в числе прочих вопрос заселения этих территорий армянами. В результате, уже в феврале 2005 года ОБСЕ сформировала мониторинговую группу, которая целую неделю беспрепятственно ездила по освобожденным районам и на днях представила доклад по итогам мониторинга. Как это ни странно, довольны докладом как в Азербайджане, так и в Армении.

В связи с тем, что Миссия ОБСЕ по сбору фактов официально представила отчет Постоянному Совету ОБСЕ, МИД Армении выступил с заявлением.

“Армения считает, что самым главным достижением миссии по сбору фактов является то, что она положила конец обвинениям со стороны Азербайджана”, – подчеркивается в заявлении.

В начале этого процесса Азербайджан заявлял, что:

а. Территории вокруг Нагорного Карабаха чрезмерно заселены. В разное время число поселенцев колебалось от 30.000 до 300.000.

б. Республика Армения непосредственно и намеренно вовлечена в так называемый процесс заселения и даже проводит государственную политику заселения – с бюджетными ассигнованиями.

в. Подавляющее большинство поселенцев являются гражданами Армении или представителями Диаспоры.

Отчет же Миссии по Сбору Фактов подтверждает следующее:

а. “Общее заселение очень ограничено”. “Нет никакого очевидно организованного переселения, никакого недобровольного переселения, никакой вербовки”.

“… население, которое Миссия по Сбору Фактов опросила, насчитала или заметила, составляет: в районе Кельбаджар – приблизительно 1500 человек; в районе Агдам – от 800 до 1000 человек, в районе Физули – менее 10 человек; в районе Джебраил – менее 100 человек, в районе Зангелан – от 700 до 1000 человек; и в районе Кубатлы – от 1000 – до 1500 человек… Что же касается Лачина, то по подсчетам Миссии по Сбору Фактов во всем районе живет менее чем 8000 человек”.

б. Согласно заявлению сопредседателей: “Миссия не установила, что такое заселение является результатом целенаправленной политики со стороны правительства Армении”. В соответствии с Отчетом, “Миссия по Сбору Фактов, не увидела никакого свидетельства непосредственного участия в чем-либо со стороны властей Армении на территориях”.

в. Поселенцы, которые нашли пристанище на этих территориях, в основном выходцы из азербайджанских районов.

“Миссия по Сбору Фактов заключила, что подавляющее большинство поселенцев являются перемещенными лицами с разных частей Азербайджана, в частности, с Геташена Шаумянского района, в данный момент находящегося под азербайджанским контролем, и с Сумгаита и Баку”.

“В свете этих заключений мы отмечаем, что общее число поселенцев незначительно, при этом учитывая тот факт, что число армянских беженцев в результате конфликта составляет 400 000. Если не считать проживающих в Лачинском районе, то число поселенцев действительно незначительно. Сопредседатели отметили, что “в предыдущих переговорах Лачин рассматривался как отдельный вопрос”, поскольку он является гуманитарным коридором и обеспечивает безопасность Нагорного Карабаха”. Без него Нагорный Карабах останется изолированным анклавом. Лачин рассматривается отдельно в переговорном процессе, учитывая его географические и политические реалии, а также его важность с точки зрения безопасности. Более того, сопредседатели заявляют: “…большинство опрошенных Миссией по Сбору Фактов выразили желание возвратиться в покинутые ими места…”

Армения по просьбе властей Нагорного Карабаха обратилась к Постоянному Совету ОБСЕ с просьбой обсудить вопрос об организации новой Миссии по сбору фактов для аналогичной объективной оценки ситуации в бывших густонаселенных армянами районах, которые сейчас находятся под азербайджанским контролем: такие районы, как Северный Мартакерт и Восточный Мартуни Нагорного Карабаха и Шаумяна. Состоявшийся процесс Миссии по Сбору Фактов начался потому, что Азербайджан заявлял, что есть политика намеренного, массового и организованного заселения, которая нанесет вред переговорному процессу. Армения согласилась способствовать проведению миссии по сбору фактов, а Азербайджан в свою очередь дал согласие не предпринимать никаких шагов по своей резолюции ООН и приостановить эту инициативу”, – говорится в заявлении МИД Армении.

В свою очередь, замминистра иностранных дел Азербайджана Араз Азимов отметил, что миссия подтвердила многие факты, представленные ей азербайджанской стороной.  Так, по сведениям правительства Азербайджана, на оккупированных территориях расселено 20-23 тыс. человек. Миссия приводит цифру 15-16 тыс. человек. “Азербайджан в целом достиг цели”, – считает А. Азимов. Он напомнил, что инициируя обсуждение данного вопроса на 59-й сессии Генассамблеи ООН, Азербайджан стремился привлечь внимание мирового сообщества к фактам заселения Арменией оккупированных территорий. Азимов обратил внимание на то, что доклад Миссии был представлен в Постоянный совет ОБСЕ с сопроводительным письмом сопредседателей Минской группы ОБСЕ. В этом послании содержится требование прекратить дальнейшее заселение оккупированных территорий. В письме сопредседателей содержится призыв к донорским организациям оказать помощь в возвращении расселенных на территории Азербайджана армян обратно в Армению.

