№ 1 / 31 январь

“Демо” / № 1 (87) / 31 январь, 2007г.

Нурсун ЭРЕЛЬ
Анкара

Этим утром, когда прочитала в новостях, что убийца Гранта Динка (семнадцатилетний юноша Огюн Самаст) арестован, не почувствовала никакого облегчения, остались горе и боль. Потому что я твердо уверена, что это не частный случай и не индивидуальное преступление. Это прямой результат халатности турецкого правительства.

Да, я публично обвиняю наших государственных деятелей в трагической гибели Гранта Динка. Статья 301 создана ими и, кажется, они гордятся этим. Поэтому Грант Динк был судим и признан виновным в оскорблении турецкого национального достоинства турецким судом на основании этой проклятой статьи. К сожалению, приговор был утвержден в Апелляционном суде, и Грант собирался обратиться в Европейский суд по правам человека (EHCR).

Если посмотрите его последние колонки и интервью, сможете понять, как Статья 301 стала причиной его смерти. О чем он говорил?

“Суд приговорил меня к шести месяцам заключения. Когда я узнал об этом, испытал сильную горечь из-за потери надежды, которой жил все месяцы, пока шел суд. Я был ошарашен… Я получил удар, и мое возмущение достигло апогея.

«Давайте дождемся приговора, они докажут мою невиновность, и вы будете раскаиваться в том, что говорили и писали обо мне», – говорил я сам себе в те месяцы, когда шел суд. В то время как шли очередные слушания, в новостях, колонках газет, в телевизионных программах заявляли о том, что я сказал, что «турецкая кровь испорчена». С каждым разом я становился все более знаменитым «врагом турков». В коридорах судебного здания фашисты осыпали меня расистскими проклятиями. Они выставляли оскорбительные плакаты. Сотни угроз по электронной почте, телефону, в письмах – их количество росло с каждым днем. Я выносил все это с терпением и ждал решения суда о моей невиновности. Когда будет вынесен приговор, будет восстановлена истина, и все эти люди будут пристыжены. Моим единственным оружием была искренность.

Но сейчас приговор вынесен и все мои надежды утеряны. Когда это случилось, я был так подавлен, что, казалось, вынести это выше человеческих сил.”

После того, как он написал все это, можете ли вы представить, что руководители сил безопасности Турции не обеспечили его безопасность и даже не предложили ему свою защиту? И не пытаются ли обмануть свою совесть руководители служб безопасности Турции, и даже премьер-министр Турции Реджеп Тайиб Эрдоган, когда с самоуверенным видом отвечают «нет» на вопросы типа: «Обращался ли Грант Динк с просьбой обеспечить свою безопасность?».

Грант не заслуживал подобной участи. Он был очень хорошим журналистом, истинным интеллигентом, прекрасным отцом, и, в первую очередь, он был великим гуманистом. Недавно он был дважды награжден международными организациями за свою смелость и гуманистическую позицию. Он действительно был настолько смел, что мог говорить о своих страхах:

“Я надеюсь, мы никогда не будем вынуждены испытать бесправие. У нас достаточно надежды и причин для того, чтобы не обрекать себя на существование в качестве бездушной вещи. Сейчас я подаю иск в Европейский суд по правам человека. Я не знаю, сколько лет продлится это разбирательство.

То, что я знаю и что оставляет мне некоторое пространство, это тот факт, что буду продолжать как минимум жить в Турции – до тех пор, пока закончится это разбирательство. Если решение будет позитивным, стану счастливее, потому что это будет означать, что я никогда не покину свою страну. Возможно, 2007 будет более трудным годом для меня. Судебное разбирательство будет продолжаться, и новые обвинения будут выдвинуты. Кто знает, с какой несправедливостью мне придется столкнуться. Но если это случится, я буду апеллировать к следующему гаранту.

Да, я похож на встревоженного голубя, но я знаю, что в этой стране люди не трогают и не обижают голубей. Голуби продолжают жить в центре городов. На самом деле, они немного напуганы, но в тоже время свободны…”

http://www.southcaucasus.com
21.01.2007

“Мы все армяне”

Похороны убитого турецко-армянского журналиста Гранта Динка превратились в самый настоящий митинг. Впервые в Турции таких почестей удостоился армянин – однако одновременно с этим националисты горячо приветствовали это жестокое преступление. В этот вторник, во время церемонии похорон убитого журналиста Гранта Динка, премьер-министр Турции Реджеп Тайиб Эрдоган присутствовал на важном мероприятии. Он должен был открывать новый туннель под автотрассой. В этой связи, извинился премьер-министр, он не смог принять участие в церемонии похорон. Это не нашло понимания у многих демонстрантов, которые пришли проводить в последний путь Динка. Не говорил ли сам Эрдоган о том, что пули, выпущенные в Динка, на самом деле были “выстрелами в Турцию”? В районе Сисли, перед зданием редакции небольшой газеты Agos, где 17-летний Огюн Самаст застрелил ее главного редактора, собралось свыше 100 тыс. человек – подобной демонстрации страна не видела с момента похорон популярного у населения премьер-министра Бюлента Эджевита, проходивших в ноябре прошлого года. Люди несли в руках черные плакаты с надписями на турецком и армянских языках, с которыми это подлое убийство, скорее всего, и войдет в историю: “Грант Динк – это мы!” и “Мы все армяне!” В стране, где армяне считаются притесняемым христианским меньшинством, где до сих пор бушуют споры вокруг организованного Османской империей геноцида армян в 1915 году, это стало сенсацией.  Солидарность  турок-мусульман  “Моя мать строго-настрого наказывала нам: не говорите на улице по-армянски! Не высовывайтесь, – говорит молодой дизайнер, армянка по национальности, которая вместе со своими подругами пришла на траурный митинг.

