№ 10 / 14 июнь

Aрмяне вне Армении

“Быть армянином в Турции стало модно”?

Эта фотография сделана на одной из узких улочек Стамбула – города, где по неофициальным данным бок о бок живет около 15 миллионов представителей различных национальностей. Среди них – турки и армяне. И это – несмотря на память, которая включает в себя и 1915 год…

Как же живут сегодня армяне в Турции? Как чувствуют себя в стране, где возможно убийство Гранта Динка – по национальному признаку? Как ощущают себя среди тех, кого принято называть “историческим врагом”? В стране, где туристы из Армении все-таки с опаской говорят о том, откуда они, и где до сих пор турецкие националисты могут угрожать тому, кто сейчас стоит у руля “Акоса”?

“Свои среди чужих”, обремененные памятью исторических отношений, армяне продолжают жить в Турции, считая ее своей Родиной и все-таки не забывая о том, что они – армяне…

Первый разговор на эту тему произошел в старом центре Стамбула в одном из обувных магазинчиков, в котором владельцы – армяне. Сын и отец наперебой отвечали: “Шад лав, шад лав энк…” и рассказывали о том, что в принципе не чувствуют себя ущемленными в чем-либо.

Армяне в цифрах и фактах

За несколько дней, проведенных в Стамбуле, удалось узнать о том, что в стране, у которой нет официальных отношений с Арменией, проживает около 60-70 тысяч армян – граждан Турции. Большинство их живут в Стамбуле, большая армянская община есть и в селе Вакыфлы у Муса-лера. Действует Патриархат, а также более 30 армянских церквей, большая часть которых расположена во втором турецком городе – Стамбуле. Основная масса верующих-армян – православные, но есть и небольшой процент католиков-армян.

В Турции также действует 16 ежедневных армянских учебных заведений и две армянские больницы, одна из которых “Сурб Пркич” считается очень престижной в Стамбуле.

Есть 3 газеты: две армяноязычные – “Мармара” и “Жаманак” и одна туркоязычная “Акос”. Главный редактор “Акоса” Грант Динк в свое время говорил о важности приобщения к “армянскости” тех армян, которые, увы, уже не знают родного языка…

Единственным официальным представительством в Турции от Армении является Постоянное Представительство РА в Организации Черноморского экономического сотрудничества. Армения с 2001 года является членом этой организации и защищает в ней свои экономические интересы наряду с 12 странами. Представительство – единственное место в Стамбуле, где официально развевается армянский триколор, но при этом Представительство не обладает дипломатическими полномочиями, в его обязательства входит лишь защита экономических интересов Армении в рамках ОЧЭС.

Что касается ярких армянских имен в турецкой политической палитре, то таковых нам найти не удалось. Последний армянин-депутат в турецком парламенте был избран в 60-ые годы прошлого века. Сегодня имена тех или иных армян появляются в списках каких-то партий, есть какие-то занимаемые армянами должности, но в целом это не известные по всей Турции политические деятели.

Но община армянская в Турции довольна активна. Говорят, что регулярные высокие баллы армянским певцам на Евровидении со стороны Турции – не случайность, а планомерная работа общины – в преддверии конкурса в армянских школах делаются PR-акции. Вообще, армяне в Стамбуле живут не очень компактно – но большинство их проживает на одной из центральных улиц “Таксим”, на которой, кстати, можно увидеть и надписи на армянском языке тоже. По статистике, число представителей армянской общины с каждым годом уменьшается, но это естественный процесс – очень много граждан Турции, независимо от национальности, выезжают в Европу: за лучшим образованием, к лучшей жизни. А вообще, армяне в Турции – самая большая по численности христианская община. Община часто собирается, устраивает “Сиро сеханнер” и не теряет связь с исторической Родиной – в основном поддерживая отношения с Эчмиадзином.

К демократическим переменам

Многие армяне в Стамбуле, говоря о своей жизни там, рассказывают, что ситуация с демократическими процессами в Турции улучшилась. И в связи с этим обычно закрытая армянская община стала активней интегрироваться в турецкую жизнь. Вообще, то, что произошло в Турции после убийства Динка, никак не уместилось в застаревшие политические взгляды – как армян, так и турок. Никто и представить не мог бы, что стотысячная толпа турок могла выйти на улицы и кричать “Мы – армяне!”. На вопрос “Турки? Не курды?” армяне отвечали: “Нет, именно турки…” Говорят, что после убийства Гранта Динка отношение к армянам в целом изменилось  к лучшему – появился интерес к ним, в том числе и к армянской версии исторических событий в начале 20 века. Кто-то из наших собеседников сказал: “Это даже стало модным – быть армянином”. Люди, которые раньше даже не знали, где находится Армения и что это за страна, теперь стали больше интересоваться – что же все-таки было в 1915 году? В целом, в Турции сейчас стало меняться отношение к своей истории вообще. И кстати, в связи с улучшением ситуации со свободой слова уже можно спокойней говорить в Турции о геноциде и употреблять это слово.

Изменится ли отношение турок не только к слову “геноцид”, но и к его содержанию в контексте армяно-турецких взаимоотношений – сегодня об этом очень сложно сказать. Но то, что там постепенно происходит трансформация взаимоотношений хотя бы с теми армянами, которые проживают в Турции, это заметно. Сложно сказать о причинах подобной трансформации – ведь не секрет, что соседняя страна настолько стремится в Европу, что может и в отношении армян допустить определенную “мягкость”. Но в любом случае, 60000 армян в Турции – цифра немалая. И, несмотря на все национальные установки и закоренелость взглядов на те или иные вопросы, все же неслучайно было в Стамбуле увидеть такую картину – иногда бывает и такое, что кошка и собака могут ужиться под одной крышей…

Карине ОГАНЯН

МИССИЯ СКВОЗЬ 90 ЛЕТ 

В начале 1919 г. бакинские армяне – братья Маиляны (Егия, Даниел, Ованес) – крупные рыбо- и нефтепромышленники, известные благотворители создали финансируемую ими же научно-экономическую экспедицию, цель которой – помочь и содействовать возрождению экономической, духовной жизни молодой Республики Армения, укреплению ее обороноспособности.

