№ 20 / 29 ноябрь

НК и вокруг него

Армянские встречи

Каринэ ОГАНЯН

В Гюмри – о Карабахе

20 лет прошло со дня землетрясения в Армении, и за эти 20 лет попала в ту зону впервые… Проезжала как-то раньше через Спитак, но это было так, проездом – увидела только новые домики, построенные разными гуманитарными организациями, а вот посмотреть в глаза людям, кто пережил этот ужасный день, не приходилось. Да и узнать, как и чем они живут сегодня, тоже можно было разве что по ТВ. Вот почему обрадовалась возможности побывать в Гюмри – втором после Еревана городе Армении, который по численности населения больше всей нашей страны…

Гюмри издавна славился тем, что “поставлял” армянству лучших деятелей искусства. Город Фрунзика Мкртчяна и Полоз Мукуча страшно пострадал во время землетрясения в декабре 1988 года. Сегодня его с полным правом можно назвать городом юмора и трагедии. И сегодня в его жителях удивительным образом сочетаются смех и слезы, а в глазах проблескивают искры радости, вдруг переходящие в грусть, а потом снова обратно – и все это сопровождается удивительно сочным “леннаганским” акцентом.

Именно с этим акцентом на днях гюмрийцы говорили о Карабахе – во время дискуссии, устроенной армянской общественной организацией “Европейская интеграция” по европейской тематике, но плавно перешедшей на внутренние больные вопросы: Карабах, зона землетрясения, миграция, сегодняшние политические и социальные реалии…

Карабах стал одной из наиболее острых тем. На вопрос армянского эксперта Хачика Галстяна “Чья земля  – Карабах?” гюмрийцы, не задумываясь, ответили – “наша, армянская”, на что эксперт возразил: “Вы повторили ошибку азербайджанцев. Нет, Карабах принадлежит тем людям, кто живет там, он принадлежит карабахцам”… Вот так и началось обсуждение наиболее сложных вопросов, касающихся политического урегулирования карабахской проблемы. “Что это за такой план урегулирования, который предполагает ввод в Карабах миротворцев, возвращение азербайджанских беженцев, и только после этого – в непонятно какие сроки проведение референдума в Карабахе? Почему речь идет об односторонних уступках? Или же – по каким законам будет жить Карабах до проведения этого непонятного референдума – армянским, азербайджанским, карабахским? Почему именно такие вопросы не обсуждаются в контексте карабахского урегулирования как недочеты предложений посредников?”

Сердобольной и очень оживленной оказалась дискуссия – гюмрийцы обсуждали Майндорфскую Декларацию и возмущались, почему она была подписана без представителей Карабаха; обсуждали возможный ввод миротворцев и вспоминали горький опыт операции “Кольцо”; говорили о территориях как поясе безопасности для Карабаха и других жизненно-важных для карабахцев вопросах, о которых мы не говорим даже тут, в своем собственном обществе…

Уезжала из Гюмри с “чувством тыла” и, увы, с заданным самой себе риторическим вопросом: “А почему мы, карабахцы, так мало знаем о том, что сегодня волнует гюмрийцев – людей, которые как и мы, пережили смерть и не сдались ей, и которые сегодня, несмотря на свои собственные социальные трудности, неустроенность, бездомность и холод, думают о судьбе Карабаха и о вопросах общеармянских, которые все-такие выше, чем забота о хлебе насущном?”…

Карабах в контексте армяно-турецких отношений

Одним из таких общеармянских вопросов, естественно, является и вопрос геноцида. Сегодняшний контекст армяно-турецких отношений был обсужден на следующий день после гюмрийской встречи, во время конференции “Серии армяно-турецкого диалога: разрывая порочный круг”, организованной Институтом Кавказа в Ереване. По мнению разных экспертов, “цена карабахского конфликта после августовских событий в регионе заметно повысилась”, и сегодня за “место под солнцем” борются не только США, Европа и Россия, но уже и Турция – неслучайно Майндорфскую Декларацию некоторые аналитики считают результатом турецко-российской договоренности. О большой заинтересованности Турции в карабахском урегулировании и других региональных инициативах говорили многие эксперты. Так, помощник руководителя программ по внешней политике турецкого центра TESEV Айбарс Горджулу считает, что Турция могла бы многое сделать в разрешении карабахского конфликта: “Мы также хотели бы стать посредниками в карабахском конфликте. Более того, закрытие границы привело к поляризации сил в регионе по линии Турция-Украина-Азербайджан-Грузия с одной стороны и Россия-Иран-Армения – с другой. Нестабильность на Кавказе, особенно после августовской войны привела к тому, что Турция сейчас проводит консультации с Россией по Платформе стабильности. Международное сообщество также поддерживает стремление Турции к миру и стабильности в регионе. Чем больше мы будем общаться, лучше узнавать друг друга, тем быстрее мы сможем преодолеть те противоречия, которые накопились за долгое время. Армяно-турецкий диалог должен продолжаться и носить непрерывный характер. Нет вопросов, которые нельзя обсуждать. Мы должны говорить обо всем – от Геноцида армян до закрытой границы. Только в этом случае армяне и турки могут прийти к взаимопониманию”.

Выступивший на конференции независимый карабахский эксперт Масис Маилян сказал о том, что Турция в нашем конфликте с Азербайджаном выступает в двух противоположных ипостасях. С одной стороны она открыто поддерживает Азербайджан и ведет себя зачастую как конфликтующая сторона, с другой – вместе с остальными членами Минской Группы ОБСЕ является международным посредником. “Сможет ли Турция найти свое новое место в регионе и сыграть позитивную роль в урегулировании карабахского конфликта? Считаем, что это возможно в том случае, если турецкое руководство откажется от поддержки одной из сторон конфликта (Азербайджан), будет вести себя нейтрально, как подобает члену международной посреднической миссии. На самом деле Турция имеет особое влияние на Азербайджан, и при конструктивном и объективном подходе реализация возможностей Анкары может помочь разрешению конфликта, а значит, принесет региону больше стабильности. К сожалению, история армяно-турецких взаимоотношений за последнее столетие отягощена трагическими страницами и негативными фактами. Речь идет о Геноциде армян, поддержке Азербайджана в его вооруженной агрессии против армян Карабаха, блокаде Армении. Поэтому в Карабахе с определенным недоверием относятся к турецким  инициативам. Для нас показателем искренности намерений Турции в налаживании добрососедских отношений с Арменией могут служить следующие практические шаги Анкары: отказ от требований к армянам пойти на территориальные уступки Азербайджану, установление дипломатических отношений с Арменией и открытие сухопутной границы”, – сказал Масис Маилян.

“Ценой армянской политики комплементаризма сегодня является именно Карабах”, – сказал директор Института Кавказа Александр Искандарян, говоря о сегодняшней армянской внешней политике. И действительно, куда ни посмотришь – на отношения Армении со своими близкими и далекими соседями, своими давними и новыми недругами и друзьями, все равно во главе угла стоит карабахская проблема. И именно она сегодня – стартовая точка для многих умозаключений и стратегии, основная цель которой – “национальные интересы выше личных и личностных”…

Что ж, не всем удается жить в эпохальные времена. Нашему поколению это удалось. И если кто-то живет только историей, то именно современным политикам предстоит вершить эту историю и… не ошибиться.