– Со смертью Динка мы, армяне, потеряли голос”. Однако, и это самое удивительное, многие турки-мусульмане заявили о своей солидарности с Динком и его судьбой. Они отдали ему должное как борцу за права человека и свободу слова, как символу демократии и выразили сожаление по поводу того, что в их стране по-прежнему кто-то гибнет по причине инакомыслия. На церемонии то и дело слышался чей-то плач, многие вытирали слезы. Динк был харизматичной фигурой, интеллигентом с добрым сердцем. А теперь он станет первым армянином, которого можно считать символом Турции. То и дело участники траурной процессии аплодируют: то выражая признательность его мужественной гражданской позиции, то в знак солидарности с его семьей, которая обращается к присутствующим с крыши автобуса. Ракель Динк, вдова журналиста, говорит высоким, срывающимся на крик голосом. Ей мешает сильный ветер, а ее рука, в которой она держит письмо своему убитому мужу, заметно дрожит: “Любимый, – говорит она, – ты покинул нас, свою семью, но не Турцию”. Динк самоотверженно отстаивал свое армянское происхождение, боролся с постоянной дискриминацией христианского меньшинства, к которому он принадлежал, но при этом любил Турцию – она была его родиной. Ракель и Грант Динк познакомились подростками в армянском детском доме, где оба выросли, поженились, а позднее вместе встали во главе детского дома. Однако потом государство отобрало у них детский дом – как и другую многочисленную христианскую собственность. Но Динк не хотел жить ни в каком другом месте. В Армении? “Как мог кто-то, подобный мне, выносить несправедливость и нетерпимость?” – спросит он однажды. В европейском государстве? Нет, там он чувствовал себя чужаком. “Да, мы, армяне, вправе заявлять претензии на земли этой страны, но не для того, чтобы расколоть или поделить их, а для того, чтобы быть похороненными в ее крепких объятиях”.  Отданный под суд националистами  Но не так рано и не при таких обстоятельствах хотел он быть похороненным, однако он чувствовал опасность, которая все ближе подбиралась к нему.

Письма с угрозами от националистов стали носить все более агрессивный характер после того, как он подвергся судебным преследованиям по печально известной 301-й статье (“оскорбление турецкой нации”) и националисты сделали из него врага и предателя. “Убийца 301” также написано на плакатах, которые держали в вытянутых руках демонстранты. Для них и для подавляющего большинства турецких СМИ очевидно, что эта постыдная 301-я статья, по которой Динк, а также другой представитель интеллигенции Орхан Памук были отданы под суд, повинна в убийстве журналиста, поскольку она подлила масла в огонь накалившейся до предела атмосферы ненависти и травли. После того как задержанный в субботу преступник заявил в полиции, что убил Динка потому, что тот назвал турецкую кровь грязной, на сайт ультранационалистов посыпались письма с одобрениями: “Спасибо тому, кто бы ни отдал этот приказ! Спасибо тому, кто нажал на курок! Это самая лучшая новость!” “Его убила 301-я статья”, – без обиняков заявит в своей статье влиятельный журналист Мехмет Али Биранд во вторник, в день похорон Динка. В этой смерти повинны многие, считает автор: “Скажи мне, что я не прав! Можно ли считать наше общество сильным? Не унижаем ли мы наши религиозные меньшинства? Мы относимся к гражданам нашей страны, принадлежащим к разным этническим группам, не как к равным. Мы презираем мнения и позиции, отличные от наших. Мы готовы лишь на то, чтобы отстаивать наше видение с помощью силы”.

“Мы, представители интеллигенции и элиты, повинны в этой смерти, наши голоса не были достаточно громкими для того, чтобы доказать всю абсурдность судебных процессов против него”, – уверен Суат Киниклиоглу из исламской газеты Zaman. На самом деле Динк никогда не делал подобных высказываний, из-за которых он был обвинен по статье 301 и приговорен к 6 месяцам тюремного заключения условно. Он не столько говорил об “отравленной крови турок”, сколько требовал от армян отказаться от их ненависти в отношении турок для того, чтобы прийти к диалогу. Это Динк подтвердил и перед прокурором, однако суд увидел все в том свете, в котором захотел. Отмена или сохранение 301-ой статьи будет свидетельствовать о том, извлекла ли Турция урок из убийства Динка, заявил депутат Европарламента от партии зеленых Сем Оздемир во вторник в армянской церкви Святой Девы Марии, куда он пришел проститься со своим другом Динком. Судьба непринятой реформы, которая наконец разрешит христианскому меньшинству иметь собственность, а также вернет ему утраченное, станет, по словам Оздемира, мерилом политических уроков этого дня.  Участники из Германии  Недалеко от него стояла глава партии зеленых Клаудия Рот, а также лидер турецкой общины Германии Кенан Колат. Оздемир напомнил о том, как однажды на конференции в Страсбурге представитель армянской диаспоры назвал Динка “рабом турок”. “А здесь они сделали его врагом турок”. Ведь на самом деле Динк всегда выступал за взаимопонимание, примирение и диалог и подвергал критике реакционеров и подстрекателей с обеих сторон.

То, что не все армяне оценили это, демонстрирует его затянувшийся конфликт с армянским патриархом, для которого Динк был слишком шумным и политизированным. Однако во вторник именно патриарх отслужил заупокойную службу в красивой старой сверкающей золотом церкви Святой Девы Марии. “Мы все потеряли Гранта Динка”, – заявил патриарх Армянской православной церкви Месроб. Он призвал воспринимать армян как полноправных граждан страны и положить конец вражде с ними. Произнося проповедь, он не мог скрыть дрожи в голосе. “Мы очнулись от этого сна, Турция стоит на пути к тому, чтобы стать нормальным государством”, – напишет в день похорон Суат Киниклиоглу. Тот факт, что убийство Динка будет использовано многими как подтверждение того, что Турция все еще не является частью Европы, по словам писательницы Элиф Шафак, “особенно бы возмутил Гранта”.

http://www.inopressa.ru/spiegel
Аннете ГРОСБОНГАРДТ

 

 

НК и вокруг него

Готово ли политическое поле к выборам?

В июне 2007 года в Карабахе намечены президентские выборы. Пока никто не объявил о намерении принять в них участие, пожалуй, только действующий президент заявил, что не будет в них участвовать. И, несмотря на ясность момента, сейчас в Карабахе сложилась достаточно неясная политическая ситуация. Она далека от нестабильности, скорее, наоборот, близка к полной стагнации. Такое положение дел обусловлено пассивностью политического поля, активность которого в течение 15 лет независимости менялось много раз.  Вначале, когда национально-освободительное движение только разгоралось, в Карабахе были сильны позиции Армянской Революционной Федерации Дашнакцутюн. Сильны настолько, что большинство депутатов избранного в январе 1991 года первого карабахского парламента составляли члены АРФД. И поскольку Карабах тогда был парламентской республикой, получалось, что АРФД в самые тяжелые для НКР годы войны был правящей партией. Вскоре, после усиления в Армении роли Армянского Общенационального Движения и репрессий против АРФД, в Карабахе был сформирован Государственный комитет обороны (ГКО) во главе с Робертом Кочаряном, к которому вскоре перешла реальная власть в НКР.  Выборы в парламент второго созыва АРФД бойкотировала. На тот период (1995 г.) в Карабахе существовало несколько немногочисленных партий – “Социал-демократическая”, “Коммунистическая”, партия “Арменакан”. Все они были представлены в парламенте второго созыва, но работа Национального Собрания так и не получила партийной окраски, хотя бы потому, что выборы проводились по мажоритарной системе.