Экспедиция действовала в Тифлисе, где в это время находился ряд армянских общественных и научных организаций. Она располагала специальными отделами, которые занимались изучением потенциальных возможностей, ресурсов Армении. К работе привлекались как армянские, так и зарубежные ученые-специалисты.

В результате была создана основная программа деятельности экспедиции, в которой приоритетным считалось переселение и заселение армян в пределы республики. Сознавая важность данного вопроса, экспедиция решила обратиться за помощью к правительству Армении и армянской общественности.

Интервенция турецких войск в Закавказье и оккупация Баку, а также установление советской власти подорвали финансовые основы братьев Маиловых, и экспедиция прекратила существование.

Полагаем, что суть открытого письма имеет актуальное значение и в наши дни.

Письмо публикуется  с некоторыми сокращениями.

Алвард ГАЗИЯН, “Голос Армении”, 03.06.08 г.

Открытое письмо

Научно-экономической экспедиции братьев Маиловых 

ВОССТАНОВЛЕНИЕ АРМЕНИИ И ЕЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ требуют незамедлительного всестороннего изучения страны, и здесь необходимо сотрудничество и совокупные усилия всех научных и общественных сил.

Безусловно, одной из важнейших очередных проблем общегосударственного значения является проблема переселения армян и заселения Армении. Судьба молодой республики в значительной мере будет зависеть от успешного разрешения этой проблемы.

История знает государственное собирание земель, но ей неизвестно собирание рассеянных сынов в родную страну. Не ошибемся, если скажем, что эту новую страницу истории открывает Армения.

Однако до настоящего времени в деле разработки этого вопроса – установления плана переселения и заселения если не совсем, то почти ничего не сделано.

Государство и общество теперь должны подготовиться к наиболее целесообразному разрешению этой задачи, которая является результатом всей прошлой политической жизни народа и свершившейся действительности. Начавшееся уже переселение может принять стихийный характер и застигнуть врасплох как общество, так и правительство, рискуя причинить невозвратимые потери.

Но разрешение этих тяжелых задач непосильно одному только государству, вернее, его исполнительному органу – правительству.

Здесь необходима согласованная работа трех сил: науки, общества и государства (правительства).

Изучение этого вопроса экспедицией производится одновременно в нескольких направлениях: 1) история иммиграции и колониальной жизни армян; 2) условия и возможность заселения Армении; 3) жизнь зарубежных армян; 4) какова должна быть политика Армении в деле переселения; 5) карта переселения и заселения Армении (кого, откуда и куда переселить) ; 6) организация переселения и заселения Армении; 7) техника переселения и заселения.

Работы ведутся силами экспедиции под непосредственным руководством членов ее коллегии.

В целях создания известного научного контроля и сотрудничества экспедиция сочла нужным организовать по данному вопросу совещательную комиссию из представителей научных армянских обществ г. Тифлиса и сведущих лиц.

ЭКСПЕДИЦИЯ СОЗНАЕТ, ЧТО В СТОЛЬ ВАЖНОМ И СЛОЖНОМ ДЕЛЕ она не может ограничиваться только своими силами и здесь необходимо всестороннее содействие со стороны всех тех, кому дороги интересы строительства Армении.

Март, 1920 г.

——————————————————————————————-

Безопасность

В рамках работы Степанакертского ресурсного центра при поддержке организации “International Alert” в Карабахе реализуется несколько проектов по темам, касающимся евроинтеграции, демократии, цене конфликта и безопасности.

Сфера безопасности – та область, которая чрезвычайно волнует карабахцев. Ведь вообще все Карабахское Движение в далеком 1988 году начиналось на волне ощущения опасности – сначала потери своей идентичности, потом уже – за жизнь, за близких, за свои дома, за Родину и т. д.

Что же является основным в вопросе безопасности карабахцев? Почему мы сегодня говорим о возврате беженцев, о сдаче территорий, о статусе и гарантиях – именно в контексте безопасности? Мы надеемся получить на этот вопрос экспертную оценку политологов, журналистов и политиков, с которой вы можете ознакомиться в ближайших номерах “Демо”.

—————-

Признание НКР не самоцель, а возможность обеспечения политико-дипломатическими средствами безопасности народа от возможных внешних угроз

Масис МАИЛЯН
независимый эксперт по вопросам
внешней политики и безопасности,
в 2001-07 гг. замминистра иностранных дел НКР,
в 2004-07 гг. член Комиссии по информационной
безопасности Совета безопасности НКР

Обеспечение безопасности народа НКР является ключевой проблемой в урегулировании конфликта с Азербайджаном. Нынешнее поколение карабахцев подверглось реальной угрозе полного физического уничтожения в ходе начатой Азербайджаном в 1992 году широкомасштабной вооруженной агрессии. Только ценой больших людских и материальных потерь удалось остановить войну, коснувшуюся практически каждую карабахскую семью, жертвами которой стали тысячи людей. Поэтому проблема безопасности для НКР непосредственно и прямо связана с обеспечением права на жизнь, без которого, как говорил французский философ Шарль Фурье, «все остальные права человека превращаются в нуль».

В Карабахе люди старшего поколения помнят, как в течение всего периода пребывания Нагорного Карабаха в составе Азербайджанской ССР республиканские власти систематически нарушали права карабахских армян, реализуя репрессивную политику, призванную изменить демографическую картину Арцаха. Подавлялось естественное развитие экономики, которая искусственно замыкалась на другие регионы Азербайджана и способствовала притоку в край этнических азербайджанцев. Армяне Карабаха испытывали на себе всю тяжесть советского репрессивного аппарата. Имели место случаи убийств, исчезновений людей и пыток, произвольных арестов, показательных судов над политическими заключенными, подавления инакомыслия и открытой депортации жителей десятков населенных пунктов.

Армянское население автономии не смирялось с дискриминационной политикой азербайджанских властей и неоднократно поднимало карабахскую проблему перед центральными органами власти СССР. Такие попытки предпринимались  в 30-е годы ХХ столетия, затем в 40-ых, 60-ых и 70-ых годах, однако в условиях советской тоталитарной системы все они были жестоко подавлены. Таким образом, практически весь период истории НКАО свидетельствует о том, что именно нарушение базисных прав личности – права на жизнь и свободу, подавление Азербайджаном права народа в целом являлись глубинной причиной нагорно-карабахского конфликта.

