№ 17 / 15 октябрь

Kинофестиваль

“Я – человек” в Карабахе

С 1 по 15 октября в разных точках Карабаха можно было увидеть киноавтобус с пометкой “Я – человек”. Этот киноавтобус как бы символизирует южнокавказский кинофестиваль документальных фильмов с одноименным названием, который до Карабаха успел побывать в Азербайджане, Грузии, Абхазии, Южной Осетии и Армении. Это – второе путешествие кинофестиваля “Я – человек” по регионам всего Южного Кавказа. 

Кинофестиваль инициирован немецким фондом им. Генриха Белля и грузинским филиалом сети “Институт открытого общества”. Он показывает актуальное документальное кино из Франции, США, Израиля, Дании, Швейцарии и Голландии, касающееся прав человека и проблем войны и мира. Эти фильмы ранее показывались на известных мировых кинофестивалях в Праге, Каннах и т. п.

Идея фестиваля состоит в том, что его проведение в той или иной точке Южного Кавказа привносит свой вклад как в культурную жизнь региона, так и расширяет дискуссии, связанные с проблемами прав человека и мирного урегулирования конфликтов.

В Карабахе конкурсные заявки на проведение кинофестиваля выиграли 4 организации: Степанакертский Реабилитационный центр им. Керолайн Кокс, шушинская организация “Гармония”, Гадрутский дискуссионный клуб и степанакертская журналистка – по личной заявке.

В фестивальной программе были показаны фильмы “Соглашение” (Швейцария), “Враги счастья” (Дания),  “Место встречи” (Израиль), “Быть и иметь” (Франция), “Шахин” (Финляндия), “Таксист из Пенджаби” (США), “Три товарища” (Голландия), “Белые вороны – чеченский кошмар” (Германия), “Мост через Вади” (Израиль). 

Карине ОГАНЯН 

Фильмы – о войне и мире, любви и ненависти, жизни и смерти, врагах и друзьях. Фильмы о ценностях, которые отличают человека от других способных дышать. Фильмы, которые заставляют вспоминать, сопереживать и думать…

Трудно пересказать, что несут с собой фестивальные фильмы. Трудно потому, что невозможно в двух словах передать то, над чем годами трудились режиссеры, авторы, кинодокументалисты. Но главное, что приносят эти фильмы – размышления. Размышления о сути человеческого предназначения и о том, как сделать мир вокруг лучше и добрее.

Все фестивальные дни в Карабахе сопровождались дискуссиями. Зрители говорили о фильмах и о своих эмоциях после них, вспоминали свою войну и свой опыт в вопросах, которые касаются прав человека – начиная от расовой или национальной дискриминации, заканчивая проблемами в школе и в политике.

Фестиваль приезжает в Карабах уже во второй раз. Приглашают его сюда разные люди. Но цель у них одна: приобщить своих друзей, коллег, соотечественников к большому кино, сделать их жизнь чуть разнообразнее. Координатор фестиваля Мартина ТИХОВ, которая до Карабаха уже побывала во всех регионах Южного Кавказа, рассказывает, что когда ехала сюда впервые, было очень трудно представить, куда же она попадет: “Шесть часов на машине, всего одна дорога, сюда не едут поезда и самолеты, это непризнанная страна, но в отличие от Абхазии и Южной Осетии сюда очень долго едешь, и ты не знаешь, что же тебя там ждет. Но… попадаешь в очень хороший город,  где почти не видны следы войны. Молодежь в Степанакерте как везде – не отличается от своих сверстников. Внешне не видно, как вы пострадали во время войны, но после общения начинаешь понимать, какую боль и потери испытали люди здесь. Мне очень понравилось, например, что в Реабилитационном Центре, где мы проводили наш первый кинофестиваль в Карабахе, собрались не только пациенты и сотрудники, но и другие жители Степанакерта, и  это был настоящий праздник, это был хороший пример того, что все люди равны – это было очень трогательно, и очень соотносилось к идее нашего фестиваля. Вообще, в Карабахе аудитория открытая, люди спорят, не боятся высказывать свое мнение. Правда, немного трудно бывает вызвать интерес к фестивалю и приглашать больше людей, но зато те, кто приходит, остаются смотреть наши фильмы три дня подряд, и им это нравится. Считаю, что более важно проводить фестивали в регионах, чем в столицах, потому что обычно в столицах люди привыкают к таким мероприятиям. А в южнокавказских деревнях не такая богатая культурная жизнь, и наш фестиваль призван как бы привозить большое кино в места, из которых люди обычно не имеют возможности выезжать на международные фестивали и смотреть подобные фильмы. Надеюсь, в следующем году фестиваль здесь пройдет даже лучше, чем сейчас”.

Ирина АВАНЕСЯН, психолог Реабилитационного Центра, говорит: “Очень много чувств перемешано. Сердце болело, когда снова увидела военные кадры и снова осознала то, что у войны бывает только одно лицо –  лицо ужаса. Было очень много аналогий с нами, и уже в который раз понимаешь, что в войне не бывает победивших и проигравших: бывают только жертвы”… Представительница общественно-культурной организации “Альфа-Омега” Сусанна ПЕТРОСЯН считает, что “фестиваль удался, потому что это были актуальные фильмы для нашего общества, пережившего войну. Были не только фильмы, но и акценты на пути решения проблем. Мы увидели разное видение конфликтов – с разных конфликтующих точек. И главное, что после фильмов задаешься вопросами… Мне кажется, такие фестивали должны часто проводиться. Дискуссии понравились, была хорошая возможность обменяться мнениями не только с представителями карабахского общества, но и представителями других конфликтных регионов Южного Кавказа”.

Одним из представителей таких регионов был Алхас ТХАГУШЕВ, член фестивального жюри от Абхазии: “Впечатления от фестиваля наслаиваются на впечатления о Карабахе. Я здесь впервые и я очарован этой страной. Рад, что не видно следов войны, разрушений. Рад, что в людях есть оптимизм  и что здесь так много созидания. В контексте этого очень актуален наш фестиваль, потому что пафос фестиваля в том, чтоб война осталась в прошлом как дурной сон, а будущее было связано только с миром, и Южный Кавказ и Нагорный Карабах как часть Южного Кавказа стали регионом, где люди без страха растят своих детей. Чтоб мир был не хрупким, а всерьез и надолго”. А другой представитель Абхазии Арзадин АГРБА добавил: “Потрясен аурой Гандзасара, потрясен этой свободной страной. По-абхазски скажу: “Карабах ихколб”, что означает – Карабах есть и у него будет большое будущее!”

На кинофестивале в Гадруте присутствовала и кинорежиссер-документалист Маша НОВИКОВА. Ее фильм о войне в Чечне “Три товарища” тоже был включен в фестивальную программу и обсуждался в разных регионах Южного Кавказа. “Я присутствовала на двух фестивалях в Грузии и на одном в Карабахе, и мне очень нравится идея этого фестиваля. Я просто вижу, как на глазах меняется отношение людей к тем или иным вопросам, их видение различных проблем. Мне очень понравились эксперты и ведущие – они привносят в обсуждение интеллигентно-объективный взгляд на вещи. Надо сказать, что женщины в Гадруте восприняли мой фильм очень близко к сердцу. Они говорили, что это тяжелый фильм, потому что сами знают, что такое война. И их немного удивило то, что русский кинодокументалист может снять фильм о том, что Россия вела нечестную войну с целым народом и просто убивала простых людей в Чечне, а не солдат. Подобное откровение я видела и на обсуждении моего фильма в Центре Сахарова в Москве. Что же касается самого Карабаха, я тут была 5 дней – в Шуши, Степанакерте и Гадруте, и могу сказать, что тут очень кинематографичные места. Мне захотелось снимать тут фильм. Я общалась здесь с детьми, видела отношение взрослых к ним и поняла: несмотря на тяжесть пережитого, дети очень позитивные. Думаю, раны зарубцуются. Я к вам обязательно приеду!”