К концу деятельности второго парламента стали явно проявляться противоречия между сторонниками действующего президента А. Гукасяна и экс-министра обороны С. Бабаяна.  Выборы в парламент третьего созыва проходили уже после известных событий, когда по обвинению в организации покушения на президента С. Бабаян был осужден на 14 лет лишения свободы. В тот период власть в лице действующего президента впервые сформировала партию, на которую опирается по сей день – это “Демократическая партия Арцаха”, председателем которой является нынешний спикер парламента Ашот Гулян.  В парламенте третьего созыва большинство мест заняла именно Демпартия, зато и партия АРФ “Дашнакцутюн” получила 9 мест (всего мандатов 33). АРФД заняла место “конструктивной оппозиции”, заявив, что во внешней политике поддерживает власти, а во внутренней – критикует. Ситуация с АРФД усугублялась и тем, что в Армении партия стала членом правительственной коалиции, и в Карабахе она не могла выступать с радикальных позиций.  В 2004 году, в канун выборов мэра Степанакерта, в Карабахе была сформирована первая оппозиционная партия “Движение 88”, лидер которой Эдуард Агабекян, вопреки желанию властей, стал мэром Степанакерта. Эта же партия в блоке с АРФД смогла получить всего 3 места в парламенте 4-го созыва, и это значительно снизило авторитет партии среди избирателей.

Тем не менее, именно эта депутатская группа частично выполняет роль оппозиции и выражает отличную от провластного курса позицию.  Перед четвертыми парламентскими выборами была создана центристская партия «Свободная Родина». Вместе с Демпартией “Свободная Родина” поделила большинство мест в парламенте. Созданные в канун выборов 2005 года еще несколько партий так и не вошли в парламент.  Таким образом, к нынешнему моменту, в преддверии президентских выборов, на политическом поле Карабаха сложилась следующая ситуация:  1. Власть контролирует почти все общественно-политическое поле – посредством Демократической партии, «Свободной Родины», ряда молодежных и творческих организаций. Оппозиционное поле занято в основном АРФД, которая в силу известных причин не в состоянии сыграть полностью самостоятельную роль и вынуждена считаться с определенными реалиями.

“Движение 88” по непонятным причинам не подает признаков жизни.  2. Явно оппозиционных партий нет, а те, что провозглашают независимый от властей курс, либо слишком малочисленны, либо не имеют авторитета среди населения.  3. Все действующие в Карабахе партии (за исключением, может быть, АРФД, которая является всеармянской партией) действуют исключительно за счет внутрикарабахских ресурсов. В отличие от других регионов, в Карабахе нет партий, которые – явно или тайно – финансировались бы извне. 4. Ни одна партия, действующая в Армении, не представлена в Карабахе. Как говорят в приватных беседах представители высшей власти НКР, они сами не допускали входа армянских партий в НКР, чтобы избежать калькирования внутриполитической неразберихи, существующей в Армении, и возможной дестабилизации. Наряду с позитивом, на деле это привело к явному дисбалансу сил на политическом поле НКР. Тем более, что многие политические деятели, даже состоящие в карабахских партиях, предпочитают решать свои вопросы в Ереване – причем, только с властями.  Исходя из всего этого можно заключить, что наблюдающаяся в Карабахе политическая апатия имеет все основания для существования. Политическое поле контролируется властями, которые сами перед выборами окажутся в непростой ситуации.

Борьба за пост президента, по всей видимости, развернется между людьми, ныне представленными во власти. Кто-то из них обязательно выступит с программой, продолжающей нынешний курс властей. И тогда другим придется встать на иные позиции, иначе говоря, объявить об инакомыслии.  Если, конечно, полностью исключить версию третьего срока. А исключать ее сложно хотя бы потому, что политическое поле до сих пор молчит. По крайней мере, в конце прошедшего года практически все карабахские партии заявили, что вопрос об участии в выборах решат в начале этого года – во время намеченных съездов. Об этом в интервью “Демо” заявили и председатель Демпартии Ашот Гулян, и лидер “Свободной Родины” Араик Арутюнян, и представитель АРФД в Арцахе Артур Мосиян. Скорее всего, они ждут совсем уж окончательного решения действующего президента.

http://www.karabakhopen.com

 

Основные вопросы не согласованы.  Усилия будут направлены на сохранение мира

25 января в Степанакерт приехали сопредседатели Минской группы ОБСЕ Бернар Фасье (Франция), Мэтью Брайза (США) и Юрий Мерзляков (Россия), которые встретились с президентом Аркадием Гукасяном.  О чем говорили сопредседатели с карабахским президентом, они так и не рассказали, хотя встреча длилась более трех часов. Но, судя по всему, речь шла об изменении ситуации в регионе и вокруг карабахского урегулирования. А ситуация в урегулировании такова.

Несмотря на оптимистичные заявления сопредседателей и призывы урегулировать конфликт, “воз”, как видно, с места не сдвинулся. Буквально на днях в ходе встречи с президентом России президент Армении Роберт Кочарян отметил, что испытывает “пока мало оптимизма” по поводу переговорного процесса по урегулированию нагорно-карабахского конфликта, но тем не менее, он верит в готовность сторон продолжать мирный процесс. Самое главное, по словам Роберта Кочаряна, это то, что прекращение огня, установившееся в регионе с 1994 года, продолжается.  Со своей стороны Владимир Путин выразил мнение, что конфликтный потенциал пока еще очень большой, “и, к сожалению, наиболее острые вопросы до сих пор урегулировать не удалось”. При этом Владимир Путин считает улучшение экономического положения основным условием стабилизации ситуации в кавказском регионе. В Баку и Ереване уже состоялись встречи сопредседателей МГ ОБСЕ.

Комментируя состоявшиеся в Москве переговоры с Варданом Осканяном, глава МИД Азербайджана Эльмар Мамедьяров отметил, что “переговоры были интенсивными и касались последнего принципа урегулирования”. Однако он не уточнил, какой именно принцип обсуждался, но признал, что переговоры были “достаточно сложными”. В свою очередь армянская сторона сообщает, что переговоры не дали конкретных результатов, а точнее, сторонам не удалось достичь прогресса.  “Нынешняя встреча с Мамедьяровым отличалась от предыдущих тем, что перед нами после встречи президентов двух стран были поставлены конкретные задачи. Мы попытались обсудить “второй уровень” некоторых принципов, ряд деталей, попытались углубить переговоры. Должен отметить, что встреча прошла в нормальной атмосфере, хотя не могу сказать, что есть какие-либо подвижки, кроме тех, что были зафиксированы ранее”, – заявил Осканян.