И если в советские годы Азербайджан проводил «ненасильственную» политику по выдавливанию коренного армянского населения НКАО, после развала СССР и обретения независимости  азербайджанское политическое руководство прибегло к насильственным мерам и прямой вооруженной агрессии против Карабаха. Причем уже на первых этапах разворачивающейся борьбы стратегия блокирования всех транспортных путей и создание режима полной блокады недвусмысленно свидетельствовали о том, что политика Азербайджана по отношению  к армянскому населению Арцаха претерпела коренное изменение и речь уже идет не об изгнании, а о физическом уничтожении. Таким образом, Азербайджан, с момента своего первого появления на политической карте мира в 1918 году, ставил перед собой задачу уничтожения Арцаха – тем или иным способом. На протяжении всей истории взаимоотношений Азербайджан при всех режимах представлял реальную угрозу безопасности Нагорного Карабаха. Поэтому обеспечение внешней безопасности НКР и ее  народа и сегодня остается весьма и весьма актуальной задачей.

В то же самое время  НКР не угрожает безопасному  существованию и развитию Азербайджана. Напротив, после правового выхода Нагорного Карабаха из состава Азербайджана и заключения перемирия, последний продемонстрировал бурное экономическое развитие. Об этом свидетельствуют статистические данные, озвученные президентом  этой страны на  заседании Кабинета Министров весной сего года. По словам азербайджанского президента, за последние четыре года, в 2004-2007 годах, экономика Азербайджана возросла на 96 процентов, экономический потенциал удалось удвоить и на этой экономической базе сохранить высокие темпы роста. Было отмечено, что бюджет Азербайджана с каждым годом увеличивается, сводный бюджет на 2008 год находится на уровне 12 миллиардов долларов. Это в десять раз больше, чем в 2003 году. По бюджетным расходам на душу населения Азербайджан находится на одном из передовых мест на всем пространстве СНГ, страна занимает высокое место по этому показателю в мировом масштабе.

Исходя из вышеизложенного можно констатировать, что Нагорно-Карабахская Республика в послевоенных границах 1994 года не препятствует развитию Азербайджана. Более того,  сегодняшние фактические границы между НКР и Азербайджаном, появившиеся вследствие этно-территориального размежевания, являются важным элементом в поддержании стабильности в регионе. Создавшиеся условия, с одной стороны, позволяют  странам региона развиваться, а с другой –  способствуют обеспечению прав граждан НКР на физическую безопасность и государственную независимость. Совершенно очевидно, что наша страна не сможет самостоятельно развиваться и обеспечивать военную, продовольственную, энергетическую и экологическую  безопасность в изначально нелегитимных и анклавных границах бывшей НКАО. Очевидно и то, что  претензии Азербайджана на территории Карабаха являются вопросом политических амбиций, а не жизненно-важным фактором развития этой страны.

Кроме того, общеизвестно, что перемирие между Азербайджаном и НКР держится исключительно благодаря сложившейся системе военно-политического баланса сил сторон, в которой освобожденные в ходе навязанной нам войны территории выполняют стратегическую функцию. Любой скоропалительный и не гарантированный целым рядом предварительно ратифицированных межгосударственных соглашений отход от сложившихся реалий  приведет к немедленному нарушению упомянутого баланса сил и, вне всякого сомнения, спровоцирует возобновление боевых действий с катастрофическими для всего региона последствиями. Страны и организации, декларирующие собственную заинтересованность в поддержании мира и стабильности в регионе, должны поддерживать стратегический баланс, трезво оценивать всю сложность и хрупкость ситуации, предпринимать и настаивать лишь на тех шагах, которые однозначно будут способствовать укреплению режима прекращения огня, системному поддержанию региональной безопасности и установлению атмосферы терпимости.

Важную роль в сохранении стабильности и безопасности в регионе играют регулярные вооруженные силы НКР. Армия обороны НКР занимается решением следующих основополагающих задач: во-первых, обеспечение безопасности народа НКР перед лицом серьезной угрозы военной или террористической интервенции с территории  Азербайджана; во-вторых, фактического выполнения эффективной миротворческой функции в условиях неурегулированности карабахско-азербайджанских отношений. Армия обороны НКР, которая находится в полном подчинении гражданских властей и является важным фактором региональной безопасности, должна стать участником международного военного сотрудничества, в том числе в военно-образовательной сфере.

Мировой исторический опыт показывает, что наиболее мощной и совершенной организацией, призванной обеспечить безопасность в масштабе всего общества, является государство.

Одной из важнейших функций государства является именно защита интересов всех своих граждан, социальных групп, обеспечение их безопасного существования и жизнедеятельности. Народ Карабаха создал и отстоял в войне свое государство. Признание независимой государственности НКР со стороны международного сообщества откроет новые возможности для укрепления безопасности республики и станет важным шагом на пути вхождения НКР в лоно мирового сообщества, что поможет вовлечению республики в региональные интеграционные процессы. Признанный статус независимой государственности НКР не самоцель, а возможность обеспечения политико-дипломатическими средствами безопасности народа от существующих и возможных внешних угроз.

Важно отметить, что отсрочка мировым сообществом признания де-юре государственной независимости Нагорно-Карабахской Республики и приток в Азербайджан нефтедолларов стимулируют эту страну демонстрировать все более жесткую риторику и занимать воинственную переговорную позицию. На тех странах, которые инвестировали нефтяной сектор экономики Азербайджана, лежит большая ответственность за сохранение мира в регионе.  Этим странам следовало бы последовательно, четко и недвусмысленно указывать Азербайджану на бесперспективность его агрессивной позиции.

Исключительно важную роль играет контроль со стороны Соединенных Штатов за использованием создаваемой в Азербайджане при помощи США военной инфраструктуры в целях поддержания безопасности в бассейне Каспийского моря. США должны обладать эффективным механизмом для предотвращения использования этих сил против интересов НКР и Республики Армения.