На вопрос, будет ли Азербайджан добиваться повторного включения данной темы в повестку дня 59-й сессии Генассамблеи, А. Азимов сказал, что Баку будет настаивать на переходе этого вопроса в повестку дня 60-й сессии.

В Нагорном Карабахе не прозвучало официальных оценок доклада миссии ОБСЕ. Свое мнение по этому поводу высказал представитель Армянской Революционной Федерации Дашнакцутюн в Арцахе Гриша Айрапетян. По его словам, его партия всегда выступала за то, что освобожденные территории не могут стать предметом торга и даже обсуждений. Он отметил, что Карабах должен быть заинтересован в освоении этих территорий, которые являются не только гарантом безопасности населения Карабаха, но и жизненно важным залогом его социального существования. По словам лидера карабахских дашнаков, то, что на освобожденных территориях нет фактов государственной программы заселения, может быть использовано против Карабаха: не секрет, что многие на Западе утверждают, что эти территории не контролируются властями Карабаха и могут быть использованы в криминальных целях. «Границы Нагорно-Карабахской Республики обозначены кровью наших ребят, и эти границы должны быть зафиксированы в Конституции», – сказал Гриша Айрапетян.

—————————————————————————————-

человек и его проблемы

Шаг назад?..

Карине ОГАНЯН

Люди уезжают и приезжают. В основном – за лучшей жизнью. Приезжающих встречаем с распростертыми объятиями, уезжающих провожаем с сожалением – с друзьями всегда трудно расставаться. Поводом для этой статьи стало два таких сожаления – два разных человека независимо друг от друга подумывают о том, чтоб уехать из Карабаха. Один из них – врач Эдуард Каграманян, второй – прошедший войну режиссер карабахского ТВ Вардгес Улубабян. В этой ситуации обиднее всего то, что каждый из них – профессионал и специалист в своей области.

Акушер-гинеколога Каграманяна Эдуарда знают многие. Независимое и свободное суждение,  современные подходы в жизни и главное – в работе. Таких специалистов немного. Тем более в Карабахе, где кадровая “скамейка запасных” часто пустует… К чему такое предисловие? К тому, что сегодня специалист-гинеколог Эдуард Каграманян – фактический безработный. Он и обратился к нам с тем, чтоб поделиться своими проблемами.

– Два года жил в Москве. Правда, работал не по специальности, но хорошо устроился и был доволен этим. Потом в Москве от министра здравохранения Зои Лазарян узнал, что в Степанакерте ожидается открытие женского центра здоровья. Фактически, мне было предложено приехать сюда и возглавить работу этого центра – наверно, с  учетом моего 10-летнего стажа работы в сфере материнства и детства. О работе жены я не беспокоился, потому что за два года в Степанакерте так и не появился врач-инфекционист.

Вот так мы сдали там квартиру, отказались от работы и приехали. Я – человек ответственный и привык выполнять обещания. Когда по приезде я позвонил министру, она сказала, что перезвонит попозже – возникли проблемы… Потом сложилась нелепая ситуация – фактически, мне предложили должность, а приехав сюда, я обнаружил, что на это место назначен другой человек. После долгого ожидания министр наконец пригласила меня и я получил по сути “смешное” предложение –  место дежурного врача в роддоме (это только ночные дежурства) на договорной основе, как сегодня в роддоме оформлены пенсионеры. Я, конечно, не принял это предложение, потому что считаю, что все таки заслужил большее. А 18 января я написал официальное заявление о трудоустройстве. Прошел установленный законом срок в месяц, но я так и не получил официального ответа. Через неделю после окончания срока, 23 февраля, я направился в министерство за положенным мне письменным ответом. Мне объяснили, что ответа нет, поскольку штатное расписание пока не утверждено. Это был конец первого квартала нового года, и я так и не понял, чем занимаются люди с зарплатой в 250 тысяч! После того, как я настоял на письменном ответе, я его получил. Мне предлагалось место либо в Мартакерте, либо в Мартуни. Я был поражен, потому что должен работать в районе при том, что люди родом оттуда, учебу которых оплачивали эти же районы, сегодня спокойно работают здесь, а я, будучи коренным горожанином,  должен оставить свою родину и ехать туда…

– В принципе, ты не можешь пожаловаться, потому что формально тебя обеспечили работой. Ведь по большому счету, нарушен лишь некий негласный этический кодекс? И что в этом случае ты собираешься предпринять дальше?