Осканян посчитал маловероятной встречу президентов двух стран до парламентских выборов в Армении, хотя и не исключил подобную возможность. Более вероятной он считает еще одну встречу с Мамедьяровым.   Ситуация вокруг карабахского урегулирования меняется  Есть несколько деталей, определяющих нынешний этап переговоров. Генеральный секретарь Совета Европы Терри Дэвис считает, что вопрос предоставления или не предоставления независимости Косово, Нагорному Карабаху, Кипру, Приднестровью и другим территориям должен решать ООН. “Только ООН может решать, кому предоставлять независимость. СЕ не имеет права принимать решения относительно независимости Косово”, – заявил Терри Дэвис.  Между тем, представивший в СЕ доклад по Косово лорд Рассел-Джонстон заявил, что “Косово должна быть предоставлена независимость при некоторых условиях”. Насколько в данный момент возможно рассмотрение в ООН вопроса о пересмотре государственных границ в южно-кавказском регионе и в мире?

С этим вопросом мы обратились к сопредседателям Минской группы ОБСЕ по карабахскому урегулированию. Вопрос вызвал некоторое замешательство, но потом французский сопредседатель Бернар Фасье заметил, что это, скорее, теоретический вопрос: “Пока мы пытаемся постепенно построить условия для мира. Гораздо лучше ставить один кирпич на другой, чем говорить о сложных философских вопросах”, – сказал он.  Евросоюз и Карабах  Еще один важный аспект – вступление в игру Евросоюза.

В конце прошлого года спецпредставитель ЕС по Южному Кавказу Питер Семнеби заявил, что «мы направим в Нагорный Карабах миссию по привлечению дополнительных мер для создания атмосферы доверия в процессе урегулирования нагорно-карабахского конфликта». По его словам, целью миссии является изучение перспектив осуществления мероприятий в конфликтных зонах, предусмотренных планом действий в рамках политики нового соседства Евросоюза.  Комментируя по нашей просьбе намерение Евросоюза, французский сопредседатель Минской группы ОБСЕ Бернар Фасье отметил: “Одним из сопредседателей МГ ОБСЕ является Франция.

В рамках Минской группы ОБСЕ США, Франция и Россия одновременно пытаются помочь сторонам конфликта найти путь к мирному урегулированию. Евросоюз имеет другие средства для действий – например, политика соседства. Она дает возможность реализовать те или иные конкретные проекты. Именно так Евросоюз может помогать процессу, но это не может быть переговорный процесс”.  Косово – прецедент или  не прецедент?  Переговоры в Степанакерте проходили через день после того, как 24 января Парламентская ассамблея Совета Европы (ПАСЕ) исключила из резолюции по Косово пункт о независимости края, как того требовала российская делегация. В тексте резолюции по Косово ПАСЕ заявляет о необходимости в безотлагательном порядке определить статус Косово. В то же время выражается обеспокоенность “малой вероятностью достижения согласованного решения по вопросу о статусе Косово в виду позиций обеих договаривающихся сторон”. Возможное решение проблемы Косово может стать универсальным, заявил ранее президент России Владимир Путин. “Это относится не только к постсоветскому пространству, хотя это наиболее сравнимые ситуации. Там был распад Югославии, здесь распад Советского Союза, все то же самое, никакой разницы, – отметил Путин.

– Но это может относиться и к другим государствам, и к некоторым европейским странам, где есть “проблемы сепаратизма”. “После Второй мировой войны сели три-четыре человека и с карандашом в руках делили весь мир и всю Европу. Сейчас победители в “холодной войне” хотят переделить все по-своему, чувствуя свою непогрешимость и силу”, – подчеркнул он, добавив, что “соблазн велик, результаты трудно просчитать”, – заявил президент. На вопрос, как он относится к заявлению президента России Владимира Путина о том, что признание независимости Косово может стать прецедентом для решения постсоветских конфликтов, российский сопредседатель Юрий Мерзляков ответил: “Как я могу относиться к предложению своего президента?

Я считаю, что прецедент может создать то или иное решение, потому что речь идет о статусе в прошлом автономного образования на европейском пространстве и федеративном устройстве государства. Но могут быть и другие мнения”. По словам американского сопредседателя Мэтью Брайзы, “слава Богу, что мой президент не сказал этого”! “Я уже говорил, что нет универсальных прецедентов, каждый конфликт имеет свои особенности. Французский сопредседатель Бернар Фасье добавил: “Каждый конфликт имеет свои сложности, и необходимо найти урегулирование на базе конкретной ситуации каждого конфликта”. Что есть приоритет –  урегулирование или мир?   Таким образом, можно констатировать, что ожидать кардинальных подвижек в урегулировании карабахского конфликта в ближайшее время не стоит. И не только потому, что Армения находится в предвыборном режиме, но еще и потому, что пока не обрела реальные контуры тенденция, предполагающая возможность пересмотра государственных границ. В сложившейся ситуации, следует полагать, сопредседатели говорили о сохранении режима прекращения огня, о содействии НКР – экономическом и демократическом, а также об углублении работы по убеждению мирового сообщества в признании права народа на самоопределение. В подтверждении этой мысли французский сопредседатель Бернар Фасье отметил, что все страны-сопредседатели ясно заявили о том, что война не может урегулировать вопрос. “Урегулирование конфликта может быть только мирным путем. Но чтобы готовить к миру, необходимо говорить о мире, а не о войне”, – сказал французский сопредседатель. На вопрос, что является приоритетом – мир или урегулирование, Бернар Фасье ответил: “Готовить мирное урегулирование”.

Как подчеркнул после встречи президент НКР Аркадий Гукасян, самым важным для него стало то, что он в очередной раз представил позицию НКР. “Я думаю, что сопредседатели пытаются работать в конструктивном русле. К сожалению, не все от них зависит, в данном случае, они должны согласовывать свою позицию с позицией Азербайджана, которая, с моей точки зрения, по-прежнему остается деструктивной”, – отметил президент.  “Есть несколько основных вопросов – статус, территории и беженцы. И если мы говорим, что есть проблемы, связанные с этими вопросами, то это означает, что рано говорить об урегулировании конфликта. Потому что по всем этим вопросам есть противоречия. И когда сейчас говорят о том, что остается согласовать один или полтора вопроса, я этого не понимаю. Другое дело, что, как говорят сопредседатели, Азербайджан начал работать в конструктивном русле, хотя я этого не ощущаю”, – сказал А. Гукасян.

Наира АЙРУМЯН

 

«Нет карабахского конфликта,  есть несогласие в дискуссии о нем»
(из интервью с экспертом аналитического центра «Кавказ»,  политологом Манвелом САРКИСЯНОМ)

 – Какова роль геополитических акторов в карабахском урегулировании, что устраивает их больше на данном этапе развития международных процессов – сохранение нынешнего статус-кво или скорейшее урегулирование? 