Учитывая бурно меняющийся миропорядок, на наш взгляд, настало время заинтересованным международным организациям найти возможность для подключения Нагорно-Карабахской Республики к региональным системам безопасности. Это было бы целесообразным, поскольку международно-признанное устройство Южного Кавказа, которое состоит исключительно из трех государств, не учитывает все действующие в регионе силы, потому и не может обеспечить  полноценную и долгосрочную региональную стабильность.

Подобный подход способен, с одной стороны, повысить ответственность всех субъектов региона за судьбу Южного Кавказа, с другой – даст возможность соответствующим международным структурам сотрудничать с реально функционирующими в регионе структурами безопасности.

Для повышения защищенности НКР прямые связи нашей страны с международными инстанциями всех уровней должны наращиваться. Не одна лишь арена международной дипломатии урегулирования должна быть местом поиска большей безопасности для НКР. Есть много иных возможностей презентации реального потенциала нашей страны. Даже будучи временно непризнанной страной, НКР могла бы активнее работать со всеми заинтересованными странами и международными структурами. Не нужно приводить фактор Армении в качестве основной причины изоляции НКР от ключевых политических процессов в регионе и мире.

Времена меняются, и условия в нашем регионе также подвергаются радикальным изменениям. Появляются новые вызовы и возможности, которые необходимо осмыслить, проводя инициативную политику. НКР может и должна выносить на международный уровень собственные политические инициативы. В этом случае потенциал Армении и Диаспоры будет эффективно задействован. Выжидательная позиция не только вредна, но и опасна. В современном мире одна лишь надежда на боеспособность армии недостаточна для обеспечения безопасности и ускоренного развития страны. Проблемы национальной безопасности не ограничиваются военной сферой, а охватывают почти все стороны жизни страны в тесной взаимосвязи и взаимодействии.

Национальная безопасность НКР может и должна быть обеспечена на нескольких уровнях: системой безопасности самой НКР, документально оформленными гарантиями Армении, гарантиями, которые будут включены в текст будущего мирного договора с Азербайджаном, а также международными гарантиями (включая возможное подключение НКР к региональным и субрегиональным системам безопасности).

Если остальные формы или уровни гарантий безопасности НКР обусловлены результатами будущих двусторонних и многосторонних переговоров, то не существует объективных преград для создания недостающих элементов собственной системы национальной безопасности, ее упорядочивания и развития.   У нас по сей день отсутствует такой важный элемент в системе безопасности как Концепция национальной безопасности НКР.  В этом документе, как правило, фиксируется совокупность официально принятых взглядов на цели и государственную стратегию в области обеспечения безопасности личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз политического, экономического, социального, военного, техногенного, экологического, информационного и иного характера с учетом имеющихся ресурсов и возможностей.  Принятие Арменией собственной Концепции национальной безопасности создало необходимые условия для разработки и принятия подобного документа в НКР. Очевидно, что Концепции национальной безопасности двух армянских государств  должны быть взаимосвязаны и взаимно дополнять  друг друга.

Для демократического социума безопасность государства и общества является важной функцией обеспечения свободы и безопасности личности. По словам Николая Бердяева, этически надо стремиться к такому строю жизни, в котором «личный», «общественный» и «государственный» взаимодействуют и ограничивают друг друга, обеспечивая максимальную свободу творческой духовной жизни.

В современной политологии существуют понятия “минимальная” и “демократическая” стабильность. Первый из этих двух терминов означает просто отсутствие гражданских войн или иных форм открытых внутренних конфликтов. Такая стабильность или другими словами внутренняя безопасность, может быть достигнута авторитарными методами. В свою очередь стабильность “демократическая” связана со способностью демократических структур быстро реагировать на изменяющиеся общественные настроения. В этом случае стабильность является функцией демократии, включающей в себя, в том числе и участие граждан в управлении государством посредством институтов гражданского общества. В Концепции национальной безопасности НКР необходимо зафиксировать, что НКР видит  собственную стабильность как “демократическую”.

(Статья подготовлена на  основе лекции «The Nagorno-Karabakh Republic as factor of peace and stability in the region of the Southern Caucasus», прочитанной автором в США в Университете Коннектикута)

——————————————————————————————-

НК и вокруг него

«Без участия Карабаха мирные переговоры неэффективны»

Интервью РБКdaily  с президентом НКР Бако СААКЯНОМ

Нагорно-Карабахская Республика де-факто является самым стабильным из непризнанных государств СНГ, позиционирует себя как независимую сторону конфликта и настаивает на прямых переговорах с Азербайджаном. Об этом корреспонденту РБК daily ВИКТОРУ ЯДУХЕ заявил президент НКР БАКО СААКЯН.

– Готовы ли Армения и Нагорный Карабах обсуждать вопрос статуса некоторых освобожденных территорий, которые находятся за пределами административных границ бывшей советской Нагорно-Карабахской автономии?

– Армения – независимая страна. Исходя из своей независимости и своих интересов она ведет переговоры с Азербайджаном. Но есть главная сторона конфликта – независимая Нагорно-Карабахская Республика. С точно такими же приоритетами, которые есть у Азербайджана, Армении и других независимых государств. Мы с Арменией достаточно интегрированы, у нас единое экономическое пространство, единая денежно-валютная система. Но это не мешает нашей независимости. Мы уважаем мнение нашего народа, который объявил о независимости, принял в прошлом году Конституцию, уважаем все атрибуты нашей государственной власти. И прежде чем выразить нашу точку зрения по тем или иным вопросам, мы должны быть наделены возможностью участвовать в переговорном процессе. Мы не можем говорить о таком судьбоносном вопросе как статус Карабаха, не являясь участниками переговоров.

– Вы выступаете за тройственный формат переговоров или за отдельные переговоры НКР – Азербайджан и Армения – Азербайджан?

– Мы не акцентируем внимание на количестве участников переговоров. Но пока Азербайджан не проведет с нами прямые переговоры, всякие другие форматы будут неэффективными.

– Как вы относитесь к военным приготовлениям Азербайджана и к звучащим там заявлениям о неизбежности новой войны?