– Естественно, я не собираюсь  в тот или иной район. Моя жена работает здесь, а что касается меня – то я считаю, что заслужил право работать в своем родном городе. Скорее всего, попытаюсь открыть свой частный кабинет, хотя в таких условиях это немного сложно сделать… Наверняка, возникнут проблемы с лицензией. Мне до сих пор звонят пациенты, и мне хочется помочь им. Наверно, с этой целью я и основал НПО “Happy famili” (”Счастливая семья”) – так будет легче привлечь партнеров, чтоб  в определенные дни устраивать бесплатные приемы.

– Сегодня в Карабахе для многих найти любую работу – большая радость. Но есть профессионалы, которые не соглашаются на малое – им не хочется останавливаться на достигнутом. Их во многом не устраивает жизнь тут, и они вынужденно подаются в другие края, к чужим берегам… Вот так меня недавно поразило, что отсюда подумывает уехать мой друг Вардгес Улубабян – человек, безгранично любящий свою Родину… У тебя тоже возникали подобные мысли?

– Мне кажется, если кто-то решает уехать отсюда – у него бывают на то определенные причины. Наверняка, каждый индивидуальный случай можно оправдать. Перед тем как уехать отсюда, у меня здесь была репутация и хорошая работа. Но не все люди живут в одном темпе. Есть такие, кто немного опережает свое время. Может быть, что я снова  захочу уехать. И будет жаль, конечно, потому что я связываю надежды со своей дальнейшей работой именно здесь, на Родине. Мне хотелось бы открыть здесь что-то новое в плане диагностики, обследований… Это очень важно, потому что для сдачи элементарных анализов многие вынуждены бывают уезжать в Ереван… Я уже не говорю о более сложных вещах. И плюс ко всему, это моя Родина, здесь лежат мои покойники. Приехать сюда и работать здесь – это и мой долг перед ними…

Мне просто хочется добавить кое-что к этой беседе. Я хочу посоветовать тем, кто идет на прием к чиновникам, обязательно брать с собой диктофон – чтоб потом суметь доказать ему и другим, какие обещания даются в приватной беседе. И еще – хочу призвать людей, которых приглашают сюда, все таки призадуматься… Я уже пять месяцев здесь, и мне очень трудно привыкнуть к жизни без работы. Призадуматься: вдруг приезд сюда – это шаг назад?..

Не хотелось бы закончить эту статью столь пессимистично. Но для оптимистичного финала фактов почему-то не хватает. Хорошие специалисты и профессионалы в своей области собираются уезжать… Вправе ли мы осуждать их за право жить лучшей жизнью? Не думаю. Потому что осуждать можно тогда, когда можешь предложить альтернативу этой лучшей жизни. Тогда – как быть с этой пресловутой пустующей «скамейкой запасных», когда и имеющиеся кадры не используются оптимально? Кому решать эту проблему? Наверно, все таки тем, у кого размер зарплаты 250 тысяч и выше…

P. S. Пока номер готовился к выпуску, Э. Каграманяну в министерстве здравоохранения было предложено написать повторное заявление о трудоустройстве.

—————————————————————————————–

Женщина в беде

Та женщина, неведомая мне,
И по причине, неизвестной мне,
Так плакала, припав лицом к стене,
Беду свою всем телом понимая.
Внимала плачу женщины стена…

Это – известные строки армянской поэтессы Сильвы Капутикян. Для такого гуманиста, как она, плачущая женщина – это вселенская трагедия. И равнодушно пройти мимо нее – невозможно.

В самом деле – иногда человек остается наедине со Вселенной, в безвыходной ситуации, когда помощи ждать неоткуда. Не к кому обратиться. И волей-неволей в голову приходят всякие мысли – вплоть до самоубийства.

Так может, остановимся на миг, оторвемся от своих дел и  вместе выслушаем плачущую женщину. Не героиню стихотворения, а конкретного человека, живущего рядом с нами.