– Не думаю, что в этом вопросе существует единый интерес. Конечно, есть страны, которые хотят, чтобы карабахский конфликт был урегулирован. Например, Иран не хочет, чтобы рядом с его границами был конфликт, появились вооруженные силы, но тот же Иран может не удовлетворить любой вариант урегулирования. Турция также желает урегулирования, но эта страна представляет совершенно другой вариант решения. Однажды у меня была возможность спросить у одного из высокопоставленных чиновников Турции: если мы будем защищать интересы Турции в курдском вопросе, признаем Северный Кипр, признаете ли вы тогда самоопределение НК? Он ответил: “Этот вопрос можно обсудить”. То есть, интерес как таковой не является догмой и в течение времени подвергается изменению. Время рождает новые интересы. Если бы сегодня у Азербайджана не было нефти, то я уверен, что он вел бы себя по-другому. Всю свою экономическую ситуацию Азербайджан связывает с карабахским конфликтом. Не исключено, что экономические интересы ряда стран требуют, чтобы конфликт не был урегулирован. Сегодня очень важно понять, что конфликта не существует, есть переговоры вокруг конфликта и есть несогласия. Вопрос заключается в преодолении этих несогласий. Многие считают, что время работает в пользу одной или другой стороны, но забывают, что конфликта нет, и через одно поколение люди вообще могут и забыть о сегодняшних разногласиях. То, что сегодня первично и ценно, завтра может быть вторичным, третьестепенным вопросом, так как рамки карабахского конфликта и переговоров по нему расширяются, и конфликт превращается во всего лишь составляющую другого более сложного вопроса. Не исключено, что, постепенно уменьшаясь, проблема вообще может исчезнуть. То есть интересы и содержание несогласий вокруг карабахского конфликта подвергаются эволюции. Содержание меняется каждый год, и я не верю в то, чтобы люди сели и решили: столько-то мне, столько-то тебе, и вопрос будет разрешен. Президент Азербайджана Ильхам Алиев по телеканалу «Аль Джазира» четко заявил о том, что Азербайджан должен укрепиться настолько и создать в Карабахе такую ситуацию, чтобы армяне оттуда ушли. Из этого выступления очевидно, что президент Азербайджана не собирается сегодня менять что-либо. Азербайджан не хочет получать то, что потерял, не хочет урегулирования вопроса, так как может вернуть только часть потерянного.

– Какова роль и сегодняшний потенциал Минской группы ОБСЕ? 

– Минской группе удалось сохранить в регионе мир. Минская группа возглавила процесс, так как он имеет геополитическое значение и многослоен. Не случайно подключение к Минской группе Метью Брайзы. В этом регионе Минская группа занимается не только урегулированием конфликтов, но и вопросами демократизации, экономики и т. д.

– Есть ли необходимость в замене той или иной страны в Минской группе, и что даст с точки зрения урегулирования перенос обсуждения карабахского конфликта в ООН? 

– Перенесение вопроса из ОБСЕ в ООН ничего не даст процессу урегулирования. Все члены ООН будут подходить к карабахскому конфликту исходя из своих собственных интересов. Если эти интересы не будут иметь ничего общего с карабахским конфликтом, то продадут свой голос стране, от которой могут получить пользу. Так что не исключено, что, перенеся вопрос в ООН, Азербайджан сам же первым пострадает от этого. Другой вопрос, что в процесс урегулирования пытаются включиться международные организации. ОБСЕ попыталась создать диалог на уровне парламентариев Азербайджана и Карабаха. Если бы Азербайджан сел за круглый стол вместе с членами парламента Карабаха, то это означало бы, что он признает де-факто независимость Карабаха, и Азербайджан не принял это предложение. Вообще, нужно обращать внимание на то, что ОБСЕ имеет еще и символическое значение, представляя РФ, Европу и США.

www.caucasusjournalists.net

 

взгляд изнутри 

Предвыборный референдум:  каким должен быть кандидат

Полтора месяца назад в Нагорном Карабахе проходила бурная пропагандистская кампания по референдуму о Конституции НКР, во многом напоминающая послереволюционные годы – трудовое крестьянство наспех агитировали в необходимости принятия Конституции.

Трудовое крестьянство  агитировали в необходимости принятия Конституции, при этом забыв, что в основном законе страны главное – не форма и факт принятия, а содержание и способность обеспечить продвижение процесса демократического развития страны. Ко всему прочему, сами агитаторы должны были как минимум разбираться в праве и немного в политике… Они должны были также знать, что демократия предполагает возможность выбора, а альтернативный проект, о котором говорила оппозиция, так и остался малоизвестным для широкой общественности.  Дополнительную интригу обсуждению Конституции придало то, что принятие проекта происходило в преддверии предстоящих в 2007 г. выборов президента НКР, и встречи накануне референдума рассматривались как генеральная репетиция выборов или, по крайней мере, раскрутка кандидата от власти.

На мой взгляд, референдум является лишь подготовкой к выборам, он активизирует общество, но никоим образом не выказывает политических предпочтений электората. А избирательная гонка реально может начаться только после референдума. Принятие проекта Конституции является как бы катализатором общественных ожиданий: если власть оправдает их, то ее шансы на победу на выборах возрастают, если нет, то в общественных настроениях усилится апатия и негативизм. И, поскольку страна готовится к президентским выборам, скажу, что история начала нового тысячелетия напоминает нам о наших ошибках, о необходимости их искоренения и что повторение ситуации – не милость судьбы, а напоминание о том, что история предоставляет нам последний шанс. Терапия уже бессильна, уже сейчас для выхода из глубокого кризиса нужен скальпель хирурга – жесткие, твердые, но четкие решения и шаги – пока организм, именуемый обществом, не стал гнить и не пришел в состояние, в котором всякое лечение окажется излишним.

Второй ракурс – ожидания, которые связывает избиратель с новой властью и новым лидером. Часть критериев выставила напоказ сама нынешняя власть: падение нравов (нравственный критерий власти), недостатки управления (неэффективность и ненаучность управления), недостатки в таких сферах жизнедеятельности как медицина (коррупция и низкое качество обслуживания населения), высшее и среднее образование (коррупция), экономика (безработица и низкий уровень жизни населения), кадровая политика (протекционизм, местничество, волюнтаризм), кумовство (вседозволенность для родственников и близких), социальная несправедливость (то же кумовство плюс чрезмерно широкое и активное участие друзей- родственников при распределении общественного достояния и реализации кадровой политики).