– Милитаризация и милитаристская риторика Азербайджана не оказывают на нас психологического воздействия. Применение силы повлечет множество человеческих жертв с обеих сторон, но не решит проблему Карабаха. Во-первых, в регионе существует эффективный баланс сил. Во-вторых, вооруженные силы нашей республики в состоянии не только отразить агрессию Азербайджана. При необходимости военные действия будут перенесены в глубь его территории. И в случае агрессии мы обязательно так поступим, потому что расширение зоны безопасности будет единственным способом обеспечить мир для нашего народа.

– В Ереване звучали заявления о возможности территориального компромисса на переговорах по Карабаху.

– При нынешнем поведении Азербайджана само понятие компромисса становится невозможным. В одном мы уверены: вопрос не должен решаться в одностороннем порядке. Все заключается в том, уважает ли Азербайджан право Нагорного Карабаха на самоопределение. Пока со стороны Азербайджана звучат регулярные угрозы в адрес нашего государства, они грозят стереть с лица земли Карабах и карабахский народ. В таких условиях применять само понятие компромисса неуместно.

– В Азербайджане говорят о возможности совместного использования Лачинского коридора, который связывает Карабах с Арменией – при условии, что он будет неотделимой частью Азербайджана. Как вы относитесь к такого рода предложениям?

– С такого рода просьбами или предложениями к Нагорно-Карабахской республике Азербайджан не обращался. Но хотел бы отметить, что без имеющего стратегически важнейшее значение Кашатагского района, административным центром которого является Бердзор (бывший Лачин. – РБК daily), невозможно будет обеспечить безопасность и поступательное развитие Нагорно-Карабахской Республики как независимого государства.

– Допускаете ли вы возвращение в Нагорный Карабах азербайджанских беженцев?

– Власти нашей республики не исключают возвращения азербайджанских беженцев в Карабах. Но мы уверены, что до политического решения вопроса этого просто нельзя делать. Необдуманными действиями мы можем привести этот контингент беженцев к новым трагическим последствиям. Надо также синхронизировать вопрос азербайджанских беженцев с вопросом армянских беженцев. Но сегодня он рассматривается в одностороннем порядке. Естественно, это нас не удовлетворяет.

– В Азербайджане заявляют, что руководство НКР заселило в Лачин и Кельбаджар 25 тысяч человек и что 30% заселенных якобы покинули эти районы. Что в действительности там происходит? Какова демографическая политика НКР на освобожденных территориях?

– Большинство населения этих районов – беженцы из Шаумяновского района НКР, Северного Арцаха, а также разных населенных пунктов бывшей Азербайджанской ССР. Они лишились всего и, обосновавшись здесь, вернулись к нормальной жизни. Беженцы и внутренние перемещенные лица являются одним из наиболее уязвимых слоев населения нашей страны, и к ним особое отношение вне зависимости от того, где они проживают.

– Считаете ли вы для себя приемлемым косовский сценарий признания независимости?

– Международное признание Косово с правовой точки зрения, безусловно, создает прецедент. Мы напрямую не связываем признание независимости Косово с признанием независимости Карабаха. Но если признание Косово поможет признанию Карабаха, мы, безусловно, будем только рады.

– В НКР заметны признаки социального государства, нечастые для постсоветского пространства: выплаты матерям и молодоженам, льготная ипотека, ощутимые затраты на образование и здравоохранение. Почему в непростой политической и экономической ситуации руководство НКР решилось на такие расходы?

– В первом пункте первой статьи нашей Конституции указано, что Нагорно-Карабахская Республика является суверенным, демократическим, правовым и социальным государством. А одним из самых лучших показателей социального государства являются социально защищенные граждане. Вот мы и на практике осуществляем то, к чему нас обязывает высший закон нашего государства. К тому же такие расходы только укрепляют нашу государственность.

– Как это соотносится с рыночными условиями, в которых развивается экономика НКР и ее основных партнеров?

– Вполне нормально. Мировая практика показала, что рыночная экономика и социальное государство являются взаимодополняющими категориями. Наличие и постоянное развитие социальной сферы положительно сказывается на темпах роста экономики. Чем больше люди социально защищены, тем оптимистичнее они смотрят в будущее.

– Карабахцы часто говорят о своих ментальных и психологических отличиях от большинства соплеменников в Армении. По вашим словам, стабильностью и безопасностью Карабах обязан в том числе «генетической составляющей народа». О чем идет речь?

– Нашему народу присущи законопослушность, трудолюбие и неиссякаемый оптимизм. Эти качества оказывают определяющее влияние на стабильность и безопасность в нашем государстве.

– Чего вы ожидаете от России? Удовлетворены ли вы ролью, которую она играет в Минской группе ОБСЕ?

– Хрупкий мир, который мы сегодня имеем, – большая заслуга России, особенно на первом этапе после подписания соглашений. Естественно, мы хотим и не скрываем, чтобы Россия оказывала больше влияния на разрешение и нашего конфликта, и других подобных конфликтов. Потому что Россия несет одновременно и историческую ответственность за то, что происходит в регионе. Но это проблема мирового характера, и такие страны как Соединенные Штаты, Франция, Англия, тоже несут ответственность за происходящее на Южном Кавказе. При этом, естественно, они преследуют свои интересы, что тоже является, на мой взгляд, нормальным.

– На ваш взгляд, степень и мера ответственности России, США и Франции за судьбы региона сопоставимы?

– Сегодня они могут быть сопоставимы, но степень исторической ответственности у России, конечно, больше, чем, скажем, у Соединенных Штатов Америки. Потому что, когда мы имели связи с Россией, Соединенных Штатов здесь вообще не было.

RBCdaily.ru
2008.06.05.

 

Французский дипломат: На переговорах между президентами Армении и Азербайджана были “новые моменты”

Каждая встреча президентов Армении и Азербайджана имеет результат, и после каждой встречи есть прогресс, на встрече в Санкт-Петербурге также удалось создать позитивный климат переговоров. Об этом заявил французский сопредседатель Минской группы ОБСЕ Бернар Фасье.