——————————————————————————————-

Президент Азербайджана фактически признал Майндорфскую Декларацию недействительной

Заявления президента Азербайджана Ильхама Алиева относительно того, что Майндорфская Декларация не гарантирует от новой войны за Нагорный Карабах, является не чем иным, как фактической денонсацией Московской декларации, подписанной президентами Армении, Азербайджана и России. Об этом корреспонденту PanARMENIAN.Net заявил карабахский политолог Давид БАБАЯН. Он напомнил, что это заявление глава Азербайджана сделал в недавнем интервью итальянской RAI International в Риме. Давид Бабаян подчеркнул, что Ильхам Алиев заявил, что «в Декларации никто не сможет найти обязательство Азербайджана о воздержании от военного пути разрешения конфликта и поэтому, надеясь на политическое урегулирование, мы в то же время всегда должны быть готовы к любым мерам, и здесь военный путь не является и никогда не был исключением».

«Одним из самых, а возможно и единственным, обнадеживающим аспектом Майндорфской Декларации было именно подтверждение приверженности к мирному урегулированию нагорно-карабахского конфликта. Своим заявлением Азербайджан фактически перечеркнул и этот позитив. Понятно, что в таких условиях бессмысленным становятся и разговоры о мерах по укреплению доверия, которые, кстати, наряду с приверженностью к мирному урегулированию конфликта, представляют собой единственную возможность урегулирования конфликта. Более того, Алиев односторонне трактует и ссылку на международные принципы и документы, касающиеся азербайджано-карабахского конфликта. Почему-то он видит лишь те документы, которые в интересах Азербайджана», – сказал политолог. Между тем, по мнению Бабаяна, ряд документов четко указывает на механизм разрешения конфликта. «Например, известный Будапештский саммит, на котором был подтвержден формат урегулирования и НКР была признана стороной конфликта и переговорного процесса. Кстати, этот документ был принят на основе консенсуса и с согласия самого Азербайджана. Были также и пояснения действующего Председателя ОБСЕ, где опять-таки это было подтверждено. Что касается резолюций ООН, то они носят рекомендательный характер и там ясно видно, что стороной конфликта является именно Нагорный Карабах. Об этом свидетельствует, в частности, формулировка «местные армянские силы». Как видим, Азербайджан не выдержал паузы даже в один месяц и сразу же пошел по прежнему пути. Подобное поведение было совершенно предсказуемо. Не лишне будет повторить, что для Азербайджана всего два выбора в нагорно-карабахском урегулировании: все или ничего. Основным аспектом здесь предстает незавершенность процесса образования азербайджанской нации. Такие компактно проживающие народы, как лезгины, талыши, аварцы все еще полностью не ассимилировались и любой другой вариант урегулирования, короме вышеуказанного диапазона, может вызвать цепную реакцию среди этих народов. Именно в этом и заключается подобное поведение Азербайджана. В данном контексте Азербайджану позарез нужен Карабах, но нужен он без армян. Только в данном случае Баку, как там предполагают, будет в состоянии полноценно переключиться на другие фронты этнополитического противостояния», – подчеркнул Бабаян.

Али Бабаджан едет в Баку для обсуждения карабахской проблемы

Нагорно-карабахский конфликт станет главной темой переговоров во время предстоящего визита главы МИД Турции Али Бабаджана в Баку. Визит намечен на 30 ноября – 1 декабря. Визит Бабаджана официальный, в рамках него глава внешнеполитического ведомства Турции проведет ряд переговоров с официальными лицами Азербайджана, сообщает азербайджанское агентство Тренд.

Вопрос урегулирования нагорно-карабахского конфликта обсуждался и в ходе состоявшейся накануне в Стамбуле встречи Али Бабаджан и министра иностранных дел Армении Эдварда Налбандяна.

——————————————————————————————-

Урегулирование

Правило “Чатэм-хаус”: президент Саргсян проводит с политическими лидерами “закрытые консультации” по Карабаху

На встрече, прошедшей за закрытыми дверями, президент Серж Саргсян представил свое видение проблемы и выслушал мнение лидеров десятков политических партий Армении.

С самого начала Саргсян установил для участников так называемое правило “Чатэм-хаус”, что предполагает право свободно использовать полученную информацию, но не разглашать партийную принадлежность и личности выступавших.

Ни один из лидеров основных политических партий оппозиционного блока “Армянский Национальный Конгресс” не откликнулся на приглашение Саргсяна принять участие в беспрецедентном обсуждении, продлившемся около пяти часов.

Еще 2 октября, выступая с программной речью в парламенте, президент Саргсян заявил, что собирается регулярно проводить “тематические совещания по стратегическим вопросам, имеющим жизненно важное значение для страны”.

Саргсян пояснил, что “закрытый режим” состоявшегося мероприятия позволит присутствовавшим в зале лидерам порядка 50 политических партий “свободно выражать в ходе дискуссии любые подходы”.

“Присутствовавшие были единодушны в том, что самоопределение Нагорного Карабаха в составе Азербайджана недопустимо”, – подвела итог обсуждению председатель оппозиционной партии “Наследие” Анаит Бахшян.

Вместе с тем Бахшян отметила, что сомнения по-прежнему остались, поскольку, по ее словам, в ответах на застарелые вопросы о принципах урегулирования так и не были раскрыты детали.

“Наследие” – одна из немногих политических партий, поддержавших Левона Тер-Петросяна на выборах в феврале этого года, которая приняла приглашение президента и лидер которой участвовал в совещании.

В качестве главной причины отказа принять участие в обсуждении представители оппозиции называют, в частности, содержание в тюрьмах десятков своих сторонников, которых они считают политическими заключенными.

Самого Тер-Петросяна на обсуждение не пригласили, поскольку формально он не возглавляет конкретную политическую партию.

Говоря об отсутствии на встрече возглавляемой Тер-Петросяном оппозиции, лидер Национально-демократического союза Вазген Манукян отметил: “Это большая ошибка. Мы можем спорить по многим внутриполитическим вопросам, но здесь обсуждаются проблемы, представляющие общенациональный интерес, поэтому все должны высказать свое мнение”.

Оценивая совещание, Манукян сказал: “В целом я не очень хорошо понимаю озабоченность развитиями последнего времени. Страной руководят люди, которые прошли через войну и весь последующий путь, и это не те люди, которые пойдут на уступки в вопросе наших национальных интересов. В любом случае процесс будет длительным и я предупредил, что к этому нужно быть готовым”.

Между тем лидер Союза “Национальное самоопределение” Паруйр Айрикян отметил, что он не почерпнул ничего нового из обсуждений.

“По крайней мере для меня ничего нового не было. Никаких сюрпризов”, – сказал он по поводу так называемых Мадридских принципов урегулирования нагорно-карабахского конфликта, предложенных посредниками в ноябре прошлого года.

Относительно склонности Саргсяна к компромиссному решению затянувшегося конфликта Айрикян сказал: “Президент – живой человек и он будет говорить то, что нужно говорить, что он считает уместным. Но я не думаю, что он сказал что-то, чего не говорил прежде”.

Представитель Армянской революционной федерации “Дашнакцутюн” Армен Рустамян сказал после встречи, что есть принципы, приемлемые для всех: “Проблема в том, чтобы в попытках сочетать эти принципы с компромиссами в ходе переговоров не допустить потери этих самых принципов”.