Я думаю, с точки зрения этих критериев власть явно не может констатировать прогресс и продвижение к большей демократии и справедливости. Сравнение явно не в пользу нынешней власти – тем более, что начать борьбу за власть кандидат от власти должен в условиях недовольства и без того небогато живущего населения, подорожания услуг связи, роста цен на электричество, общего повышения цен на потребительском рынке, и все это – на фоне падения курса доллара.  К тому же, кандидат должен быть способен не только отвечать за недостатки предшественников, но и доказать свою состоятельность как своего рода кризисного управляющего, лидера, способного к жестким мерам и обладающего достаточным авторитетом среди населения, настолько большим, чтобы оно могло выдать кредит доверия для проведения непопулярных мер. В этом плане один из потенциальных кандидатов от власти – нынешний спикер парламента Ашот Гулян, которого наблюдатели называют креатурой президентов Армении Р. Кочаряна и НКР А. Гукасяна – должен решить нелегкую задачу: доказать способность и возможность поставить интересы государства выше личных интересов, интересов влиятельных земляков и многочисленных землячеств, коррупционеров-однопартийцев, выдвиженцев и назначенцев, власть предержащих и олигархов, а также жен, кумовей, свояков и им подобных…

В качестве других фаворитов и вероятных кандидатов указывается фигура заместителя министра иностранных дел Масиса Маиляна, который, так же как Ашот Гулян, работал под руководством нынешнего президента НКР А. Гукасяна. И, наконец, наиболее таинственная фигура – начальник службы Национальной безопасности  НКР Бако Саакян. Симптоматично, что при равенстве возможностей, если тандем Ереван-Степанакерт не будет рьяно лоббировать какую-либо из вышеназванных кандидатур, то, как ни парадоксально, именно Б. Саакян имеет наибольшие шансы на победу на выборах (хотя он, как и вышеназванные А. Гулян и М. Маилян, пока ни разу открыто не заявлял о стремлении участвовать в предвыборной гонке).

“Преимущества” Саакяна состоят в том, что, в отличие от других, фортуна его не жаловала, но он имел реальную власть и влияние, он занимал командные должности в системе госбезопасности, МВД и, наконец, дослужился до звания подполковника и должности заместителя начальника Генштаба по тыловому обеспечению.  Кроме того, слово «силовик» у многих ассоциируется с решительными и жесткими действиями. Естественно, что без этих мер общество невозможно избавить от ставших всеобъемлющими кумовства, протекционизма, коррупции, безответственности, невозможно наладить работу госаппарата, деморализованного обилием родственников-односельчан, начальников-протеже и всеми вышеназванными факторами. В-третьих, одно дело – партия, явно созданная и управляемая исполнительной властью, другое дело – организованная сила. Одно дело – не стать коррупционером, когда у тебя под рукой почти нет реальной власти, совсем другое – когда вокруг тебя реальные деньги и власть. К сожалению, ни у господина Гуляна, ни у Маиляна реальной власти и авторитета в широких слоях населения не было. Отметим, что последнее может быть не только недостатком, но и достоинством. Господин Маилян не ангажирован и даже не связан дружескими или какими-либо иными связями с олигархами или земляческими кланами, а, следовательно, свободен от обязательств перед ними.

Кроме того, он лишен недостатков, которые присущи людям, принадлежащим к властному бомонду: увлечения женщинами легкого поведения и азартными играми, лоббирование и окружение себя родственниками, родственниками жены и односельчанами. Он, к счастью, в пример более старшим коллегам, не научился торговать своим принципами. К тому же, он один из немногих прошел карьерную лестницу – от ведущего специалиста до члена правительства и успешно отучился в дипломатической академии в Вене, не имея папы- министра, не став подхалимом и не уронив человеческого достоинства – и это в системе, в которой не ангажированных высокопоставленными папами, дядьями и их женами, подругами, свояками, найти ох как трудно! Высоко ценя человеческие качества М. Маиляна, которому дипломатическая и прочая элита, прошедшая через сито комсомольско-партийной номенклатуры, даже не рисковала предложить чего-то гадкого и подлого, хотел бы видеть его более жестким и бескомпромиссным в оценке стоящих перед Карабахом проблем и их причин и более открыто выступать с идеями об их устранении… Расчеты эти, пока, увы, в области теории.

Не исключено, что появится третья сила, которая докажет и покажет способность дать пинка под зад и вышибить из системы госуправления, образования, здравоохранения, культуры, науки, строительства толпу воров, взяточников, прохиндеев, назначенцев местных феодалов и их родственников. И в этом плане «человеку не от власти» легче, чем «человеку от власти».   Вместо эпилога  (об иллюзиях и парадоксах)  В общественном мнении усиленно насаждается идея, что кандидат должен быть если не олигархом, то уж очень обеспеченным человеком, чтобы его невозможно было подкупить или проигнорировать.  Парадокс первый: нынешний парламент намного превосходит все предыдущие по количеству олигархов всех мастей, а положение дел практически во всех сферах жизнедеятельности ни на йоту не улучшилось. Да и, кроме того, большинство олигархов образовалось в период приватизации, читай – бесконтрольного разграбления государственной собственности, когда более или менее лакомый кусок без покровительства высокопоставленных чиновников нельзя было отхватить. А то, что они так и не научились эффективно организовать производство и вести его без бюджетной подпитки, то есть наших с вами денег, не стоит доказывать.  Так что олигарх изначально ангажирован.

Это значит, что при победе олигарха на выборах или успехе, поддерживаемом какой-либо финансово-промышленной группой, нечестная (неравноправная) конкуренция и монополизация экономики только усилятся. Другая идея: «кандидат от власти, к тому же, поддерживаемый Ереваном, – гарантия того, что власти Армении поддержат его начинания, а в стране не будет кризиса». По-моему, основой отношений Ереван-Степанакерт должны быть государственные интересы РА и НКР, объединяемые общенациональной идеей. Кризис уже идет, и, как мы видим, ни поддержка Еревана, вернее, властей Армении, ни лоббирование со стороны нынешних властей не в состоянии его предотвратить. (Нельзя исключать и того, что чрезмерно настойчивое стремление властей Армении видеть у власти в НКР своего протеже может вызвать эффект бумеранга: недостатки последнего могут вызвать негативное отношение и недоверие карабахцев к руководству РА, европейские и международные институты могут более открыто и жестко потребовать от последних не препятствовать проведению честных и открытых выборов в Нагорном Карабахе).

Видимо, поддержка со стороны властей – это костыли: стоять на них можешь, но без них ни шагу, они всегда дают о себе знать, а ты, помня о них, должен осознавать свою ущербность.  Другим расхожим и упорно муссируемым мнением является то, что претендент может расчитывать на успех в выборах и проведение начатых им реформ только в том случае, если его поддерживают силовики. Как показывает история, в кризисных ситуациях решающим фактором оказывается личность самого лидера и нравственно-духовные качества окружения, а укрепление авторитарных тенденций чревато созданием военно-полицейского государства и замены чиновничье-кланового беспредела беспределом силовой элиты. Кто защитит тогда общество от избалованных сынков, если новый Сталин и Вашингтон не появятся? “Реформы без порядка превращаются в анархию, а порядок без реформ – в реакцию”, – писал основатель социологии О. Конт. И выходит, что мы голосуем не за военного или гражданского человека, а за лидера и программу. Обратите внимание

– Вашингтон вошел в историю не как генерал, а как человек, победивший на выборах.