По его словам, именно с этой целью сопредседатели посетят регион. “В ближайшие дни уточнится дата нашего визита в регион. Мы надеемся посетить как Ереван, так и Баку, но не уверены, насколько это получится, все зависит от графиков глав МИД и президентов сторон”, – отметил Фасье.

Отвечая на вопрос, есть ли в позиции нового правительства Армении какие-либо новые моменты, Фасье отметил, что для полного понимания этого необходимо съездить в Ереван. “На данный момент основная задача для сопредседателей – внести ясность и завершить работу над базовыми принципами, учитывая предложения, поступившие с обеих сторон”. По его словам, в переговорах были некоторые новые моменты, но сопредседатель не стал их разглашать. Он также отметил, что нужно немного времени, чтобы сопредседатели могли завершить свою работу. “Сейчас нам ясна цель – мы будем устраивать новые встречи министров иностранных дел и президентов Азербайджана и Армении”, – заявил Фасье.

ИА REGNUM

 

 

ПОЧЕМУ НЕ УДАЕТСЯ ПРАЗДНОВАТЬ ПОБЕДУ И НА ДИПЛОМАТИЧЕСКОМ ФРОНТЕ
или пробелы научного обеспечения усилий армянской дипломатии

Степан ГАБРИЕЛЯН
профессор университета “Месроп Маштоц”

ВВЕДЕНИЕ или “НАС НИКТО НЕ ПОЙМЕТ И НЕ ОПРАВДАЕТ, ЕСЛИ УСТУПИМ НА ДИПЛОМАТИЧЕСКОМ ФРОНТЕ”

Проявляя стойкость духа, мужество и самоотверженность, наш народ смог одержать вдохновляющую победу в национально-освободительной войне и завоевать полную политическую независимость  от Азербайджана.

Мы ожидали, что победную эстафету подхватят дипломаты, которые смогут выполнить кропотливую, активную, интеллектуальную и организаторскую работу, благодаря чему наша национально-освободительная борьба будет доведена до логического завершения.

Для таких оптимистических ожиданий были – и сейчас есть – совершенно реальные основания. На нашей стороне исторические факты, международное право, общечеловеческие принципы… Говоря шахматным языком, выигрыш у нас есть, остается лишь найти выигрывающие ходы, чего нам никак не удается. Значит, мы слабо играем. Наш оппонент же превосходит нас,  вероятно, по силе шахматного игрока, раз ему удается, имея объективно проигранную позицию, не только цепко защищаться, но и делать иногда неожиданные ходы, которые вызывают замешательство у соперника. Наша безынициативность, вялая “игра” греет у нашего оппонента,  может быть, даже надежду на то, что он сможет не только спасти свою тяжелую позицию, но и довести партию до победы.

Такая ситуация становится все более и более нетерпимой, непростительной, о чем без обиняков сказал  Президент НКР Бако Саакян: “Нас никто не поймет и не оправдает, если мы уступим на дипломатическом фронте”.

Чем объяснить то, на первый взгляд, удивительное явление, что нам не удается праздновать победу и на дипломатическом фронте?

Все явления мира, даже самые сложные, вызываются чаще всего простыми причинами. Проста причина и беспокоящего нас явления. Ключ  к ее пониманию – это один из афоризмов Наполеона, которому можно смело присвоить статус аксиоматической истины. В слегка преобразованном виде  он звучит так: “В любом деле удается ровно столько, сколько продумано и просчитано”. Значит, если наши дипломатические усилия не дают желанного результата, то это по неумолимой логике свидетельствует о том, что эти усилия плохо продуманы и просчитаны; другими словами, усилия армянской дипломатии и армянства в целом не имеют полноценного научного обеспечения.

Такое утверждение может вызвать недоумение. Ведь над карабахской проблематикой бьются десятки, сотни ученых, аналитиков. Написаны тысячи статей, книг. Созвано множество научных конференций. И все же можно настаивать на том, что научное обеспечение усилий по урегулированию карабахского конфликта не находится на достойном уровне.

Чтобы не быть голословным, выявим отдельные признаки, которые указывают на существенные изъяны, дефекты научного обеспечения проблемы урегулирования карабахского конфликта.

Отсутствие компактной системы аргументов

Обобщенное представление о том, насколько ценным  является научное обеспечение карабахской проблемы, можно получить на основании не масштабов исследований, а по тому, насколько упорядоченной, систематизированной, побуждающей к конкретным полезным действиям является полученная при этом конечная информация; то есть признаком благополучия в научном обеспечении решения проблемы является не количество полученных результатов, а их качество.

В этом отношении особых поводов для нашего благодушия нет. Несмотря на то, что по карабахской проблематике накоплен колоссальный объем фактической и аналитической информации, она представляет собой, главным образом, бесформенный механический конгломерат смешанных  друг с другом фактов, выводов, положений, который трудно воспринимать, особенно если он преподносится безадресно неизвестно кому, неизвестно куда, неизвестно  для чего. Долг чести исследователей выполнять кропотливую, “ювелирную” аналитическую работу с тем, чтобы отделить главное от второстепенного, существенное от несущественного, важное от неважного и, таким образом,  синтезировать, конструировать – из небольшого (скажем, несколько десятка) числа органически взаимосвязанных аргументов   компактную, стройную, логически безупречную систему,  которая своей убедительностью смогла бы обезоружить наших оппонентов (и радовать друзей).

Отметим некоторые другие пробелы нынешнего научного обеспечения урегулирования карабахского конфликта.

Слабое использование программного подхода

Есть прекрасное по глубине  мысли афористическое высказывание: “Все великие битвы выигрывают сначала  на бумаге”. Применительно к нашему случаю  это означает: если мы хотим торжествовать победу на дипломатическом фронте, то  должны увидеть эту победу сначала на бумаге, обосновать, с математической строгостью и точностью, почему и как это возможно, какими должны быть, образно говоря, направления главных ударов; то есть нужно разработать разносторонне продуманную, обстоятельно аргументированную Программу действий (назовем ее условно “Признание”), благодаря осуществлению которых будет одержана желанная победа и на дипломатическом фронте.

Жаль, что фундаментальный программный подход не был по достоинству оценен и воплощен в жизни, благодаря чему можно было бы во многом исключить  стихийность в наших дипломатических усилиях и тем самом значительно повысить их эффективность.