Армянский политолог Карен БЕКАРЯН, который был экспертом шушинского и гадрутского фестивалей, считает, что кинопросмотры удались: “Естественно, можно по-разному отнестись к разным фильмам и авторам, но в целом фестиваль оставил хорошее впечатление. Дискуссии очень понравились. Жалко, что было не очень много зрителей,  жаль, что многие потеряли такую возможность посмотреть очень хорошие фильмы и подискутировать. Но… даже тот формат, в котором прошел фестиваль, снова показал то, что всегда отличает Карабах: дискутируют люди, которые знают о конфликте не понаслышке, и еще – карабахцы сохранили свою внутреннюю чистоту. Они не говорят на публику, не имитируют свои взгляды, они говорят то, что думают. И уже в который раз я для себя обнаружил, что в душе эти люди очень толерантны”…

“Даже на войне добро возвращается” – именно эти слова запомнились из одной карабахской дискуссии. Война, в которой человек может потерять свое человеческое лицо, искажает суть человеческого бытия. Но она не может заставить человека вечно жить по ее законам, потому что есть ценности, которые никто не может отменить: это мир и красота, добро и любовь, гуманность и понимание. В фестивальных фильмах были показаны арабы и израильтяне, чеченцы и русские, курды, финны, индусы, американцы, афганцы, французы… Были показаны люди разных вероисповеданий и рас, культур и языков, но они поднимали общие для всех вопросы – любовь к родине и уважение родины к своим собственным гражданам, право человека выбирать такую жизнь, какую он сам хочет для себя и право быть свободным, веру в то, что инакомыслие и разность способны мирно сосуществовать с общепринятым, и что вообще главное всегда помнить: “я – человек”… Потому что пока не осознаешь эту вроде тривиальную, но главную формулу человеческого предназначения, понимаешь, что права была одна из участниц дискуссий, сказав: “Говорят, человек – это звучит гордо. Но к сожалению, сегодня это вообще не звучит гордо…” Вот о подобных вопросах – не ответах – и заставил размышлять кинофестиваль на колесах “Я – человек”, который в следующем году снова приедет в Карабах.

——————————————————————————————

Безопасность

Жить по совести

Гагик БАГУНЦ

“Князь рыб обвинил рыб в том, что они съедают мелких рыбешек.

Те, набравшись смелости, ответили, что берут пример с него: ибо многие пришли к тебе с поклоном, но стали пищей тебе”

Мхитар Гош, XII век

Примерно полгода назад, после очередной сессии в АрГУ, я в приватной беседе с коллегой, с которым прошел всю войну, упрекнул его в мздоимстве: “Неужели не совестно разменивать честь защитника Родины, которую ты, жертвуя жизнью на каждом шагу, каждый миг, заслужил в суровые годы войны, на пару-другую долларов, которые выдавливаешь по капле со студентов?”. Ответ был страшен – как по степени алогичности и цинизма, так и обреченности и отчаяния: “А что ты меня крайним выставляешь? Ты это “ему” скажи, когда он только на вступительных экзаменах в тысячу раз больше  “зарабатывает”. Мои дети – не дети, что ли?”.

Насчет сказать – все, что нужно – я “ему” год назад высказал. Важно не это… Сами того не замечая, мы опустили планку общественной морали на прискорбно низкий уровень. Можно понять и простить человека, вынужденного в определенных ситуациях ради материальной выгоды поступать не по совести. Но когда поступаются принципами наперекор друг другу, когда зло не пресекается, а порождает еще большее зло – это разрушительно для общества, это уже угроза общественной, да и государственной безопасности.

В старые добрые советские времена существовало такое “стахановское движение”: кто-то выдавал за смену 2 нормы. Второй в трудовом порыве увеличивал производительность еще в 2 раза. А третий – вопреки всем законам экономики, да и физиологии тоже – выдавал все десять норм. У нас же намечается некое “антистахановское движение”. Кто-то хапнул у государства или у общества сотню. Второй (чтоб первый лопнул от зависти) замахнулся на все 500. Третьему же уже и тысячи мало…

В последнее время много говорится и пишется о безопасности, как правило, подразумевая под этим национальную безопасность от внешних угроз. Мне же хотелось бы поговорить о  не столь заметной и обсуждаемой, но от того не менее важной безопасности “внутренней”…

Сегодня, когда жесткие вызовы  3-го тысячелетия ставят под угрозу нашу безопасность, мы не имеем права не только на ошибки, но и права расслабляться. Сложнейшему переплетению всевозможных интересов в регионе мы можем противопоставить детально проработанную, безопасно и эффективно функционирующую систему использования качественного человеческого ресурса, высококлассных специалистов.

Тысячелетняя история нашего народа, полная больших и малых геноцидов, выработала в нас важную черту – умение выживать практически в любой ситуации. Она и позволила нам дойти до  3-го тысячелетия. Но… с вечной оглядкой назад, в прошлое. Ставший генетическим страх перед постоянной угрозой уничтожения заставлял все чувства и разум сосредотачиваться на сиюминутных задачах выживания, часто индивидуальных. До выработки долгосрочных личных, а тем более стратегических национальных программ, дело, как правило, не доходило. Более того, мы практически порастеряли такие важные атрибуты существования государства, как гражданственность, законопослушность, восприятие государственных интересов хотя бы на уровне личных, свели на нет понятие государственной выгоды.

Высшей справедливостью стало не то, что направлено на эволюцию личности и национальное развитие, а то, что способствовало личной безопасности (и, в первую очередь, личному обогащению, с целью обеспечения быстрой эмиграции в случае угроз). Подобное положение дел на рубеже тысячелетий, в условиях глобализации и столкновения интересов великих держав в регионе “гарантированно” выводило нас на “финишную” прямую.

Арцахское движение в этом свете видится не просто борьбой за Арцах. Оно вылилось в отчаянную попытку выживания всего армянского народа, в борьбу за сохранение лучших качеств нашего народа. Чувство национального достоинства, стойкость и беспримерный героизм лучших сыновей позволили нейтрализовать угрозу военного поражения (и, как следствие, физического уничтожения). Возрождение национального духа на лучших национальных традициях стало главным завоеванием Арцахского движения. Была выработана и внедрена в массы Национальная идея, сплотившая людей в единую нацию. До уровня святости были подняты такие понятия как свобода, гражданственность и мораль. Величайшим завоеванием нашей борьбы за 1988-94 гг. я считаю не несколько тысяч квадратных километров отвоеванных земель, а возрождение нации, сплочение ее вокруг идеи развития государственности на основе демократии, справедливости и ставки на собственные интеллектуальные и духовные силы.