Рустамян также сказал, что стороны переговорного процесса должны руководствоваться уже выраженной волей народа Нагорного Карабаха и в этом вопросе уступка невозможна.

Лидер Объединенной трудовой партии Гурген Арсенян выразил свое доверие президенту. А руководитель партии “Достойное будущее“ Армен Дарбинян заявил, что у него нет оснований опасаться того, что кто-то может согласиться на какие-либо иные решения, кроме проармянских.

ArmeniaNow.com

——————————————————————————————-

“Свободомыслие без Карабаха”: эксперт о консультациях в Ереване

20 ноября в Ереване состоялись беспрецедентные по своей представительности консультации, посвященные процессу урегулирования нагорно-карабахского конфликта. Аналитики сходятся во мнении, что политическое поле Армении заметно активизировалось после подписания в Москве президентами Азербайджана, Армении и России Декларации по урегулированию нагорно-карабахского конфликта. Это прямо признал и президент Армении Серж Саргсян, который мотивировал своевременность проведения форума необходимостью успокоить “бурю в стакане”.

Эксперт по региональным проблемам, пожелавший остаться неизвестным, в беседе с корреспондентом ИА REGNUM дал высокую оценку инициативе президента Армении, но при этом заметил, что формат мероприятия был выбран крайне неудачно. “Основная претензия политических сил и экспертного сообщества Армении к Московской Декларации и вообще переговорной стратегии армянских властей состоит в том, что участие в процессе представителей Нагорного Карабаха сведено к минимуму. Так, многие эксперты прямо заявили, что Декларацию в Москве должны были подписывать представители Нагорного Карабаха, а не президент Армении. На крайний случай, под документом должны были стоять подписи Еревана и Степанакерта. Ясно, что добиться этого было бы сложно, или, может быть, невозможно, но суть претензии состояла именно в этом. И вот сегодня уже в столице Армении проходят консультации, на которые карабахская сторона опять не приглашена. Такое ощущение, что армянские власти специально дистанцируются от карабахской элиты, или же второй вариант – констатируют ее дипломатическую и политическую импотенцию. Во всяком случае, я уверен, участникам сегодняшней дискуссии было бы интересно узнать, а что думает о нынешнем ходе переговоров президент Нагорного Карабаха, задать парочку вопросов по сути дела и ему”, – отметил эксперт.

Вместе с тем, по его словам, частичная публичность процесса урегулирования в состоянии как помочь президенту Сержу Саргсяну, так и помешать ему. “В таких вопросах “свободомыслие” может сыграть двоякую роль. Ясно, что президент постарался обрисовать всю серьезность переговорного процесса, а также сложности, которые испытывает армянская сторона по тем ли иным вопросам. Уже сегодня констатируется, что общество и политическое поле Армении разделились на две группы – сторонники уступок и радикальные противники таковых. Отдельные издания уже причислили последних к отчаянным маргиналам, хотя, на самом деле, в таком процессе открытая позиция и конструктивизм может привести только к усилению давления. В данном контексте примечательно, что в Азербайджане все спокойно – никто не собирается причислять к маргиналам тех, кто настаивает на возвращении Нагорного Карабаха в состав Азербайджана. Более того, это и есть main stream, и срочных обсуждений в Баку по этому поводу не проводится”, – продолжил эксперт.

Говоря о текущих переговорных позициях Армении, эксперт предложил сравнить: “Несколько лет назад армянская сторона отвергала этапы и настаивала на пакетном варианте урегулирования проблемы – “мы вам занятые территории, вы нам Нагорный Карабах”. Сегодня обсуждается поэтапный план, и я очень сомневаюсь в том, что суть этапов и их очередность выбирается Ереваном”, – заявил он.

“Без участия НКР любой процесс вокруг карабахской проблемы обречен на провал”, – считает молодежь Нагорного Карабаха

Различные аспекты азербайджано-карабахского конфликта были обсуждены в ходе круглого стола в Степанакерте на тему: “Последние события вокруг нагорно-карабахского конфликта и молодежь”, в котором приняли участие представители действующих в НКР молодежных организаций. Организатором мероприятия выступил молодежный союз АРФ “Дашнакцутюн”.

Прозвучали различные мнения, касающиеся последних событий и заявлений в контексте процесса урегулирования азербайджано-карабахского конфликта. В частности, представитель молодежной организации “Поколение Айка” Ерванд Гаджиян отметил, что “без участия руководства и народа НКР все соглашения и договора по нагорно-карабахскому конфликту обречены на провал”. Левон Саркисян, представитель молодежного крыла АРФ “Дашнакцутюн”, высказался в том плане, что “все, что будет подписано президентами Армении и Азербайджана, не может быть обязательным для Нагорного Карабаха”. При этом он отметил, что Баку пытается нейтрализовать историко-дипломатический аспект проблемы, делает спекуляции в дипломатико-правовом аспекте, а в дипломатической сфере использует “нефтяной” фактор. “Мы должны поддерживать позиции нашего руководства и проявлять более жесткую позицию в отстаивании своих интересов”, – сказал один из участников круглого стола. “Нынешняя система безопасности на сегодня является самой оптимальной”, – прозвучало и такое мнение. По итогам обсуждений представители молодежных организаций НКР приняли заявление с учетом “последних событий и заявлений политических деятелей и структур, которые превращают в предмет спекуляций территориальную целостность страны, закрепленную Конституцией НКР”. В подписанном документе молодежные организации НКР осудили все те заявления и призывы, “которые не отражают интересы страны и народа, идут вразрез с Конституцией НКР и ставят под сомнение справедливость и победу, достигнутые кровью тысяч армянских сынов”. “Без участия НКР любой процесс вокруг карабахской проблемы обречен на провал”, – отмечается в документе. В заявлении также подчеркивается, что “молодежь должна иметь свою роль в развитии и благоустройстве Арцахской независимой государственности, созданной ценой крови”.

——————————————————————————————-

Карабах в 2009 году – правота Саргсяна не отменит победы Алиева

Виген АКОПЯН

В процессе урегулирования нагорно-карабахского конфликта настал “момент истины”. Тому способствовал целый комплекс факторов как внешнего, так и внутреннего свойства. В 2009 году проблема Нагорного Карабаха получит развитие, которое приведет либо к урегулированию, либо же к усугублению и новой войне. В этой двоякости и состоит главная особенность “момента истины” – он наступил, но может привести либо к миру, либо к новой войне.

Ошибочно предполагать, что активизация переговорного процесса по проблеме Нагорного Карабаха наступила главным образом в связи с военным действиями в Южной Осетии, развязкой, наступившей в грузино-абхазском и грузино-осетинском конфликтах. Более того, признание Россией Абхазии и Южной Осетии, то есть, фактическое достижение абхазами и осетинами своей цели, должно было, по идее, сделать Нагорный Карабах, всегда считавший себя лидером движения к независимости в ряду непризнанных образований постсоветского пространства, абсолютно непримиримым.

Активизация России в регионе – это лишь своевременная реакция на зашкаливающий грузинский нажим – военный, политический и информационный. Своевременность российской реакции определялась тем, что гарант грузинского суверенитета – США – пребывали в процессе смены власти.