Если Программа “Признание” может, очевидно, сыграть значительную роль в судьбе не только армян Нагорного Карабаха, но и всего армянства в целом, тогда почему она до сих пор не разработана? Рассмотрим теоретически возможные ответы на трудный и деликатный вопрос:

1. Компетентные работники не хотят разработать Программу? Такую причину следует, очевидно, исключить априори.

2. Они не могут этого сделать? Это вполне вероятная причина. Карабахское урегулирование – это чрезвычайно сложная, запутанная проблема; справиться с ней смогут специалисты, сочетающие в себе разносторонние познания в области социологии, психологии, философии, политологии и других наук, основательное исследовательское исскуство анализа сложных проблем и поиска их надежных решений, упорство, настойчивость; специалистов с такой уникальной подготовкой трудно, вероятно, найти.

3. Есть еще одна, третья, причина, которая является очевидно, первичной, решающей: значение Программы по-настоящему не оценено и поэтому на ее разработку нет четкого, настоятельного, мощного государственного заказа (если бы был такой заказ,  он побуждал бы компетентных работников и захотеть сильнее, и знать больше). Для такого удручающего предположения есть вполне реальные основания. Были  обращения к компетентным органам и лицам с предложениями о разработке Программы, но они остались без отклика. Хочется быть оптимистом и думать, что ситуация в этом отношении начинает меняться к лучшему – новое руководство страны демонстрирует приверженность к энергичному решению актуальных проблем республики, в том числе проблемы карабахского урегулирования.

Смутное понимание вопроса: с чем имеем дело?

Разработка любой эффективной программы должна начинаться с обоснования конкретного и четкого ответа на вопрос: с чем имеем дело, то есть каков предмет исследований и практической деятельности. Понимая важность этого вопроса, наши азербайджанские оппоненты настойчиво “позаботились” о том, чтобы искусно извратить его ответ в свою пользу  и преподнести  плохо информированному международному сообществу лживый тезис о том, что происходящее – это территориальный спор между Азербайджаном и Арменией, которая, попирая один из фундаментальных  принципов цивилизованных взаимоотношений между  государствами, “зарится” на “исконную” азербайджанскую землю и тем самым проявляет себя злостным агрессором.

Так с чем же мы имеем дело?

Забвение принципа целевого детерминизма

По убеждению наиболее ярых приверженцев принципа целевого детерминизма (обусловленности) деятельности, успех любой деятельности на 90 % зависит от понимания того, почему, для какой цели она осуществляется и лишь  на 10 % определяется тем, как она осуществляется. Вот почему нужно обосновать цель деятельности с максимальной тщательностью, понимая, что цель – это маяк, который освещает путь и предупреждает об опасностях.

Выполнено ли это  обязательное условие эффективной деятельности? Выявлена ли истинная цель наших усилий, направленных на карабахское урегулирование? Этот вопрос может, как в известной восточной притче,  вызывать последовательно три реакции: смех (это же так просто!), затем напряженное раздумье (а, может, быть мы не знаем ответ?); и, наконец, плач (а ведь мы не можем точно ответить на этот вопрос!).

Итак, какова же наша цель в карабахском урегулировании? Широко распространен, как известно, следующий ответ: международное признание НКР. Сколько государств должны признать НКР: 10, 50, 100? Если даже все государства мира признают НКР, а Азербайджан откажется это сделать, то сохранится нынешнее положение “ни войны, ни мира” со своими негативными атрибутами.

Мы легко убеждаемся, что “международное признание НКР”- это, в сущности, неопределенная, неясная, туманная цель, а такая цель может стать основой лишь случайных, стихийных, несистематизированых действий, которые в лучшем случае не принесут никакого вреда, а чаще могут привести к катастрофическим последствиям (так терпит катастрофу корабль, которому не указывает путь цель – свет маяка).

Громоздкость механизма урегулирования

Отмеченные и другие пробелы научного обеспечения усилий армянства по урегулированию конфликта, а также пассивность армянской дипломатии привели к формированию механизма урегулирования, который вызывает возражения во многих отношениях. Это, прежде всего, тяжелый, громоздкий и поэтому неэффективно работающий механизм. И неудивительно, в нем только 7 главных звеньев: 2 Президента, 3 Сопредседателя Минской группы ОБСЕ, 2 министра иностранных дел. А у семи нянек дитя, как известно, без глазу.

Есть у нынешнего механизма урегулирования фатальный изъян, который должен был бы стать, но, кажется, не стал предметом пристального внимания аналитиков, экспертов. Речь о том, что тяжелое бремя принятия окончательного решения возложено на президентов Азербайджана и Армении. При таком формате невозможно справедливое для нас урегулирование карабахского конфликта, то есть урегулирование, по неотъемлемому, обязательному пункту которого предусматривается юридическая независимость НКР от Азербайджана. Невозможно, потому что Президент Азербайджана не подпишет соглашение, которое будет восприниматься его соотечественниками как предательство национальных интересов. Подписать такое соглашение означало бы для Президента Азербайджана поставить крест на своей дальнейшей политической карьере.

По аналогичным соображениям и Президент Армении не поставит свою подпись под соглашением, по которому предусматривается проазербайджанское урегулирование конфликта: восстановление юрисдикции Азербайджана над Нагорным Карабахом.

Вот почему Президенты двух стран не смогли придти до сих пор  к обоюдному соглашению, несмотря на множество оптимистичных заявлений о появлении “золотых шансов”.  Не придут они к такому соглашению и в будущем. И в этом президентов можно – и нужно – понимать чисто по-человечески.

НКР вытеснен из переговорного процесса

Еще одним дефектом нынешнего механизма урегулирования является неестественность его конфигурации. Из простой логики, которая закреплена в высшем документе международного права, в Уставе ООН (Ст. 33), вытекает, что международные споры регулируют прежде всего непосредственно сами стороны спора. В урегулировании карабахского конфликта эта простая логика игнорирована: одна из двух сторон спора бесцеремонно вытеснена из переговорного процесса.