Наверно, не надо быть большим политиком, чтобы понять тенденции, складывающиеся в подходах к решению Карабахского вопроса. Мощный экономический фактор нефти, последовательно используемый Азербайджаном, все сильнее перетягивает чашу весов мнений сильных мира сего в их сторону. Мы же можем делать ставку на всеобщую мобилизацию национального интеллекта и духовных сил. Однако в 88-ом мы стояли перед большей опасностью, но сумели ценой огромных жертв выйти победителями из того противостояния. И мы в ответе перед памятью наших погибших братьев. Завоеванное ценой их жизней не может стать разменной монетой ни в каких политических играх и торгах. Построение сильного и развитого государства с процветающим, нравственным обществом – лучшая дань Памяти.

Тогда, у истоков Движения и в годы войны, мы все были равны перед смертью. И потому сейчас все мы должны быть равны в праве на достойную жизнь. Однако с сожалением приходится констатировать крайне резкую поляризацию общества в плане материально-финансового положения. Одна из первопричин этого в том, что здоровые тенденции государственного строительства, явно просматриваемые за последний год, уступают в темпах и масштабах “гангрене” коррупции, мздоимства и прочих подобных явлений, разъедающих государство и общество. Нравственный упадок в обществе, сопровождаемый снижением образованности населения, невостребованность квалифицированных специалистов, отсутствие эффективной государственной политики обучения и воспитания молодежи лишь усугубляют эти явления. С другой стороны, никакие усилия высшего руководства страны не приведут к решительному перелому, если широкие слои населения активной гражданской позицией не “замкнут цепь”.

Долг каждого гражданина поднять свой голос против подобных явлений, долг общественности – всеми существующими законными методами поддерживать и защищать тех, кто в авангарде этой борьбы. Общество должно стать гарантом недопустимости злоупотреблений на любом уровне. Решающее значение общественного мнения призвано восстановить и укреплять законность.

Гражданское общество (о котором мы пока лишь рассуждаем) должно строиться на принципах морали и социальной справедливости, уважении прав человека. Это должно стать неотложной задачей всех государственных и общественных структур. И пусть сегодня мои слова кажутся оторванными от современных жизненных реалий, но рано или поздно общество поймет, что на существующих принципах нельзя построить развитое государство. И чем раньше мы это поймем, тем больше у нас шансов выжить в нынешней сложной ситуации.

Государственная структура только тогда стабильна и прочна, когда зиждется на нравственности. Нравственное начало должно оцениваться превыше всего, даже юридического. Источник силы или бессилия общества, государственной крепости – духовный уровень жизни.

Кризис духовности во многом объясняется отсутствием у народа больших, амбициозных целей. Вакуум, возникший в послевоенные годы, когда карабахская сторона из субъекта переговорного процесса, решавшего ее судьбу, была низведена в объект, не был ничем заполнен. Во время войны мы знали, во имя чего мы умираем; сегодня мы не знаем, во имя чего мы живем. За 15-20 лет независимости мы не предложили нормативной модели будущего. Неясно, куда мы идем (куда нас ведут); какие задачи мы решаем; за что или против чего мы боремся. Мы просто послушно идем по пути наименьшего сопротивления. Наша модель будущего должна ориентироваться не на чужие примеры, а основываться на реальном потенциале народа, на его менталитете.

Традиционные духовные ценности – вот та шкала, по которой должны сверять свою политику власти и свои поступки – рядовые граждане.

Государственность существует не только в виде властных структур, но и в форме системы ценностей, реализующихся в деятельности тех или иных представителей общества. И каждый человек несет ответственность за состояние всей системы. Сегодня у нас появился шанс изменить ситуацию к лучшему. Высшее руководство страны в своих программных задачах и осуществляемой социальной политике декларирует готовность бороться с негативными явлениями и разрешить накопившиеся проблемы в социальных отношениях.

Казалось бы, в этих условиях резко усилится гражданская активность, как из рога изобилия посыпятся идеи, проекты, предложения, направленные на развитие разных сфер государственного строительства. Но… “в ответ – тишина”. Что это – оцепенение перед неожиданно свалившейся ответственностью, неготовность к интеллектуальному и духовному лидерству?! Или же страх иметь альтернативную, отличную от властной, концепцию развития?!

Конечно, при нынешнем скоплении бед и проблем, осложненном внешними угрозами, статус сильной президентской власти нам, по крайней мере, на ближайшие годы необходим. Необходима и определенная политическая дисциплина народа. Но разнообразие путей и подходов к решению многих и многих  вопросов столь же необходимо – особенно в таких сферах как образование, культура, экономика. Наличие инакомыслия (благодаря идеологии Компартии до сих пор воспринимаемое чуть ли не как предательство) гарантированно предохраняет от скатывания к застою и помогает в выборе правильных путей развития.

Бог разрушил Вавилонскую башню, чтобы люди научились жить в разноязычном и разнопонятийном  мире. И надо научиться через хаос разнопонятийности вернуться к прежнему Единству. Но к Единству не одинаковых, а разных…

В наш все более и более убыстряющийся и уплотняющийся век смешно надеяться на некую передышку, паузу в многовекторной гонке. Любая пауза, передышка могут сбить с темпа, стать началом стагнации и безнадежного отставания. И потому надо научиться думать и осмысливать на ходу, быстро и разнопрофильно. А для этого нужны пытливые, гибкие, глубоко эрудированные умы. “Благодаря” же переживающей кризис (для выхода из которого требуется  как минимум 5-7 лет глубоко продуманной и последовательной работы) системе образования (это тема отдельной статьи) у нас истощаются интеллектуальные ресурсы. Возник дефицит ряда востребованных специалистов. Со всей остротой встал вопрос госпрограммы, направленной на подготовку людей мыслящих и способных творчески и эффективно работать. Иначе мы не сможем адекватно ответить на технологические вызовы стремительно развивающегося мира в целом и военно-политические вызовы стремительно богатеющего Азербайджана, в частности.

Лучше переоценить противника, чем недооценить его. Не стоит самоуспокаиваться тем, что нефти у Азербайджана не так уж и много, да и используют ее весьма малоэффективно. Нефти – не мало, что же касается использования нефтедолларов – не совсем согласен. Помимо существенных затрат на закупку вооружения, за последние годы в Азербайджане создано с десяток аналитических центров, ведущих довольно результативную информационную войну (неслучайно Президент РА С. Саргсян обратил особое внимание на информационную безопасность). Да и факты, подобные тому, что в первой десятке мирового рейтинга сильнейших шахматистов появилось сразу два азербайджанца, должны заставить нас задуматься и начать несколько иначе воспринимать наших соседей.

Однако, если решать задачу в плоскости “где найти столько достойных, порядочных и компетентных кандидатов” весьма сложно, то решение вопроса в плоскости “кого не должно быть во власти в государственных структурах” – весьма очевидно и разрешимо. На протяжении долгого времени шел процесс создания негативных механизмов подбора кадров во властные структуры. “Прокрустово ложе” требований к кандидату во власть, а затем и чиновнику во власти столь ущербно и некомфортно для любого носителя живой, прогрессивной, а потому в определенной мере, нестандартной идеи, что практически исключает появление во властных структурах полноправной команды мыслящих и работающих людей, преданных идее поступательного развития страны и общества. Появление же таких отдельных личностей на довольно высоком властном уровне и их деятельность, к сожалению, напоминает “донкихотство”. В чуждой среде нынешнего чиновничества эти одиночки “нежизнеспособны”.