Население НКР недавно проголосовало за Конституцию, что ознаменовало завершение строительства правового поля для участия различных категорий лиц в выборах. Влиятельной и организованной силе – карты в руки: пускай выдвигают своих кандидатов и побеждают, доказав право и способность искоренять в себе те недостатки, которыми больно все общество и которыми они не могли не заразиться сами.

Давид КАРАБЕКЯН

 

Грустная «миссия»  Андраника Миграняна 

Выступление  по Арцахскому телевидению российского политолога Андраника Миграняна многих, к сожалению, навело на грустные мысли. И некоторыми из этих мыслей хотелось бы поделиться с карабахскими читателями. Конечно же, мы всегда с гордостью воспринимаем случаи, когда наши соотечественники занимают разные высокие посты или являются известными деятелями в различных областях в других странах. Наверное, эта гордость не всегда оправдана, потому что часто эти люди уезжают в другие страны или за лучшей жизнью, или за возможностью более продуктивно развивать свои способности. Очень сомнительно, приносит ли такое развитие пользу их (то есть и нашей) Родине, но все же армяне, как и многие другие нации, часто чувствуют гордость за успехи своих земляков даже в большом отдалении от родных мест. Подобным же образом мы относились к личности Миграняна, несмотря на то, что его «звездный час» в России пришелся на тот период, который сейчас очень многие россияне называют по меньшей мере неудачным.

Мы не беремся сейчас оценивать его деятельность в России, но вот в Армении его практическая политическая деятельность не принесла успехов –  в 90-х годах, будучи членом Президентского совета России, он одновременно являлся платным советником предпринимателя Аркадия Варданяна, который в дальнейшем пытался начать (и сразу плачевно закончил) свою политическую деятельность в Армении. Теперь же г-н Мигранян пользуется материальной поддержкой Ара Абрамяна – предпринимателя и руководителя российской армянской общины, который в свою очередь имел и, возможно, пока имеет планы побороться за высший государственный пост в Армении. А возвращаясь к нашей теме нужно отметить, что приезд Миграняна в Карабах очень похож на продолжение «миссии», которую начал недавно Абрамян, а именно – пропаганда идеи возможности или даже необходимости(?) нахождения А. Гукасяна в третий раз на президентском посту. Аргументация Миграняна конечно же была «на уровне» – видимо, он считает, что карабахцы настолько недалекий народ, что им можно говорить все, что вздумается. Главное – запугать! Извините, г-н Мигранян, но в плане запугивания Вы не рассчитали – не таким и не такие пугали Карабах! Но лучше по-порядку. Сначала изложим основные аргументы политолога:

1. Принятие Конституции дает право на выдвижение на третий срок.

2. Личность Гукасяна настолько положительна и нужна, что следует его упросить снова быть президентом, несмотря на его отказ от этой идеи.

3. В случае выдвижения других кандидатов без участия Гукасяна Карабах ждет дестабилизация.

4. Отказ от президентства в Армении Р. Кочаряна приведет к ослаблению позиций армянской стороны в переговорах по карабахскому урегулированию, поэтому потребует усиления позиции НКР, а позиция НКР может быть только усилена участием Гукасяна. Попробуем проанализировать аргументы по пунктам: 1. Г-н Мигранян заявил, что принятие Конституции фактически означает основание нового государства. Очень «сильное» заявление! Конечно же, Мигранян политолог, а не юрист, но даже от политолога необходимо требовать минимальные юридические знания. К примеру, в СССР было принято несколько Конституций, но почему-то никто и не заикнулся о том, что существовало несколько СССР. И если даже странное заявление Миграняна принять на веру, то сразу же встает вопрос – а почему в таком случае не обновляются и юридически, и кадрово все государственные структуры, в том числе выборные? Новая страна? Tак давайте все по новой! И вообще, если вспомнить высказывания некоторых деятелей о возможности выдвижения на третий срок в связи с принятием Конституции, то они, в основном, очень примитивны. Так, например, председатель НС НКР А. Гулян заявил: «В Конституции НКР нет такого параграфа или положения, которые дали бы возможность президенту баллотироватся в третий раз. Другое дело, что Конституция не исключает подобную возможность». То есть, Конституция и не разрешает, и, одновременно, разрешает. Удивительная Конституция! Но дело в том, что в Коституции черным по белому написано, что президент не имеет права баллотироваться на третий срок! А вот насчет «разрешает» – это уже явные измышления.

И для таких измышлений нужно как минимум очень большое желание. Видимо, оно кое у кого присутствует. И негоже А. Гуляну, который, возможно, сам тоже будет претендовать на президентский пост в определенной ситуации, выражаться таким совсем «не юридическим» языком. А ведь он сейчас руководит законодательным органом нашей страны! 2. Все дело в том, что Гукасян отказался от идеи третьего срока в своих заявлениях не совсем по собственному желанию, потому что в частных беседах он однозначно озвучивал совершенно противоположное желание. Так что заявления делались или вынужденно (под каким-либо давлением), или же это была игра для создания  определенного образа. Вот г-н Мигранян и подобные ему купились… А может, не будем притворяться наивными?

Не купился Мигранян и ему подобные на игру Гукасяна! И вообще давайте ясно скажем, что не будут ни Исагулов, ни Ара Абрамян, ни Андраник Мигранян заниматься пропагандой идеи третьего срока без задания или договоренности с Гукасяном. А в этом случае все реверансы в сторону великого патриотизма и «политической морали» Гукасяна становятся просто кощунством. Карабахцы настолько привыкли, что слова некоторых руководителей расходятся с делами, что даже после двух публичных заявлений Гукасяна не верят в его искренность. Акции, подобные выступлению Миграняна, только усиливают их сомнения. Или, например, после провала «миссии» Исагулова были распространены слухи о недовольстве президента, о скорой отставке и даже об отъезде министра ВД из Карабаха. В реальности же Исагулов получил еще одну годовую отсрочку от выхода на пенсию!!! Поэтому не будет наш народ просить Гукасяна, потому что он очень «хороший», остаться еще на один срок. Теперь Гукасян может только одним способом доказать свой патриотизм и демократизм – отказаться окончательно от идеи выдвижения на третий срок и запретить своим сторонникам заниматься подобной пропагандой и таким образом остаться сторонником беспрекословного подчинения положениям Конституции.   3. Мысль о возможной внутренней дестабилизации в Карабахе прозвучала впервые. Откуда пришла такая мысль А. Миграняну – непонятно. Никто и никогда не будет дестабилизовать здесь обстановку ради политического поста! Не надо здесь устраивать аналогии с Арменией или другими странами. Г-ну Миграняну нужно было бы получше изучить менталитет карабахцев. И вообще, он должен был понимать, что несет очень большую ответственность за подобное заявление.