Главная предпосылка “момента истины” в карабахском процессе не связана с процессами в Грузии. Она заключается в уникальной внутриполитической ситуации, которая сложилась в Армении и Азербайджане. Президенты обоих государств – Серж Саргсян и Ильхам Алиев, успешно преодолев электоральные процессы, стоят на старте своих сроков правления. Очевидно, Саргсян наметил себе два срока президентства, а его азербайджанский коллега, кажется, тяготеет к пожизненному руководству своей страной. Серж Саргсян, будучи опытным политическим деятелем, старается как можно скорее освободиться от “карабахской ноши” – это та проблема, которая словно дамоклов меч висела над головой его предшественника Роберта Кочаряна все два срока его правления, а до того разрубила политическую карьеру первого президента Армении Левона Тер-Петросяна.

Последний, почувствовав твердую решимость Сержа Саргсяна разрубить карабахский узел, свернул акции протеста, основанные на недовольстве итогами президентских выборов. Тер-Петросян ясно увидел, что процесс урегулирования карабахской проблемы перевесил по своей информативной насыщенности поствыборную тематику, в том числе и затмил в СМИ сюжет о беспорядках в Ереване 1-2 марта. Возглавляемая Тер-Петросяном оппозиция будет ждать развязки карабахского переговорного марафона, но вряд ли сможет использовать его в свою пользу. Разве что поменяет лидера, например, на экс-министра иностранных дел Раффи Ованисяна. Переключение самого Тер-Петросяна на карабахскую “волну” крайне затруднительно. Занять радикальную контрпозицию (а другая и не сыграет) Саргсяну ему помешает шлейф собственных проигрышных заявлений, сделанных в разные годы.

Что касается Саргсяна, то он проповедует в данной проблеме рациональный подход, сводящийся к личному убеждению в том, что Нагорный Карабах в долгосрочной перспективе не может стать частью Азербайджана без новой войны. Не исключено, что президент Армении уверен в том, что той же точки зрения придерживается и Ильхам Алиев. Говоря иначе, Саргсян спокойно маневрирует до тех пор, пока не увидит в позиции Алиева твердую решимость отвоевать Карабах.

Что касается Ильхама Алиева, то он еще более спокоен. Процесс урегулирования для азербайджанского президента – это долгосрочная стратегия нажима, которая дает ему внутриполитические дивиденды. Алиеву, в отличие от Саргсяна, удалось полностью нейтрализовать оппозиционные силы. Для Алиева карабахская “угроза” – запасной сценарий на случай усугубления кризиса нефтяной индустрии. “Момент истины” в этой перспективе сработает в сторону войны, позволив азербайджанскому президенту перенаправить социально-общественное напряжение в патриотическое русло. Для его армянского коллеги война – вынужденный и нежелательный сценарий.

Саргсян не является популярным президентом, хотя день ото дня закрепляет свое право руководить страной. Любая ошибка в карабахском процессе может поднять против него совершенно неожиданные силы в Армении и Нагорном Карабахе, а также, что немаловажно, в диаспоре. Саргсян еще не успел полностью изучить и вписаться в логику развития армянского мира, хотя определенные попытки им в этом направлении предпринимаются. Алиев лишен всех этих проблем, его задача в том, чтобы получить максимальный (не формальный, а фактический) результат, а в итоге заявить своему обществу, что это победа. И он будет прав. В чем в такой ситуации будет состоять правота армянских лидеров – не сможет сказать никто.

http://www.regnum.ru

——————————————————————————————-

Инициатива Консорциума обратилась к ОБСЕ

Неправительственные организации призывают к большей прозрачности нагорно-карабахского мирного процесса и к расширению контактов между правительствами и неправительственными акторами, работающими над этой проблемой.

Инициатива Консорциума – платформа неправительственных организаций, чья деятельность направлена на поддержку нагорно-карабахского мирного процесса, обратилась с письмом к трем сопредседателям Минского Процесса ОБСЕ – помощнику Госсекретаря США Мэтью Брайзе, российскому послу Юрию Мерзлякову и французскому послу Бернарду Фассье – с рекомендациями по созданию механизма диалога и обмена мнениями между нагорно-карабахским мирным процессом, ведомым сопредседателем Минской Группы ОБСЕ и неправительственными акторами, поддерживающими мирный процесс, а также по обеспечению большей прозрачности мирного процесса.

Инициатива Консорциума считает, что нагорно-карабахский мирный процесс, который ведет Минская Группа ОБСЕ, выиграет от более тесного взаимодействия процессов и дебатов внутри стран и сообществ, вовлеченных в конфликт. Это взаимодействие поможет преодолеть недостаточное соотнесение мирного процесса с контекстом, что Консорциум определяет как одно из препятствий для последующих шагов, и приблизит соглашение между сторонами конфликта. Во второй половине 2008 года Инициатива Консорциума провела ряд консультаций в Министерствах иностранных дел Армении и Азербайджана,  с чиновниками высшего звена из обеих стран, а также с тремя сопредседателями Минского процесса ОБСЕ. Инициатива Консорциума в этот же период интенсифицировала диалог с гражданским обществом в регионе конфликта. На основе этих дискуссий и консультаций Консорциум представил сопредседателям конкретные рекомендации, которые, по мнению Консорциума, помогут лучшему пониманию и поддержке мирного процесса армянами и азербайджанцами в зоне конфликта и за ее пределами.

В своем письме Инициатива Консорциума также высоко оценила многолетнюю работу, проделанную президентами Армении и Азербайджана и правительствами этих стран, направленную на сокращение разрыва между их позициями и способствование поиску мирного решения нагорно-карабахского конфликта. Инициатива Консорциума также с благодарностью отмечает усилия сопредседателей Минской Группы ОБСЕ в помощи этим переговорам. Московская Декларация по разрешению нагорно-карабахского конфликта, подписанная 2 ноября 2008 года президентами Армении, Азербайджана и России, дала новый толчок мирным переговорам. Участники Консорциума считают, что эта Декларация является хорошей основой для будущих действий, направленных на разрешение конфликта. Консорциум считает, что сейчас лучший момент для того, чтобы продвинуть мирный процесс вперед, и что успеха можно добиться, только если правительства и гражданское общество, а также международное сообщество будут работать вместе и гармонично для достижения этой цели.

С 2003 года участники Инициативы Консорциума (“Международная Тревога”, “Ресурсы Примирения” и “ЛИНКС”) сопровождали мирный процесс путем вовлечения негосударственного сектора в Армении и Азербайджане, включая армян, которые в настоящее время живут в Нагорном Карабахе, и азербайджанцев, которые бежали от конфликта, а также сообществ внутренне перемещенных лиц, беженцев и других групп, пострадавших от конфликта. Деятельность Инициативы Консорциума направлена на спектр различных целевых групп от общественных организаций на местах, средств массовой информации, до политических организаций и парламентариев. Консорциум провел комплексный анализ мирного процесса и различных этапов его динамики и сравнил это с похожими ситуациями в других конфликтных зонах мира, чтобы извлечь полезные уроки.

Представитель Инициативы Консорциума в своем выступлении в Лондоне отметил, что партнеры Консорциума объявили о своей готовности продолжать сопровождение мирного процесса и по-прежнему вовлекать все стороны для того, чтобы способствовать мирному разрешению конфликта.