Раздутая чиновничья номенклатура, крепко держась друг за друга, непомерным гнетом давит общество, пригвоздив движущую силу общества и позволяя, в лучшем случае, ползти в ими же заданном направлении.

Вместе с низким уровнем общественного контроля над деятельностью властей разного уровня, неподотчетностью представителей власти, это вызывает недоверие к власти, порождает в народе предубеждение к их действиям. В то же время нельзя не понимать и не признавать, что одним из важнейших факторов безопасности и успешного развития государства является доверие к власти. Именно те общества, в которых доверие членов общества  друг к другу и доверие общества к власти выше, вырываются вперед в тотальной гонке.

Одной из важнейших составляющих доверия к властям является успешная борьба с коррупцией. Опыт многих государств, таких как Италия, Сингапур, Гонконг, Малайзия, скандинавские страны, выработал разнообразные способы ведения этой борьбы. Однако и здесь усилия высшего руководства остро нуждаются в активном содействии общества для запуска механизмов очищения. К сожалению, наше общество, прекрасно осознавая, что коррупция смертельно опасна для государства, слишком мало делает для  того, чтобы она стала хоть сколь-нибудь опасной для нечистоплотных чиновников.

Никогда не был  сторонником массовых репрессий. И сейчас ни в коей мере не призываю к “крестовым походам” с “шашкой наголо”. Но, с другой стороны, модное сейчас понятие толерантности не надо понимать как всепрощение, и, тем более, вседозволенность. “Богу – Богово, кесарю – кесарево”. Всепрощение – удел богов, а не правителей. И преступление с неотвратимостью должно быть если не наказано, то осуждено в любом случае. Еще Христос заповедовал, что, прощая грешника, мы не должны прощать грех. Следуй мы этой заповеди, наверняка не имели бы страшных не по политической слепоте, а по безнравственности, бессовестности  мартовских событий в Ереване.

Когда  мы оставляем без осуждения факты, подобные тому, что руководитель крупного государственного учреждения засовывает пучок травы чуть ли не в рот уборщице, обзывая ее скотиной, чему мы удивляемся, когда он, игнорируя закон (да и любые нормы Морали), не останавливаясь ни перед какими подлогами и ложными обвинениями, только и только из личных интересов, увольняет сотрудника. И далее, уже почувствовав безнаказанность, во всеуслышание заявляет, что решение Верховного Суда ему не указ. А ведь именно на этой почве взрастает “левонизм”, во имя личных амбиций не остонавливающийся ни перед какими действиями, ставящими под серьезнейшую угрозу государственную безопасность. Что этим “хозяевам страны” человеческие страдания, людские судьбы, судьбы Родины, когда на кону их кресла и миллионы?! Какие заслуги дают им право топтать свой же народ? Да и стоит понять, что заслуги – обязывают!

Думается, не менее важной составляющей доверия к властям является готовность и желание их защищать своих граждан. Нельзя создавать правовое государство, не имея прежде защищенного гражданина. Нельзя создать экономически сильное, развитое государство, если гражданин (особенно, при наличии нашего армянского менталитета) не уверен, что лучше всего реализует себя на Родине. Долг государства создать условия для нормальной жизни и работы, реализации своих способностей. И дело не столько в деньгах, а в статусе специалиста и достойного, порядочного человека в обществе, в его востребованности. К сожалению, в нынешней шкале ценностей интеллект, гражданственность, патриотизм, профессионализм – далеко не на первых местах.

По поводу и без повода рассуждая о демократических ценностях, западных демократиях, которые мы “должны” копировать, мы часто нивелируем два более широких и основополагающих принципа – уважение к человеческой личности и национальную безопасность. Очень часто демократия олицетворяет взаимоотношения определенных слоев или групп общества, выливаясь нередко в навязывание воли большинства меньшинству. Хотя нередки и случаи, когда хорошо организованное меньшинство доминирует над неорганизованным большинством. Являясь, безусловно, средством противодействия тирании, демократия не всегда эффективна в сохранении и спасении нравственных ценностей. Многим западным демократиям с неограниченной свободой личности свойственны всевозможные порочные явления. И слепое подражание Западу приводит к тому, что нас заливают “сточные воды” западной цивилизации. Демократия должна быть наполнена христианской ответственностью и добродетелью, гармонично укладываясь в рамки национального менталитета. Вне христианской основы демократия не только не помогает, а, напротив, снижает высоту нравственных идеалов.

Думается, здесь решающую роль должна сыграть Церковь. Но стремится ли она спасти общество своими благодетельными возможностями? Пока что Церковь лишь идет вслед за государством, освящая те или иные его шаги. Конечно, такие (не побоюсь высокопарных слов) высоконравственные деяния со стороны государства, как увековечание памяти погибших в Арцахской войне, награждение инвалидов войны автомобилями (не подарки – они заслужили это), лишь еще более возвышаются участием в них представителей Церкви. Но она просто обречена сподвигнуться на миссию духовного лидера; помочь нации в нравственном оздоровлении. А стать таковой Церковь может, лишь выдавив из себя десятилетиями впитавшееся в ее “плоть и кровь” чувство подчиненности государству и восстановив живую связь с истоками национальных качеств чистоты и святости, которые испокон веков были присущи ей и интеллектуальной и нравственной элите нашего народа. Чудеса бесстрашия по отношению к любому проявлению Зла на государственном, социальном и личностном уровне, проявленные на протяжении почти всей  Истории нашими духовными пастырями, – вот что выведет общество из духовного кризиса.

Одной из стержневых категорий нравственности является социальная справедливость. Подвижническая деятельность Мурада Петросяна в пропаганде этого понятия столь объемна и впечатляюща, что “дело только за малым” – всем и каждому постараться жить в соответствии с указанными принципами. Позволю себе лишь небольшое замечание.

Современное человеческое общество не должно строиться и развиваться на принципах, присущих остальному животному миру. Тем оно и человеческое общество, что в цивилизованной стадии своего развития руководствуется принципом  не просто справедливости (“выживает сильнейший”), а принципом “нравственной справедливости”; нравственно осознанном самоограничении, когда наша ответственность за своих близких и за общество в целом преобладает над беспощадно завоевываемой и ничем не ограниченной свободой самонасыщения и самообогащения.

Один из интересных и эффективных проявлений этого принципа – “возрастающий налог на прибыль”, позволивший, к примеру, Швеции  создать весьма справедливую социально-экономическую модель.

Именно на подобной справедливости можно построить стабильное и процветающее общество, в котором нет озлобленности и зависти к более богатым; где нет чувства обреченности и подавленности у относительно малоимущих слоев населения. Именно подобная социальная справедливость обеспечивает единение нации, сподвигая ее на массовый героизм и обеспечивая в экстремальных ситуациях национальную безопасность – высшую категорию цивилизованного социума. Как сказал один из авторитетнейших глав католической церкви – папа Иоанн Павел II –  в случае конфликта национальной безопасности и прав человека приоритет должен быть отдан национальной безопасности, то есть целости более общей структуры, без которой не могут быть соблюдены права человека.

…В заключении хочу выразить надежду, что дух наших предков и тысячелетнее прошлое, наша неискоренимая тяга к жизни и ответственность за Будущее наших детей помогут нам найти дорогу к Храму.