Но в связи с ним хотелось бы отметить и следующее, чтобы не оставить места для дальнейших спекуляций на эту тему: почему-то, по мнению политолога, при нормальном, законном, конституционном способе выдвижения кандидатов возможна дестабилизция, а вот при нарушении Конституции и новом выдвижении Гукасяна эта опасность изчезает!!! Поистине удивительная логика! Почему-то дестабилизация в Армении принимается  как естественное развитие событий там, и вместо того, чтобы стремиться и помогать тому, чтобы армянский народ во главе с руководством Армении принял все цивилизованные меры для недопущения ее, нас призывают «хотя бы спасти Карабах»! «Хорошая» «страшилка», которая сразу же заставляет предположить или еще больше убедиться, что визит Миграняна в НКР – это запланированная акция, призванная работать на определенную цель. А какую – как говорится, «догадайтесь с трех раз»! В связи с этим также вспоминается пресс-конференция, прошедшая много лет назад, в которой А. Гукасян и С. Бабаян клялись народу, что оба подадут в отставку при случае возникновения ОПАСНОСТИ внутренней конфронтации между ними. История напоминает о другом: один из них довел ситуацию до того, что другой организовал покушение.

Так кто же может явиться причиной дестабилизации, г-н Мигранян? 4. Если мы принимаем тезис о том, что неучастие Карабаха в переговорах обусловлено именно желанием и решением Кочаряна, а не другими более серьезными факторами, то Гукасян предстает в этом случае перед нами как довольно слабая личность и политик, который не смог изменить этого положения, даже будучи уверенным в том, что участие Карабаха приведет к лучшим результатам (а об этом Гукасяном и членами его команды было заявлено много раз). Во-первых, при более глубоком анализе  можно придти к выводу, что неучастие Карабаха обусловлено другими, более глобальными факторами, а во-вторых, тезис о незаменимости Гукасяна настолько сомнителен (об этом уже писалось в нашей прессе), что строить на нем внутреннюю политику явно несерьезно. Говоря о ситуации в Армении, политолог однозначно выразился в поддержку отказа Кочаряна от третьего срока. Говоря о Карабахе, Мигранян вдруг вспомнил Джефферсона и Рузвельта. Не говоря уже о несопоставимости сравнения этих личностей с Гукасяном (надеемся, с этим никто не будет спорить), опять почему-то отсутствует логика, ведь Джефферсон отказался от идеи третьего срока даже при отсутствии подобного положения в законодательстве США, а Рузвельт согласился – так с кого брать пример? Мигранян настаивает: с Рузвельта! А вот почему, не обьясняет. Подводя некоторые итоги выступления Миграняна и этой статьи, хотелось бы заметить – каждый, кто соглашается выполнить определенную обязанность по поддержке той или иной политической силы или личности в Карабахе, не должен забывать, что наш народ пережил такие времена, которые его научили очень быстро различать ложь от истины, в отличие от «кабинетных» политологов, которым обязательно хочется «поумничать» – особенно, когда за это платят деньги. Все эти люди, которые по разным причинам соглашались и будут, возможно, соглашаться на подобные «миссии», должны задуматься о том, что Карабах – очень сильный лакмус для политических деятелей. Так что мы хотели бы посоветовать этим людям перед подобными решениями получше подумать и о собственной профессиональной карьере и т. д. Мы – очень гостеприимный народ, и с уважением примем любого, кто с чистым сердцем и помыслами посещает Карабах. А тех, кто приезжает с определенными целями, сомнительными для нашего будущего, ждет незавидная судьба. И пусть будет так всегда!!!

http://artsakh2007.narod.ru

 

Реплика

Хороший политилог или бизнесмен – это далеко еще не хороший гражданин. Хотя даже хороший гражданин – это далеко еще не та личность, кому дано право указывать политический выбор победившему в жесточайшей войне народу. Это святое право тех, кто кровью и потом завоевывал свободу и независимость Родине. А к новоявленному “мессии” Андранику Миграняну лишь один вопрос – “почем нынче курс сребренника”?

Гагик БАГУНЦ

 

Десять пожеланий в Новом Году Из авторской аналитической телепрограммы Мурада Петросяна

Что касается конкретно вопроса о нецелесообразности ухода А. Гукасяна. Еще в сентябре до принятия конституции я говорил: Президентом должен быть избран тот, кто наведет, кто способен навести справедливый порядок во всех сферах нашей жизнедеятельности и тем самым: а) выведет НКР на орбиту международного внимания и симпатий; б) превратит Арцах, если не в молота, то в “неразламывающегося орешка”. Даже если этим человеком будет А. Гукасян. Народ потребует, чтобы он не отпускал бразды правления из своих рук, не оставлял начатое на полпути. Для народа по большому счету не имеет значения, как говорил Дэн Сяо Пин: “Какого цвета кошка лишь бы мышей ловила”. А я говорил: “Какая нам разница из какого родника пойдет вода, лишь бы она пошла, лишь бы народ был бы спасен от обезвоживания”.

Но увы! Несмотря на наши превосходные взаимоотношения с Президентом, я вынужден констатировать о моем разочаровании. За эти четыре месяца никаких перемен во внутренней политике по наведению порядка – не произошло! Как будто мы живем в некоррумпированном обществе, как будто у нас нет проблем в кадровой политике и т. д. Я бы не хотел выглядеть в своих суждениях столь резким и категоричным, но любой из вас – обладая моим дальнозорким политическим зрением, видя, что продолжение нынешних темпов нашего развития, продолжение укоренения нынешнего образа жизни ведет, в конечном итоге, к потери Карабаха – поступил бы также, как я. Ибо иного выхода нет: или он должен покинуть “тонущий корабль”, или он должен указать на правду, на выход из ситуации. Сейчас развернулась дискуссия “Каким должен быть президент”, более кратко скажу так: Президент должен быть лидером в вопросе о том, что есть белое, что есть черное.

Не общественное мнение, не оппозиция, не кто-либо другой должны указывать на законное и незаконное, на справедливое и несправедливое – а сам президент – в первую очередь и главным образом. Указывать и Действовать. Организовывать и Приводить в действие механизм по исправлению или устранению существующего негатива.  Что мешает А. Гукасяну стать таким лидером – я так и не понял… “Не понял”, ибо основной потенциал быть таковым у него есть.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s