Контекст

1. Военное противостояние между армянами и азербайджанцами непосредственно до и после распада Советского Союза привело к более 30 000 убитых и сотням тысячам беженцев. Хрупкое перемирие поддерживается с 1994 года, но процесс поиска мирного решения конфликта пока не привел к существенным результатам. После августовской войны в Грузии сейчас появилось ощущение срочной необходимости продвинуть мирный процесс вперед.

2. “Международная Тревога”, “Ресурсы Примирения” и “ЛИНКС” – это три неправительственные организации, базирующиеся в Лондоне, которые обладают большим опытом работы по разрешению конфликтов в Кавказском регионе.

Чтобы получить более подробную информацию по работе Инициативы Консорциума, обращайтесь:

В “Международной Тревоге” (International Alert) к Десиславе Русановой,

droussanova@international-alert.org

В “Ресурсах Примирения” (Conciliation Resources) к Лоренсу Броерсу,  lbroers@c-r.org

В ЛИНКС (LINKS) к Денису Саммуту, dennis@links-london.org

——————————————————————————————-

Резонанс

ЭВРИКА или феномен Левона Айрапетяна

Заира МИРЗОЯН

– Человек! Ты веришь в Бога?
– Конечно!
– Ты веришь в чудеса?
– …!? (долгая пауза) скорее – нет.
– Напрасно. Выслушай мою историю и – прозри!

У каждого человека есть своя история жизни, а в ней – свои критические моменты, и о человеке можно безошибочно судить хотя бы по тому, как он действовал и каким он был в моменты, когда на весах судьбы лежали его Жизнь, Честь и Счастье.

…Смерть мужа перевернула нашу жизнь наизнанку. Человек глубоко одаренный от природы, высоконравственный, один из первых предпринимателей, пользующийся заслуженным авторитетом не только в Армении, но и в России, он умер в бедности, оставив мне в наследство 18-летнюю дочь и 17-летнего сына. Горе ослепило меня, но жизнь продолжалась, и в этой пучине надо было уметь грести, чтоб не затонуть. Не то – потопят.

Собрала детей и переехала в Степанакерт, где родилась и выросла, где жили родные и близкие. Увы! Мы попали “из огня да в полымя”. Нет горше предательства родных и близких… Чтоб не перенести второй инсульт, я этот отрезок жизни лучше вычеркну навсегда.

Девизом жизни выбрала гомеровские слова: “Сердце, крепись и терпи! Ты стерпело и нечто похуже”. Чем больше меня обжигали, тем больше я крепчала. Переносила с достоинством то, что изменить невозможно. Всегда рядом с детьми и внуками, стараясь в частые “пасмурные дни” внести в жизнь тепло и свет.

…Муж мечтал о том дне, когда в день бракосочетания дочери поставит ее на свои ноги и будет вальсировать как Дон Карлеоне в “Крестном отце” (это был один из его любимых фильмов). Он говорил, что все тяготы ее жизни он будет нести сам, а дочь будет порхать как бабочка…

В год смерти мужа, в 1999 году, дочь лишилась не только его опоры – земля как будто ушла из-под ее ног. Никак не складывается ее личная жизнь. А сын, отслужив, сразу устроился на работу. Встретил девушку в одном из сел Мартакертского района. Два года встречались. На третьем году обручились. Проходит год – начинаются пересуды о том, что надо спешить со свадьбой, мол, нельзя медлить (по сельским меркам). Я молчала и чего-то ждала. Проходит второй год со дня обручения. Страсти со стороны родных невестки накаляются до предела. Но так как наши финансовые возможности не позволяли сыграть свадьбу, а они этого очень хотели, я продолжала выдерживать многообещающую паузу, каждый раз возводя глаза к небу и надеясь на чудо. Пришлось рассказать им о несбывшейся мечте мужа – свадьбе дочери – и успокоить их словами “надо ждать и надеяться”. Будущие родственники отказывались понимать мое молчание, а я продолжала ждать “манны небесной”. И моя одержимая решимость не была лампой в руках слепца.

Однажды, вернувшись домой из деревни, где я работаю, случайно узнаю о Большой Карабахской Свадьбе. Еще не представляя условий ее проведения, поняла – это ТО, чего я так долго ждала. Всегда была против высказывания “не желай невозможного”. Напротив. Всегда надеялась, что сказка может стать былью. Свершилось! Уррра!!!

Мечты, повсюду вы меня сопровождали
И мрачной жизни путь цветами устилали

(К. Н. Батюшков)

Это счастье, я думаю, было заслугой моему терпенью и выдержке. Мы умели жить и тогда, когда жизнь становилась невыносимой. Я поспорила с жизнью, и она мне сдалась! Это было больше, чем мечта: видеть счастливое лицо сына и невестки в подвенечном платье, о котором она мечтала на протяжении пяти лет!

И где? Нет, не в кругу родных и близких, а в кругу 700 таких же счастливых пар – в центре внимания многотысячной публики, среди… главного виновника этого грандиозного мероприятия – Левона Гургеновича Айрапетяна и его близких друзей-соратников, поддержавших его инициативу. Его лицо тоже было озарено необыкновенным светом. Недаром говорят, что самый счастливый человек тот, кто дает счастье наибольшему числу людей.

Я открыла феномен Левона Гургеновича, впервые побывав со школьным коллективом на “Титанике”. Не сумев объять необъятное, я смотрела под ноги и поднимала глаза наверх. Из обыкновенного булыжника была создана необыкновенная красота! Левон Гургенович смог придать обычным камням и предметам такую огранку, которой можно только восхищаться. Очень хотелось в тот же день сказать ему слова признательности за то, что умеет доставлять людям минуты радости. Но у него были зарубежные гости и, к сожалению, мы уехали, не увидевшись.

Проходило время. И однажды я обнаружила, что ищу газеты с информацией о нем, с его интервью, внимательно слежу за местными СМИ, надеясь узнать о нем что-то еще. Известие о Большой Карабахский Свадьбе еще более укрепило желание увидеться с ним и чисто по-человечески сказать: “Спасибо за то, что Вы – есть! Да хранит Вас Бог на долгие годы!”

16 октября 2008 года. Полдень. С высоты птичьего полета Центральная площадь Степанакерта казалась не то хлопковым, не то снежным полем. Трудно было найти родных и близких. Все были на одно лицо – гламурные порхающие невестки в белоснежных нарядах и импозантные женихи, вдруг почувствовавшие ответственность за этот день. Перед спуском на стадион хотелось снова увидеться с сыном и невесткой. В поисках я заметила среди многочисленных новобрачных и фигуру Левона Гургеновича. На миг оробела (хотя я не из робкого десятка). Потом, вобрав в легкие побольше воздуха, подошла, поздоровалась и на одном духу, боясь, что кто-то отнимет его у меня, сказала: “Дорогой мой Человек! В последнее время я во все глаза слежу за Вашими деяниями на территории НКР, приносящими, я думаю, не столько прибыли для Вас, сколько радости для нас, и решила сама придумать такое слово-неологизм, которое оценило бы Вас как Человека, более чем необыкновенного. Я долго ломала голову над этим, потому что велико было мое желание, оно шло изнутри. И однажды, перебирая в памяти все превосходные степени многочисленных прилагательных, я, подобно Архимеду, крикнула – “Эврика!” Это слово – “Всеячеловек”!..