——————————————————————————————

Параллели

Спикер карабахского парламента против искусственного форсирования процесса признания

“С политической точки зрения признание не может быть одностронним процессом или актом. Намного важнее, чтобы политические акты не стали фикцией, оставаясь лишь на бумаге”. Как сообщает корреспондент ИА REGNUM в Степанакерте, об этом заявил председатель Национального Собрания Нагорно-Карабахской Республики Ашот ГУЛЯН в ходе пресс-конференции в Степанакерте, отвечая на вопрос о том, готовы ли Абхазия, Южная Осетия и Нагорный Карабах признать друг друга.

При этом он отметил, что одной из целей недавней поездки в Абхазию было выяснение, насколько эта республика готова вовлечься в данный процесс. “Было бы правильнее, чтобы мы сконцентрировались на более практичных вопросах, после чего станет ясно, насколько мы готовы к взаимному дипломатического признанию”, – сказал спикер парламента. При этом он высказался против искусственного форсирования процесса признания. По словам Ашота Гуляна, “признание Абхазии и Южной Осетии произошло не по классической формуле, которая может дать основание говорить о том, что точно также можеть произойти и с Нагорным Карабахом”. “На самом деле мы имеем дело с форс-мажорной ситуацией. Мы, конечно, рады призанию, которое получили Абхазия и Южная Осетия, однако это еще не означает окончательного международного признания. Кстати, в ходе встреч наши абхазские коллеги утверждали о том, что по уровню своей готовности признание первым должна получить Нагорно-Карабахская Республика”, – сказал Ашот Гулян. Отвечая на вопрос об инициативе Турции по созданию платформы мира и стабильности на Южном Кавказе, Ашот Гулян отметил, что любая инициатива, касающаяся вопросов безопасности и стабильности, обязательно должна охватывать реальных акторов региона, в том числе непризнанные или частично признанные республики, а также народы, независимо от того, какие государственные учреждения объединяют их.

Премьер-министр Армении: “По-настоящему “жизненно важный вопрос” – это установление добрососедских отношений со всеми странами региона и, прежде всего, с Азербайджаном”

Интервью Day.Az с премьер-министром Армении Тиграном САРКИСЯНОМ.

– Господин Саркисян, существенно ли пострадала экономика Армении вследствие последнего конфликта в Южной Осетии? Известно, что у Армении границы с Турцией и Азербайджаном закрыты. Связь же с Россией поддерживалась через Грузию, у которой сейчас нет контактов с РФ…

– Во-первых, хочу поблагодарить Day.Az за вопрос. Надеюсь, что мои ответы помогут читателям Day.Az более четко представить позицию Правительства Республики Армения.

Естественно, что подобные конфликты не могут не оказывать влияния на соседние страны, тем более на Армению, которая имеет ограниченные транспортные пути. Около 70% внешнего торгового оборота Армении осуществляется через территорию Грузии.

Ущерб, нанесенный экономике Армении в результате известных событий, по нашим расчетам составляет порядка 670 млн. долларов. Это недополученные налоги, отложенные инвестиции, нереализованные проекты и т. д. Конфликт был серьезным испытанием устойчивости экономики Армении. Сегодня мы можем сказать, что за последние годы устойчивость экономики нашей страны резко повысилась. Население практически не почувствовало прекращения товарных поставок; все системы жизнеобеспечения функционировали в обычном режиме. В течение двух дней мы зафиксировали очереди за бензином, которые по своей сути были скорее результатом панических настроений. Необходимо заметить, что государственные резервы не были затронуты, поскольку они предназначены для чрезвычайных ситуаций, когда практически отсутствует альтернатива.

Что нам дало возможность смягчить влияние конфликта?! Во-первых, наши конструктивные отношения с Грузией позволили стабилизировать поставки из Европы и стран СНГ через Грузию в кратчайшие сроки. Грузия продолжает получать российский газ, а через территорию Грузии и Армения. Доля же товарооборота Армении с Россией составляет около 20%. Как Азербайджан, так и Армения стремятся к тому, чтобы российско-грузинские отношения наладились как можно быстрее.

Во-вторых, Армения имеет границу с Ираном и, благодаря усилиям бизнесменов наших стран, в период кризиса направления некоторых товарных потоков были изменены, что также позволило существенно сгладить негативные последствия кризиса. В-третьих, Армения имеет стратегические резервы, которых достаточно, чтобы избежать внутреннего энергетическо-топливного или пищевого кризиса в течение нескольких месяцев.

– Известно, что открытие границ Армении с Турцией – жизненно-важный вопрос для Еревана. На каком этапе сегодня находится разрешение этого вопроса, учитывая недавний неофициальный визит Абдуллы Гюля в Армению?

– Известно, что граница с Турцией закрыта около 15 лет. И за эти годы экономика Армении обеспечивала высокий рост, который за последние 10 лет исчисляется двузначными цифрами, поэтому необходимо разобраться с понятием “жизненно важный вопрос для Армении”. По-настоящему “жизненно важный вопрос” – это установление добрососедских отношений со всеми странами региона и, прежде всего, с Азербайджаном. Мы прагматично подходим к этому вопросу и считаем, что тенденции мирового развития демонстрируют, что конкуренция из страновой перерастает в региональную. И в долгосрочной перспективе сотрудничество в регионе станет первым вопросом в повестке дня всех стран региона. Именно в этом контексте будет интересно обсудить “Платформу стабильности и безопасности на Кавказе” турецкого президента.

– Эксперты утверждают, что Армения вынуждена сегодня пойти на сближение с Турцией, поскольку ее экономическое положение в свете последних событий на Южном Кавказе оставляет желать лучшего. Вы разделяете подобное мнение?

– Позиция Армении относительно сближения с Турцией всегда была четкой и ясной. Мы готовы установить дипломатические отношения с Турцией без всяких предварительных условий. По-видимому, кому-то очень выгодно интерпретировать ситуацию другим образом.

– В настоящее время Армения намерена установить дипломатические отношения с Турцией без предусловий. Недавно Вы заявили, что в этом вопросе может сыграть существенную роль Великобритания. Чем конкретно может помочь Армении правительство Великобритании в этом вопросе?

– Армения всегда заявляла, что готова установить дипломатические отношения с Турцией без предварительных условий, а не только в последнее время. Великобритания исторически имела существенные интересы в регионе и традиционно дипломатические отношения с Турцией. Такие отношения имеет и Израиль, а это значит, что страны, имеющие теплые отношения с Турцией, могут способствовать созданию хорошей базы для сотрудничества.

– Пытается ли сегодня Армения присоединиться к совместному железнодорожному проекту Азербайджана, Грузии и Турции – “Баку-Карс-Ахалкалаки”?

– Мы заинтересованы в присоединении к любым региональным проектам.

– Известно, что недавно состоялась Ваша встреча с президентом ОАО “Российские железные дороги” Владимиром Якуниным. Обсуждались совместные железнодорожные проекты, которые “послужат стабильности в регионе”. О каких проектах идет речь, учитывая нынешнее блокадное положение Армении, и как они могут послужить стабильности в регионе?

– Единая региональная транспортная сеть для всех стран региона безусловно имеет стратегическое значение. И чем больше будет соединительных путей, тем выше будет устойчивость региона в целом, – тем он будет менее уязвим ко внешним воздействиям. Думаю, что это и в интересах Азербайджана. С господином Якуниным мы обсуждали возможные проекты как внутри республики, так и в рамках единой транспортной сети мегарегиона.