Наша  героиня – женщина средних лет. Она вняла призыву карабахских властей и вернулась на родину из Средней Азии. Вернулась с двумя детьми, оставив там мужа, отказавшегося жить в Карабахе. Приехала сюда с большими надеждами – помогут и с квартирой, и  с трудоустройством,  и пособиями какими-то. Однако ничего этого не случилось. Женщина была вынуждена сама решить свои проблемы. И чаще всего – за счет своих нервов и здоровья. И в один момент поняла, что больше не может так. Сняла квартиру. Наконец-то устроилась на работу и занималась воспитанием детей. А дети чем взрослее –  тем потребностей все больше и больше. Да и за квартиру надо платить, за свет, за газ. Но сводила концы с концами, выстояла. Беда  пришла неожиданно – с сыном проблемы (болезнь и т. д.). Нужно было спасать его. Но как? Договорилась на работе  и взяла довольно-таки большую сумму из общей казны. Спасла ребенка и начала постепенно возвращать долг. Однако договоренность с коллегами была нарушена – неожиданно нагрянула комиссия, кассу проверили, нашли “недостачу”. И уволили. Она начала отрабатывать – работала поварихой на свадьбах, шила и т. д. Потихоньку возвращала долг. Но не тут-то было – пока она работала, чтоб вернуть долг, было возбуждено уголовное дело. Предстоит судебное разбирательство. Женщина в панике и не знает, что делать. Для нее это – позор. Для человека интеллигентного и воспитанного на советских традициях, суд – это катастрофа. Дорожить своей честью годами и в один миг превратиться в воришку… Кстати, в Средней Азии наша героиня работала на разных солидных должностях, была одним из уважаемых членов армянской общины. Можно понять трагедию такого человека…

Теперь она стучится в двери, просит отложить суд и дать возможность возместить ущерб. Ведь кто-то же должен помочь, не одна же она со своими проблемами! На чужбине в трудную для любого армянина минуту община и друзья помогали, а здесь – на родине – она одна. Женщина в отчаянии и не знает, что делать. “Извинюсь перед детьми и наложу на себя руки”, – говорит она…

Редакция газеты “Демо” обращается в соответствующие структуры – прокуратуру, суд, правительство. Помогите нашей соотечественнице, помогите женщине в беде. Обращаемся также к бизнесменам – может, кто-нибудь даст в долг нужную сумму, чтоб она не опозорилась и не случилось чего-то страшнее. Откликнитесь – хоть кто-нибудь…

У нас есть координаты этой женщины, и при необходимости мы можем их предоставить. Ее данные не публикуются по понятным причинам. Но инициатива такой статьи принадлежит именно нашей героине – человеку, оказавшемуся в трудной ситуации, от которой никто из нас не застрахован.

Мы часто обращаемся к нашим соотечественникам с призывом возвратиться на родину. И мы должны сделать все возможное, чтобы вернувшиеся не чувствовали себя здесь одинокими. С кем жизнь не играет злой шутки? Но всегда надо уметь давать человеку шанс и протягивать ему руку навстречу…

——————————————————————————————-

Открытое письмо Президенту

Здравствуйте, Аркадий Аршавирович! Пишет Вам жительница г. Степанакерта Газарян И. В. Немного о себе. Родилась и выросла в г. Ашхабаде. С началом национально-освободительного движения в 1989 году наша семья переехала в Карабах разделить участь своего народа в это трудное время.

В 1991 году я поступила в Степанакертское медицинское училище на акушерский факультет, который с отличием окончила. За время учебы овладела родной речью. Затем по направлению Министерства здравоохранения поступила на работу по специальности в Степанакертский  роддом. Два года назад из-за сокращения штатов меня уволили. При этом не учитывая элементарных факторов – ни семейного положения, ни характеристики, ни того, что я приехала на Родину, а оказалась как бы чужой.

Семейное положение – замужем, имею двоих детей. Старший сын посещает армянскую школу, дочь – детский сад. Около трех лет мы снимаем квартиру. Ежемесячно на оплату жилья уходит 50 долларов. Возникает, естественно, вопрос: на какие средства жить?..

Наше правительство призывает своих соотечественников из разных стран приезжать на Родину. А какие условия для жизнедеятельности приезжих людей создаются? В моем конкретном случае никому нет дела до того, что мы приехали, пережили войну вместе со всеми, укоренились здесь. Несмотря на все трудности, мы продолжаем жить в Карабахе.

В условиях военного времени, когда люди живут по принципу “ни война, ни мир”, общество должно быть справедливым.

К сожалению, для того, чтобы устроиться на работу, надо иметь либо родственные связи с людьми, занимающими положения в обществе, либо… С возмущением прихожу к такому умозаключению. У меня нет ни того, ни другого.

Медицина существенно отличается от иных сфер человеческой деятельности в силу огромной ответственности, которую медики несут за жизнь пациентов. И поэтому в области здравоохранения при отборе своих кадров предпочтение должно отдаваться умным, квалифицированным специалистам. Как известно, опыт приходит с годами. Имея 6-7 лет непрерывного стажа в самом трудоспособном возрасте (29 лет), меня сократили.

Господин Президент, очень прошу Вас помочь в сложившейся ситуации и трудоустроить меня.

 С уважением,  Ирина ГАЗАРЯН

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s