Это человек-альтруист, живущий для всех, дарующий всем радость и счастье. Это человек-исцелитель, врачующий наши душевные раны. Это человек-надежда, чей мощный дух спасает расслабленные тела. Это человек-легенда, который сказку сделал былью.

Дорогой мой Человек!

Вы взяли на свои плечи заботу сразу о 700 молодых парах. Парадоксально, но факт – Вы дали почувствовать моему сыну отцовскую поддержку. И как он сказал – “Мама, ты знаешь, в нем что-то от папы”. Да, я сама это почувствовала. Мой сын имел счастье поговорить и сфотографироваться с Вами. Материнская благодарность Вам и всем, кто поддержал Вашу акцию. Дай Бог Вам всем здоровья и удачи! И, перефразируя Маяковского, скажу:

Я знаю – город будет,
Я знаю – саду цвесть.
Когда такие люди
В Арцахе нашем есть.

——————————————————————————————-

Источник элитарности русского языка в Нагорном Карабахе

Нунэ СИМОНЯН

Причины элитарности русского языка в период советской власти очень глубокие и во многом менее романтичные. Интересы России и ее присутствие в Карабахе еще с царских времен было исторически понятным явлением. В процессе революционных событий 20-х годов произошли бесповоротные изменения. Обобществлялась частная собственность наиболее зажиточной части имущих, их самих выселяли в Сибирь. Выселяли самую трудоспособную часть крестьян-землевладельцев, работодателей, самых опытных хранителей местных трудовых традиций. Выселяли семьями. Оставшиеся ни с чем потомственные собственники не выдерживали – психологически и физически. Их припрятавших детей  родственники отправляли в города России, Средней Азии, в другие регионы, чтобы как-то спасти от коммунистического террора.

Было много случаев, когда получившие уже русское образование (в лицеях, гимназиях) в России, Средней Азии, Баку выходцы из Карабаха через многие годы возвращались вновь на родину, но уже работали тут по свободным специальностям – в качестве мастеровых, рабочих, нянь… Возвращались уже после установления советской власти и не имели ничего, кроме своей “головы”, “рук”, вооруженные “великим русским языком”.

Вот так  образовалась одна категория русскоязычных армян. Условно их можно назвать “изгнанные возвращенцы”.

При этом огромная часть изгнанных осталась по ту сторону Карабаха – она стала той частью, которую можно назвать “эмигранты в других государствах”.

Поскольку уже установились определенные связи местных карабахцев (в том числе и возвращенцев) с эмигрантами, то возникло объяснимое желание выезжать из Карабаха “со всем достоинством”, дабы не осрамить себя. И вот тут следствие – надо учить своих детей этому нужному языку, и вообще надо учить так, чтобы ничем не отличаться от русских. Это стало психологией массового национального мышления. Постепенно российское влияние углублялось. Военные городки, которые были в Степанакерте, Гадруте и т. п., не могли быть окружены “китайской стеной”: жены военных-русских и их дети должны были учиться и работать в удобных для них местах – в школах, других учебных заведениях, медицинских учреждениях и так далее… Диктатура советской власти имела все для этого законы, и русские беспрепятственно могли создавать все условия для своей национальной самореализации. Семьи военных трудоустраивались в гражданских учреждениях, их дети учились вместе с карабахскими детьми в школах. Вот так в Карабахе возникла новая категория русскоязычного населения. Это – сами русские, которые выходили за пределы своих военных городков и жили привычной гражданской жизнью.

Поскольку возникла необходимость в стабильной системе, которая обеспечивала бы труд и быт семей военных, открылась русская школа ¹3. Она расширилась, и в этой школе стали учиться дети из семей вышеназванных категорий, потом к ним стали присоединяться и остальные.

Потом появилась школа ¹8 и так далее. Поскольку было ясно, что русский язык – самый престижный в Советском Союзе, и без него – никуда, то уже действующая армянская элита – чиновники, интеллигенция, служащие – спешили дать детям  именно русское образование. А что такое образование? Это – информация, книги, документы, карьера, пресса, медицина, торговля… В общем – вся человеческая физическая и духовная жизнь. У элитных армян – элитный русский язык в армянском регионе. Это была реальность, с которой жили все.

После событий 1988-го года национальное самосознание карабахских армян привело к установлению собственной государственности. В этом государстве сегодня рядом живут армяне, имеющие огромный исторический опыт русскоязычной элиты и армяне – представители элиты армяноязычной. И новое поколение карабахцев наследует опыт прошлого благодаря этим двум категориям людей. “Закон о языке” стоит на защите будущего всего карабахского армянства. Он очень созвучен и гармоничен с мышлением нашей армяноязычной интеллигенции. А как же быть армянской русскоязычной интеллигенции – людям творческим, людям науки? Оставаться за кулисами, на кухне, а сцены, площади и свои авторские и научные работы предоставлять переводчикам? Ведь есть целая русскоязычная эпоха, и она не может быть игнорирована сегодня, тем более что русскоязычная интеллигенция – это небольшая в процентном отношении, но влиятельная часть нашего общества.

Пока есть аудитория, которая хочет слушать, должны быть права и у тех, кому есть что сказать на понятном пока еще языке. Возможно, в нашем “Законе о языке” можно найти какой-либо механизм, позволяющий без извинений за своих государственных предков излагать свои мысли на удобном и понятном любому карабахцу языке – языке Грибоедова и Брюсова, Сахарова и Хачатуряна, Суворова и генерала Иваняна…

Величие страны определяется величием ее рядовых граждан

В ночь с 19 по 20 октября 2008 года мы с больным отцом находились в реанимационном отделении Республиканской больницы г. Степанакерта. Отец мой был в тяжелом состоянии, у него был инсульт. Сейчас я понимаю, что надежды на то, что он будет жить, у врача-реаниматолога Айрапетяна Левы почти не было. Но этот человек сделал все от него зависящее, чтобы спасти отца. Спасибо большое за Ваше неравнодушие!

Всю ночь отец мой был в агонии – из такого состояния не выходят, это я поняла потом.  Медсестры, дежурившие этой ночью – Наира Каспарова, Анаида Хачатрян и санитарка Флора – ни на секунду не дали мне почувствовать, что конец близок. Всю ночь напролет эти женщины бегали от одного больного к другому, проявляя при этом большую заботу и милосердие. Казалось бы, что тут такого, они на работе…

Сусанна ГРИГОРЯН

——————————————————————————————-

ПЕРЕКРЕСТОК ЖАЛОБ

Грант АЗИЗЯН

Как известно, Степанакертский кожно-венерологический диспансер уже годами кочует с одного место на другое. Многими годами раньше  он соседствовал с республиканской больницей, потом диспансер перевели в двухэтажное здание на ул. Туманяна, а ныне диспансер и вовсе находится на окраине города. В этом году кожно-венерологический диспансер перевели в здание Республиканской санитарно-эпидемической станции. Но граждан нашего города это, по всей вероятности, не устраивает – многие выражают свое недовольство.