– Насколько сильно зависит экономика НКР от общеармянской? Насколько сильны финансовые вливания армянской диаспоры в экономику НКР? И какое сегодня экономическое положение НКР – образования, у которого нет самостоятельной экономики?

– Экономика Нагорного Карабаха “зависит” от общеармянской экономики ровно настолько, насколько экономика Армении зависит от общеармянской экономики. Армения – НКР – Диаспора – это единый организм, который мы называем “армянский мир”. Современные реалии таковы, что уже невозможно рассматривать каждый из этих элементов отдельно, так как картина будет неизбежно искажена. Современные мировые процессы демонстрируют, насколько экономики стран интегрированы. Современный мир не только быстро меняется, но и быстро уменьшается, тем самым создавая уникальные новые возможности для интеграции – как в рамках армянского мира, так и в регионе. Практически нет в мире такой страны, у которой есть самостоятельная экономика. У какой европейской страны есть самостоятельная экономика?!

– Каким Вы видите дальнейший переговорный процесс по урегулированию нагорно-карабахского конфликта?

– Мы должны сконцентрировать наше внимание на ценностях, которые нас объединяют, а не на обстоятельства, которые нас разъединяют. Армения, как и Азербайджан, привержена к общеевропейским ценностям и видит свое будущее в интеграции с Европейским Союзом. Согласно программе Еврокомиссии “Новое соседство”, Евросоюзу рекомендовано строить более близкие отношения со странами Южного Кавказа, то есть с Грузией, Арменией и Азербайджаном. Надо попытаться увидеть общее будущее лет через 20, 30. И тогда нам будет легче найти взаимоприемлемые решения. Думаю, процесс пойдет по нарастающей после выборов в Азербайджане. Мы верим в конструктивизм Азербайджана.

– Благодарим за интервью.

Day.Az

АЗЕРБАЙДЖАН: МАЛО ВПЕЧАТЛЯЮЩАЯ ИЗБИРАТЕЛЬНАЯ КАМПАНИЯ

Единственное, что угрожает кандидату в президенты Ильхаму Алиеву – это возможная низкая активность избирателя в день выборов.

Боюкага АГАЕВ
Баку

До президентских выборов в Азербайджане остались считанные дни, однако этого не скажешь по поведению простых граждан, которых, кажется, больше собственных интересуют предстоящие выборы в США.

Официально сообщается, что работа по подготовке к назначенным на 15 октября выборам завершена, и избирательные участки готовы принимать избирателей. Участие в избирательной кампании принимают семь кандидатов.

Однако сомнений насчет того, кто из этой семерки победит, нет ни у кого. Оппозиция бойкотировала выборы, и в предложенном на выбор избирателя списке кандидатур многие азербайджанцы узнают только одно имя – Ильхам Алиев, нынешний президент Азербайджана.

Имена остальных шести претендентов на президентство не относятся к числу часто фигурирующих в политических беседах “на кухне”. Некоторые из них – бывшие оппозиционеры среднего чина. Один из этих кандидатов – Гуламгусейн Алибейли, который перед выборами покинул пост председателя правления Партии Народного Фронта и создал новую партию “Айдынлар” (“Интеллигенция”) – может заручиться кое-какой поддержкой разочарованных нынешним руководством избирателей, однако ожидается, что 15 октября большинство оппонентов Ильхама Алиева, скорее всего, останутся дома.

38-летний бакинец Эльнур Рзаев – из тех, кто не собирается идти на выборы. “Я не хочу выбирать между плохим и очень плохим. Кроме того, итог выборов известен заранее”, – сказал он.

Эксперт в области связей с общественностью, руководитель неправительственной организации Free Person Сабухи Гафарлы говорит, что “азербайджанский избиратель, окончательно потерявший всякую веру во многих политиков, предпочитает смотреть развлекательные программы, нежели предвыборные дебаты”.

По мнению Гафарлы, нормальная предвыборная кампания – это митинги, встречи с избирателями, вывешенные на улицах плакаты, агитирующие за того или иного кандидата, выступления и дебаты кандидатов в СМИ. Однако ничего из этого не наблюдается, хотя до выборов осталось всего неделя, – говорит эксперт.

Традиционная азербайджанская оппозиция, которая в ходе парламентских выборов 2005 года объединилась в блок “Азадлыг” (“Свобода”), объявила бойкот нынешним выборам, видимо, протестуя против того, что ни один из ее представителей с большим именем – как, например, Иса Гамбар, проигравший нынешнему президенту на предыдущих выборах – не был включен в список соискателей президентского поста.

Однако оппозиция никак не пользуется предвыборной ситуацией, чтобы объяснить общественности, почему она не участвует в выборах и не проводит публичных мероприятий. Это выглядит тем более странным, что в Азербайджане оппонирующие власти силы практически лишены доступа на телевидение и общаются с населением только посредством малотиражных партийных газет.

Заместитель председателя оппозиционной партии “Мусават” Ариф Гаджилы сказал IWPR, что власти города не соглашаются санкционировать митинг, который оппозиция надеялась провести в центре Баку, и поэтому ей пришлось на неопределенный срок отказаться от этих планов. Другой политик-оппозиционер Гасан Керимли сказал, что оппозиция собирается опротестовать решение властей судебным порядком.

На столичных улицах почти не встретить внешней атрибутики агитационной кампании – внесенные в избирательное законодательство изменения запрещают приклеивать постеры на стены и окна жилых домов и магазинов, и единственной допустимой рекламой теперь являются биллборды.

Нынешняя кампания отличается и гораздо меньшим, по сравнению с предыдущими выборами, объемом телеэфира, отводимого на политические дебаты. Бесплатное эфирное время предоставляет только общественное телевидение: всего три часа в неделю для всех семи участников президентской гонки, что, по словам Гафарлы, недостаточно для того, чтобы оппозиционные кандидаты могли донести до избирателя свой посыл.

Алиев, напротив, постоянно фигурирует в новостных программах, которые чуть ли не каждый день показывают его разрезающим красные ленты на церемониях открытия мостов, парков, школ. В агитационной кампании по своему переизбранию президент почти не участвует, предоставляя заниматься этим своим подчиненным.

По словам эксперта по вопросам СМИ Зейнала Мамедли, проводимые на телевидении предвыборные дебаты по сути таковыми не являются, потому что, будь иначе, каждый участвующий в них кандидат, вместо того, чтобы впустую ораторствовать, предлагал бы свое, в той или иной мере противопоставленное мнению других кандидатов, видение решения стоящих перед Азербайджаном проблем.

Директор информационного агентства “Туран” Мехман Алиев пошел еще дальше, сказав: “Если все остальные шесть кандидатов в президенты поддерживают Ильхама Алиева, то о каких выборах идет речь? Это видно из их выступлений по Общественному телевидению. Никто из кандидатов не говорит о реальных проблемах. Они говорят с такой осторожностью, как будто боятся кого-то обидеть”.

“Считаю, что Запад намерен предоставить очередные пять лет правления Алиевым – период, когда должны осуществиться реформы, о которых уже давно говорят”.

В связи с отсутствием среди кандидатов представителей оппозиции, которые реально могли бы составить конкуренцию Алиеву, выражаются опасения, что явка на выборы будет низкой. Это, как говорит руководитель Исследовательского центра Восток-Запад Арастун Оруджлу, не поставит под сомнение итоги выборов, поскольку в законе о выборах не предусмотрен минимальный порог явки для признания выборов действительными. Однако, добавляет он, низкая активность избирателя может создать серьезные проблемы властям. Ввиду неучастия в выборах оппозиционных партий, власти будут избавлены от необходимости фальсифицировать результаты выборов, однако вместо этого, им, возможно, придется “изменить” данные явки, – сказал Оруджлу.

 www.iwpr.net

Турция и Азербайджан хотят “принудить” Грузию к федерализации, чтобы защитить свои экономические интересы

Баку и Анкара намерены усилить давление на Грузию с целью добиться “федерализации” страны. Турция и Азербайджан хотят потребовать вернуть реальную автономию Аджарии, предоставить особый статус азербайджанскому меньшинству области Квемо-Картли и репатриировать в Грузию турок-месхетинцев.

Эксперты, впрочем, отмечают, что ждать силовых действий от Турции и Азербайджана не стоит – Анкара не станет жертвовать вступлением в ЕС, признавшим территориальную целостность Грузии, а у Баку не решен вопрос с Нагорным Карабахом. В любом случае контроль над важнейшими нефтяными коммуникациями может перейти национальным автономиям Грузии, сообщает РБК Daily.

Информационные агентства Азербайджана со ссылкой на источник в МИДе страны сообщили о том, что Баку приступает к массовому предоставлению азербайджанского гражданства жителям грузинской области Квемо-Картли (по-азербайджански – Борчалы). По словам источника, по окончании паспортизации Азербайджан намерен потребовать от Тбилиси предоставить области статус автономии, а в случае отказа ввести туда войска.

О “гарантиях безопасности тюркского элемента в Грузии” говорил и анонимный источник в МИДе Турции, которого процитировала на прошлой неделе стамбульская Milliyet. Создание “разноуровневой федерации” является единственной гарантией сохранения территориальной целостности Грузии, считает турецкий дипломат. Помимо создания азербайджанской автономии Анкара намерена потребовать от Тбилиси “вернуть реальную автономию” Аджарии и репатриировать в Грузию всех турок-месхетинцев, также предоставив им особый статус.

Автономия Аджарии, формально сохранившаяся до сих пор, была фактически ликвидирована правительством Саакашвили в 2004 году. С тех пор Тбилиси проводит интенсивную “грузинизацию” республики, принуждая, в частности, аджарцев регистрироваться как “грузины-мусульмане”.

Возвращение депортированных турок-месхетинцев, о котором парламент Грузии объявил в июне 2007 года, тормозится по похожим причинам. От репатриантов требуют признать себя грузинами и “восстановить свои грузинские фамилии”, на что большинство турок-месхетинцев не соглашаются.

Силовых мер по принуждению Грузии к “федерализации” со стороны Турции и Азербайджана в ближайшее время ждать не стоит, отмечает руководитель Информационно-аналитического центра МГУ по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве Алексей Власов. “В Анкаре помнят, что Евросоюз высказался за сохранение территориальной целостности Грузии, – отметил эксперт. – Турция не станет ради Аджарии жертвовать перспективами своего вхождения в ЕС”.

Азербайджан также не рискнет форсировать события в Квемо-Картли до того, как будет решен вопрос с Нагорным Карабахом. Организовав серию утечек в СМИ, Турция и Азербайджан, по мнению экспертов, “напомнили Тбилиси, что у них есть свои рычаги влияния на обстановку”. Через Аджарию, Квемо-Картли и Месхетию проходят жизненно важные как для Турции, так и для Азербайджана коммуникации, такие как нефтепровод Баку – Тбилиси – Джейхан, нефтепровод Баку – Супса и проектируемая железнодорожная магистраль Баку – Тбилиси – Карс.

До начала войны в Южной Осетии Анкара и Баку считали правительство Саакашвили единственным гарантом надежности этих коммуникаций. Теперь же туркам и азербайджанцам стало ясно, что контроль необходим за самим Тбилиси. Рычагами обеспечения этого контроля станут лояльные Турции и Азербайджану автономии и диаспоры внутри Грузии.

Отметим, идея использовать территориальный вопрос в качестве политического и экономического рычага давления на Тбилиси возникла еще в конце лета. Тогда грузинские азербайджанцы обвинили президента Михаила Саакашвили в нарушении их прав, а армянские политологи призвали власти надавить на грузин, пригрозив отделением от страны региона Самцхе-Джавахетия, где проживают армяне.

Диаспоральная организация Конгресс Азербайджанцев Мира (КАМ) обвинила президента Грузии Михаила Саакашвили в нарушении прав азербайджанцев, проживающих на грузинских территориях. Конгресс заявил о намерении привлечь международные организации к выполнению Саакашвили обязательств Грузии по соблюдению прав национальных меньшинств.

Армянские эксперты призвали официальный Ереван использовать вопрос статуса армянского региона Самцхе-Джавахетия как рычаг политического и экономического давления на Тбилиси. Политолог Левон Мелик-Шахназарян отметил, что в Самцхе-Джавахетии не было какого-либо референдума, и если не считать нескольких организаций, никто не поднимал вопроса об автономии или независимости региона.

Эксперт уверял, что Тбилиси никогда не решится на агрессивные действия по отношению к армянскому населению Джавахка, так как в случае нового нарастания напряженности в отношениях с этническими меньшинствами, Тбилиси может потерять также Самцхе-Джавахетию, Аджарию и Квемо-Картли.

www.newsru.com

——————————————————————————————-

Аналитика

После победы, накануне войны: принуждение к власти

Модест КОЛЕРОВ

Война в Южной Осетии резко ускорила историческое время, переживаемое Россией. И не только потому, что многие конфликтные прогнозы и предупреждения, о которых твердили обществу добровольные “ястребы” против многочисленных конъюнктурных “голубей”, оправдались.

Бог миловал Россию: высшая государственная власть спасла страну от самого страшного преступления, которое только может преследовать всех живущих и действующих на Кавказе, – от слабости. Принуждение к миру, совершенное Россией в Грузии, спасло осетин и абхазов от уничтожения, отодвинуло от всех нас мучительную “войну всех против всех” на Северном Кавказе, сохранило целостность нашей страны, прекратило отвратительную ложь бесхребетного “партнерства”, которую так исторически долго, больше двадцати лет, была вынуждена терпеть страна, отступая перед цивилизаторами-расистами, гитлеровскими коллаборационистами и воспитателями Бен-Ладена.

Глобальный финансовый кризис, начавшийся в США, уничтожил инвестиционно-банковский бизнес, а вместе с ним – и саму “философию капитализации”, когда цена экономики любой страны прямо зависит от медийной упаковки, от того, что увидела в своем телевизоре американская пенсионерка. Желтизна съела свой собственный капитал. Самодостаточный, охамевший американский PR остался наедине со своей упаковкой, которая из-за какого-то странного провинциализма все еще считается убедительной в Старом Свете и в России, особенно в дипломатической их части.

Время изменило свой ход потому, что исторический опыт России слишком обилен классическими примерами переменчивости судьбы, когда завоеванное русским оружием – в пыль уничтожалось русской дипломатией, в бессмыслицу забалтывалось русской бюрократией, в литературный анекдот превращалось русскими “пикейными жилетами”. Победа в пятидневной войне, одержанная Россией в самый острый момент общенациональной опасности, за которой внятно для всех вырисовывалась близкая катастрофа, была спасением, но не окончанием драмы. Драмы впереди. И от них так же не спасет “партнерская” вежливость.