– Было намного легче, когда кожно-венерологический диспансер находился рядом с больницей или же на ул. Туманяна – я могла дойти туда пешком. Тогда было намного удобнее – не то что сейчас, – говорит инвалид 2-ой группы С. Аванесян. – Общественный транспорт всегда переполнен, и мне, пожилой женщине, каждый раз приходится туго: в транспорт не протолкнуться, еле-еле удается им воспользоваться, и то не каждый раз, когда есть необходимость посетить врачей…

Если бы только больные жаловались! Свое недовольство проявляет и коллектив работников санэпидемстанции – они тоже недовольны тем, что теперь в их учреждении размещается и кожно-венерологический диспансер.

– Я работаю врачом в санэпидемстанции с 1984-го года, – рассказывает не пожелавшая представиться женщина. – Все эти годы я трудилась и тружусь для своего народа. И все это время мы ухаживали за деревьями и цветами вокруг нашего здания – природа должна радовать глаз! Но сейчас, после того, как кожно-венерологический диспансер разместили в нашем учреждении, стало обидно: они, я не хочу сказать чужие, а свои же армяне, ломают, уничтожают наш труд – клумбы цветов, ветви фруктовых деревьев…

Во всем вышесказанном я лично убедился сам, побывав во дворе здания санэпидемстанции: сломанные ветви фруктовых деревьев, разбросанные по территории бутылки от разных напитков… От той  красоты, которая раньше царила во дворе санэпидемстанции, ничего не осталось: куда-то исчезли красиво ухоженные деревья и цветы. Где же та красота? Кто способствовал исчезновению того, во что в течение многих лет были вложены труд, забота и любовь врачей и лаборантов санэпидемстанции? Неужели легче сломать, чем построить? Вот вопросы, которые сам себе задаю и не могу найти на них ответы. А хотелось бы…

——————————————————————————————-

Соседи

Ариф Юнусов: “Нынешние переговоры идут в желаемом армянами ключе”

Интервью Day.Az с известным конфликтологом Арифом ЮНУСОВЫМ.

– Ариф муаллим, как Вы прокомментируете заявление члена инициативы “Миацум” Александра Кананяна о том, что президент Армении Серж Саргсян сказал руководству самопровозглашенного Карабаха, что они должны безоговорочно и без каких-либо гарантий вывести войска из 5 “освобожденных” районов, затем предположительно в течение двух лет будет какой-то референдум, затем Азербайджану отдадут Кельбаджарский район?

– Я не очень уверен, что на самом деле Серж Саргсян сказал такое руководству самопровозглашенного Нагорного Карабаха. Ведь карабахский конфликт – прекрасная площадка для политиканства и сбора очков политиками. Причем тут разницы нет, о какой стороне идет речь. Давайте исходить из логики и также учитывать реалии.

Итак, ясно, что переговорный процесс идет на основе тех предложений, которые были в более или менее окончательной форме сформулированы в Мадриде, почему в прессе порой их называют “Мадридскими принципами”. О них очень много говорилось, и это не является особой новостью, что в соответствии с ними армяне поэтапно возвращают 5 районов, а судьба двух остальных – Кельбаджарского и особенно Лачинского – остается на потом, их армяне должны вернуть после решения вопроса статуса Нагорного Карабаха. В эти возвращенные нам наши же пять районов также поэтапно будут возвращены вынужденные переселенцы.

Начнется процесс как восстановления инфраструктуры, так и налаживания мер доверия. Появятся в зоне конфликта и миротворцы. А потом будет проведен референдум, и на нем будет решен статус Нагорного Карабаха. Так что, думаю, именно это и было предметом разговора между Сержем Саргсяном и руководством самопровозглашенного Нагорного Карабаха. То есть там есть вопрос о возврате на начальном этапе пяти оккупированных районов вокруг НК. А взамен будет проведен референдум.

Правда, меня сильно смущает указание, что референдум будет проведен через два года. Это слишком неправдоподобно. Вряд ли речь идет о периоде менее 10 лет. Так что цифра “2 года” – это скорее выдумка самого А. Кананяна, чтобы усилить эффект, как говорится. Еще раз повторюсь: ничего нового для тех, кто отслеживает ситуацию, нет. Даже игры вокруг переговоров также не новы, подобные хлесткие заявления были всегда и будут и впредь.

– Есть ли вероятность смены власти в Армении, если возвращение Азербайджану 5 оккупированных районов вокруг Нагорного Карабаха станет реальностью?

– Конечно, из-за карабахской проблемы уже потерял власть в свое время Левон Тер-Петросян, плюс можем вспомнить расстрел в армянском парламенте. Так что исключать ничего нельзя. Но на самом деле, полагаю, что нынешние переговоры идут в желаемом армянами ключе, и мы должны понять, что многое в Армении и Нагорном Карабахе носит характер политической игры, а не реальности. Так что все эти громкие заявления всяких маргинальных “общественных организаций” типа “Миацум” или “Освобожденные территории” – это просто мишура, на которую не стоит обращать серьезного внимания.

Переговоры – это часто напоминает торг на рынке, когда одна сторона завышает цену, а другая занижает и потом находят среднюю компромиссную цену. Вот и сейчас армяне устраивают шоу с нежеланием вернуть оккупированные территории вокруг бывшей НКАО, закатывают с помощью правительственных марионеток истерики о необходимости сохранения “буфера”. А потом позволят себе согласиться, чтобы в обмен на наши же земли получить согласие на проведение референдума с изначально прогнозируемым результатом по отторжению другой части нашей земли.

Так что не стоит так много времени и внимания уделять подобным вещам. Это – часть пропагандистской войны. И только.

– А на возвращение скольких оккупированных территорий Азербайджана власти Армении могут пойти без боязни за взрыв массового недовольства в своей стране?

– Если взамен армяне получат гарантированное согласие официального Баку на решение статуса Нагорного Карабаха путем референдума, то никакого “взрыва” или “массового недовольства” не будет, можете не сомневаться. Повторяю, могут позволить имитировать это “недовольство” в лице маргиналов, но не более.

– Как создавшейся ситуацией могут воспользоваться два экс-президента Армении Левон Тер-Петросян и Роберт Кочарян?

– Это уже другой вопрос. Левон Тер-Петросян уже старается использовать. И часто весьма своеобразно. Ведь по сути Серж Саргсян и в вопросе улучшения армяно-турецких отношений, и по урегулированию карабахского конфликта идет по стопам Левона Тер-Петросяна. И в такой ситуации критика со стороны Левона Тер-Петросяна говорит только о том, что сегодня вокруг него объединились весьма разношерстные силы, и он просто подыгрывает им, что вызывает у меня лично только чувство сожаления.

Политик такого уровня должен не поддакивать, а показывать пример принципиальности.

Что же касается Роберта Кочаряна, то он вполне может через дашнаков и другие силы, особенно в Нагорном Карабахе, сыграть негативную роль, используя карабахский фактор. Но только в том случае, если почувствует угрозу своим личным делам. А такая опасность есть. И тогда, как известно, все средства в политике хороши.

– Выгодна ли Азербайджану на данном этапе дестабилизация ситуации в Армении?

– Во-первых, я не вижу серьезных признаков начавшейся дестабилизации в Армении. Мы слишком все преувеличиваем. Свой пик Армения прошла в марте нынешнего года. А сейчас Саргсян достаточно уверенно держит ситуацию под контролем. Во-вторых, не всегда дестабилизация может иметь положительные последствия. А если к власти вернется Кочарян? Это будет намного хуже, уверяю. Не говорю уже о том, можем ли мы вообще использовать в свою пользу любое развитие ситуации в Армении. То есть, будет там дестабилизация или не будет, нам от этого, полагаю, не будет ни холодно, ни жарко. У нас ведь нет продуманной политики в отношении Армении.

——————————————————————————————-

Сеймур Байджан: “МЫ ПРОИГРАЛИ МИР”

– Что Вы можете сказать о развитии ситуации на Южном Кавказе в свете недавней войны и признания независимости Абхазии и Южной Осетии со стороны России? Как думаете, можно ли уже считать, что грузино-осетинский и грузино-абхазский конфликт решены и противостояние будет идти уже на уровне супер-держав. Если не ошибаюсь, Вы в свое время говорили, что армяне не могут перебить всех азербайджанцев и азербайджанцы не могут перебить всех армян, поэтому надо что-то другое делать. Возможно, что это что-то другое и воплотилось сейчас в Грузии, и нас тоже ждет подобный сценарий?

– Наши классики в свое время пытались осмыслить конфликт между армянами и мусульманами. Тогда не было азербайджанского народа. Каждый называл нас по-своему: одни – татарами, другие – монголами, третьи – турками, или просто – мусульманами. В конце концов, благодаря Сталину, нас назвали азербайджанцами. Джалил Мамедкулизаде сказал: “Или мусульмане должны убить всех армян до последнего, или армяне должны убить всех мусульман до последнего”. Говоря “мусульмане”, он имел ввиду будущий азербайджанский народ. Другой классик, Гаджибеков, о конфликте говорит так: “Мы не настолько организованный народ, чтобы ассимилировать другие нации, или начать войну с ними”.

Как Вы знаете, я несколько раз был в Армении. Кроме того, я в детстве много видел армян. В мире нет других двух народов, настолько похожих друг на друга. У нас на самом деле слишком много общего, поэтому у нас часто возникают дурацкие конфликты из-за долмы или “Сари Гелин”. Помню, один раз армянские и азербайджанские молодые люди спорили – долма азербайджанское или армянское блюдо? Наш друг Нугзар, которому это все уже поднадоело, сказал потрясающую вещь: “Возьмите хинкали и называйте как хотите”! На всех семинарах и конференциях я наблюдал одно и то же. Армяне и азербайджанцы, которые впервые участвуют на подобных мероприятиях, в первый день не разговаривают друг с другом. На второй день они начинают общаться, спорят, кричат, но кушать садятся за один стол и вместе гуляют по городу.

Помните, я всегда говорил, что все, что мы делаем, может уничтожить любой брошенный снаряд и после этого мы будем бессильны. Жаль, что в Грузии это случилось. Снаряд был брошен и мы ничего не смогли сделать. Все эти семинары, конференции, миротворческое движение были уничтожены в одну секунду. Сейчас я думаю, о чем мы будем говорить после этого? Сейчас уже будет крайне неэтично просто собираться и говорить о мире и будущем Кавказа или спрашивать друг друга: что делать?

– Осенью этого года Нанэ Асатрян пригласила Вас на фестиваль в Егегнадзор, почему Вы не приехали?

– Когда я в первый раз был в Армении, мне было интересно. Каждый день мы участвовали на 2-3 встречах. Это было тяжело. На каждой встрече нас ждала различная аудитория, с разным мышлением. Это не было канцелярским миротворчеством, когда в офисе собираешь сотрудников организации, знакомых или родственников, пьешь кофе и фотографируешься в разных позах, делая вид, что идет дисскусия. Я очень устал, и нервы подводят. Все видели во мне человека, который начал войну, убил людей и виноват во всем. Задавали разные вопросы. И я должен был отвечать на все. Когда я вернулся из первой поездки, написал репортаж на бытовую тему. Я подумал, что если начну писать о конфликте, об истории конфликта, то утоплю сам себя и в свою очередь послужу углублению вражды. Поэтому я написал чисто бытовой репортаж. Что армяне кушают, как одеваются, что смотрят, что читают. По-моему, неплохо получилось. Этот репортаж печатался в нашем “Гюнделик Азербайджане” пять дней подряд. Потом перевели на русский и читали в Армении. Одна из армянских газет “Жаманак Ереван” перевела и опубликовала на армянском.

После этой поездки я был в Армении еще несколько раз. При каждом возвращении начиналось шоу. Кто-то просто ругал, кто-то говорил, что я – армянский агент и зарабатываю деньги. Они по-своему правы. Мой друг Эльмир Мирзоев говорит: “В нашем обществе рабов свободного человека называют или агентом, или сумасшедшим, или голубым”. Ведь трудно понять, почему человек рискует своей жизнью, терпит всю эту хулу, и при этом не зарабатывает больших денег. После одной из поездок в течение одного дня провели две пресс-конференции против меня, на которых призывали меня депортировать – то есть отвезти к границе и отпустить, пусть иду куда хочу. Как кошка. Я устал от этого. И там тебя ругают, и здесь. В первые три поездки в Армению я действовал как настоящий миротворец. Говорил, объяснял, приводил примеры. Даже истории сочинял. Что-то преувеличивал, что-то скрывал – ради мира. Но потом я стал пессимистом. Я увидел, как мы бессильны. Потому что и в Армении, и в Азербайджане нет общественного мнения. Когда я вернулся из Армении, меня ругали все, кто имел возможность дать интервью в газете, на радио, на телевидении. Но когда наша интеллигенция побывала в Карабахе, те же люди молчали. Они прекрасно знали, что интеллигенция действовала с согласия президента. Поэтому и молчали. Там, где нет общественного мнения, невозможно решать проблемы или добиться чего-то.

Во время последней поездки в Армению мне было очень скучно, я не знал, что говорить, чем заняться. Плюс ко всему я опять наблюдал, как мы закомплексованы, как нам мешает наш менталитет, которым мы так гордимся. Конечно, по сравнению с азербайджанцами армяне более закомплексованный народ. Может это обясняется тем, что азербайджанцы – молодой народ, у них нет своего алфавита, богатой и древней истории. Многие говорят об этом. Но я думаю, это хорошо, что у нас нет древнего алфавита, а то мы как армяне не смогли бы от него избавится. От алфавита, где все буквы похожи на цифру три: 3 на ногах, 3 лежит, 3 боком, 3 раком. Получается у всех, кроме американцев, есть богатая культура, богатая кухня, богатая история. Говорить с представителями народа, у которого все богатое, и объяснить им что-либо – невозможно. Трудно объяснить, что фольклор – это не культура. Когда я в последний раз возвращался из Армении, на три дня задержался в Тбилиси, потому что устал как собака. Отдохнул и потом вернулся домой.

Здесь шоу уже началось. Когда я зашел в одну из редакций газет, ее сотрудники начали ругать меня прямо в лицо. Была зима. И вдруг отключили электричество. Редакция находилась в центре города. Они зажгли свечи, ждали, когда придет электричество. И продолжали со мной очень агрессивно спорить. В конце концов я сказал: “Ребята, может о другом начнем говорить? Мы продаем газ, электричество, а сами сидим в центре города в темноте. Давайте об этом поговорим”. Я благодарю Нанэ за приглашение. Но я устал от всех этих разговоров. Мне нечего уже делать в Армении. Я это понял во время своей последней поездки.

www.southcaucasus.com
(перепечатано с сокращениями)

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s