Так насильники, шутя, все ближе ходят кругами над жертвой, пока она, в безумной надежде на случай, стесняется сопротивляться. И становятся истребительными машинами, как только жертва осмеливается на сопротивление.

Привыкнув смотреть на происходящее внутри страны из ее постсоветского контекста, я с явным удивлением воспринимал оживившиеся аккурат перед войной разговоры о внутриполитической “оттепели”. Казалось отчаянным солипсизмом – здесь, перед лицом наступающих вокруг наших границ со своей машинной логикой войн – кому-то вести речь о демобилизации, “либерализации” и “оттепели” государства. Но это не болезненный солипсизм, а предательство – новые вызовы требуют новой мобилизации, для которой нерушимый блок “голубей”, бюрократов смутного времени и “пикейных жилетов” – может быть в лучшем случае лишь пассажиром.

“Мир ловит” нас в статику победы ли, нарушений ли статус-кво, но мы не имеем права остановиться – мы не можем “отличить” эту победу от поражения. Потому что мир для нас становится более справедливым, но менее комфортным. Достойная жизнь вообще дискомфортней самоубийства. О дискомфорте изменений там, где сосредоточились “либерализаторы” России, прошла война и тлеют конфликты, я и хотел здесь сказать несколько слов.

1. Прибалтийские “специалисты по русской оккупации” (Литва, Латвия, Эстония), разумеется, не изменятся принципиально. Их политическая идентичность, политический класс, политический куратор в США могут только отчасти варьировать степень их “холодной войны” против России, в большей (как Литва и Латвия) или меньшей (Эстония) мере оглядываясь на их экономическую связанность с Россией. Но даже и эта вариативность антироссийской “громкости” будет снижаться. Быстро нарастающий экономический кризис в Прибалтике (следствие мировых и собственных проблем), напротив, только радикализует ее риторику против Москвы, ускорит и без того ее форсированное стремление стать не просто инфраструктурой, но и военно-политическими “непотопляемыми авианосцами” США и НАТО, прямо направленными против России. Можно предполагать, что большая общественная и экономическая лояльность Латвии к России заставит ее искать особые пути в отношениях с Россией. Но надо признать, что это лишь увеличит внешнее давление на латвийскую власть, чтобы вернуть ее в лоно “санитарного кордона”.

Ставшее традиционным рассмотрение Прибалтики только лишь в контексте ЕС и НАТО (вне единого постсоветского пространства, Белоруссии, Украины, Кавказа), при ограниченном влиянии России на ЕС и НАТО и неограниченном соседстве России с Прибалтикой, – прямая угроза.

2. Белоруссия считает свой союзнический долг в отношении России исполненным: и новых существенных военных, экономических, политических преференций от нее ждать трудно. Союзное государство Белоруссии и России, словно Илья Муромец предпочитающее 33 года пребывать на печи, – слабое место.

3. Украина находится только в самом начале своей политической Смуты. Ее конфликтность против России будет нарастать независимо от того, как скоро пройдут новые внеочередные парламентские выборы, а Тимошенко станет президентом. Более того – новый избирательный цикл уже начался. И конкуренция радикального украинского националиста Ющенко с националистами экономическими Тимошенко и Януковичем в значительной степени будет вестись на языке претензий к России и в жестах лояльности к антироссийским заказчикам в НАТО и США. Промежуточным итогом этой Смуты станет федерализация страны, скрепленная инфраструктурой НАТО.

Неостановимая уже никакими средствами и резонами такая Смута – прямая военная и экономическая угроза России, не стабилизируемая даже федерализацией Украины.

4. Молдавия, ведя на деле неспешный торг вокруг Приднестровья, продолжит свои спешные евроатлантические усилия и антиприднестровскую пропаганду, чтобы отказаться от торга, но в спешке рискует оказаться быстро поглощенной Румынией и создать масштабный социально-политический конфликт в Приднестровье, что прямо затронет стабильность Украины на Северной Буковине, в Южной Бессарабии и Одессе. Риск политической неудачи России в урегулировании вокруг Приднестровья – угроза.

5. Грузия не перестанет быть источником военных угроз в регионе. Перемена фигур во главе страны не изменит правящего в ней националистического консенсуса. Превращение Грузии в главный тыл террора и диверсий против российского Северного Кавказа, Абхазии и Южной Осетии – вполне реалистическая перспектива. Однако снижение экономического (транзитного) веса Грузии и доминирование ее военного предназначения переводят ее отношения с Турцией и Азербайджаном в более холодный режим. Этот холод повышает внимание тюркских государств к правам азербайджанцев в грузинской области Квемо-Картли (Борчалы), что автоматически активизирует внимание Армении к правам армян в грузинской области Самцхе-Джавахети (Джавахк). Метод борьбы с перспективой федерализации тот же – новая милитаризация под зонтиком НАТО. Новая милитаризация Грузии – прямая угроза.

6. Азербайджан, по-видимому, исключил для себя перспективу новой войны в Нагорном Карабахе и будет реализовывать “мир за земли”, не решая вопроса о статусе Карабаха. Соседствуя с известной нам Грузией, Баку неизбежно пожелает больших гарантий безопасности от России. Развивая свои транзитные проекты, Баку компенсирует стагнацию и затем сокращение собственной добычи энергоресурсов за счет Средней Азии и Казахстана.

Вопрос только в том – не вынут ли США из рукава джокер “контролируемого конфликта”: атаку на Иран и суверенизацию Курдистана.

7. Армения, наверное, также будет реализовывать “мир за земли”, не решая вопроса о статусе Карабаха, и осваивать новый (альтернативный грузинскому и дополнительный к иранскому) транзитный выход в мир через Турцию. Эта транзитная развязка и энергетические усилия США изменят качество присутствия России в Армении. Но это (а также соседство с известной нам Грузией) не снизит потребности Армении в гарантиях безопасности от России. Вопрос опять же только в том – не вынут ли США из рукава джокер “контролируемого конфликта”: атаку на Иран и суверенизацию Курдистана.

Мобилизация присутствия России в этих регионах не может быть исчерпана ни дипломатией, ни обороной, ни модным, но быстро устаревающим мифом глобализации и “гуманитарного обмена”. Само экономическое преимущество России здесь, теперь, после того как глобальный финансовый кризис открыл уничтожающий “огонь по (финансовым) штабам”, к счастью, отвязалось от пиарной пуповины капитализации. Когда рыночный мир бежит от ценных бумаг – инвестируя в технологии и материальные ресурсы, Россия успешно может только на своем континенте завязывать узлы новых валют с логистикой инфраструктуры, транзитом, трафиком рабочих рук и знаний.

Вот именно знания о том, что окружает нас у наших границ и адекватная знаниям власть России на постсоветском пространстве – более всего в дефиците. В наличии – этнографическая пропаганда, советская информационная война, псевдокультурное доминирование желтой прессы, рассказывающей о России на языке гламура, криминальной хроники и софт-порно, ничтожный экспорт образования, непреодолимая ксенофобия миграционной политики, брежневские поцелуи “друзей”, минимальная, даже в минимуме своем скупленная западными и восточными грантами, наука о тех, кто нас окружает. Кто сам в себе, для себя и для нас, таит новую угрозу.

www.regnum.ru

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s