Разрубить карабахский “Гордиев узел”

В карабахском урегулировании сложилась, таким образом, запутанная, искуственно осложненная ситуация, которая сковывает действия участников переговорного процесса, определяет принципиальную невозможность достижения окончательного соглашения.

Можно  ли справиться с этим своеобразным карабахским “Гордиевым узлом” и как?

В результате выполненного исследования подготовлен эскиз Программы работ (с приложением пакета из восьми конкретных предложений), который представлен в соответствующие компетентные органы НКР.

Заключение или нет легких путей к царским достижениям

Для разработки и осуществления полной Программы справедливого урегулирования Карабахского конфликта необходимо выполнить исследования и работы чисто практического характера, сложность и масштабы которых могут  пугать, вызывать замешательство. Но ничего не поделаешь: нет, как известно, легких путей к царским достижениям. Кроме того, у нас другого выхода просто нет: либо мы разрабатываем фундаментальную программу, которая становится надежной теоретической основой активной, наступательной дипломатии; либо мы ее не разрабатываем и довольствуемся пассивной ролью обороняющегося в предстоящей дипломатической войне.

Нас устраивает такая позиция позорной обреченности?

 

——————————————————————————————-

Pетроспектива

Взгляд в прошлое: кем же был Кеворков?

Валерий ГАЗАРЯН

Был ли Борис Кеворков конченым и безнадежным предателем или же с ним произошли какие-либо перемены и метаморфозы? Принимая во внимание то обстоятельство, что его нет в живых (умер или помогли спецслужбы Азербайджана – как и в аварии с бывшим членом КОУ НКАО генералом Купреевым) и он не может ничего написать в свое оправдание, дабы сохранить объективность и не потерять уважение к самому себе, считаю долгом сказать следующее.

Mартовский пленум 1975 года неоспоримо был пиком антиармянской деятельности Кеворкова. На мой взгляд, его антиармянская политика – с некоторыми штрихами и деталями – продолжилась вплоть до конца 1970-х годов. Необоснованными аргументами и антиармянскими настроениями пропитано и интервью Кеворкова одному из союзных изданий в 1977 году (“Проблемы мира и социализма”, номер 6). Последние антиармянские усилия были предприняты в конце 1970-х годов против группы  врачей-армян (В. Агабалян и др.) по заказу одного из приближенных к начальнику отдела КГБ НКАО Дубровина “деятелей” – представителя  группы азербайджанских националистов, заместителя главврача областной больницы А. Аббасова  с вовлечением прокурора области Самвелова (был обвинителем на судебном заседании), заместителя начальника УВД Амрахова, работников БХСС и  агентуры многократного пользования. Одного из врачей осудили якобы за взятку, других сняли с работы, наказали в партийном порядке. Примечательно, что после каждого судебного заседания прокурор Самвелов, допускавший в ходе процесса грубые антиармянские выпады, бегал на доклад к “первому”. Снова “наверху” врачей сочли связанными с каким-то националистическим центром Армении (совершенная ерунда). Интересно упомянуть, что приехавшие в Степанакерт для освещения судебного процесса В. Гиганов из “Литературной газеты” и спецкор “Медицинской газеты” М. Спектор так и не смогли опубликовать в своих изданиях ни одной статьи. Необходимо особо  подчеркнуть – никакого оправдания антиармянской деятельности Кеворкова априори нет и не может быть.

Но объективности ради отмечу, что  со временем во взглядах и мировоззрении Б. Кеворкова произошли перемены: он понял, что  не на том фронте боролся с национализмом, тем более в этом он убеждался при каждой попытке решить насущные для области экономические и социальные вопросы.

Главное, как мне представляется, он осознал, что вопреки проискам  Баку,  на земле Карабаха должны жить армяне, у них должна быть работа и крыша над головой. Во время его правления было завершено строительство Сарсангской ГЭС, увеличились объемы капитального строительства (был создан 2-ой строительный трест – “Межколхозстрой”), хотя по объему капиталовложений на душу населения НКАО продолжала значительно уступать Нахичеванской АССР, была проведена обещанная Азербайджаном еще в конце 1920-х гг. железная дорога, расширились производственные площади Степанакертского электротехнического завода, был введен в строй конденсаторный завод с филиалами в нескольких селах, началось строительство завода сельхозмашин, проведен газопровод (Азербайджан без этого не мог газифицировать Нахичевань), за счет виноградарства несколько улучшилось экономическое положение колхозов и совхозов. Некогда  клеймивший армянских писателей и деятелей культуры Кеворков, очевидно, в целях собственной политической реабилитации, тепло принял С. Ханзадяна, А. Экимяна, председателя Союза Писателей Армении, председателя КГБ Армении М. Юзбашяна, артистов и т. д. Некогда воинствовавший атеист стал реставрировать церковь Казанчецоц в г. Шуши, пригласил в футбольную команду игроков “Арарата”-73  О. Заназаняна и С. Мартиросяна. В целях предотвращения оттока из области  молодежи умудрился и каким-то путем добился для пединститута не существовавшей  в советской вузовской системе специальности – по общетехническим дисциплинам.

Для чего он ругался с гостями из Армении ( в том числе и с Юзбашяном), выражая принципиальное несогласие по тому или другому вопросу? Может быть, чтобы “глаза и уши” Баку – 2-ой секретарь Богословский – донес наверх о продолжении  борьбы “первого” с “дашнаками”? Свидетели говорили о случае, когда Кеворков грубо отчитал председателя какого-то армянского колхоза за то, что у него на животноводческой ферме  работают исключительно азербайджанцы;  рассказали и о том, что на банкете в доме гостей совхоза  им. 22 партсъезда Мартакертского района (директор С. В. Мамунц) он обвинил  в национализме присутствовавших заместителя председателя Совмина Азербайджана, министров образования и здравоохранения, заявив, что ежегодно в область направляются десятки врачей-азербайджанцев, тогда как армянам можно было бы предоставлять места для подготовки собственных медицинских кадров. Он добился своего и вскоре в  мединституте Баку стали обучаться армяне из НКАО.

Безусловно, Кеворков был на голову умнее приезжавших из Баку руководителей, был начитанным, грамотным, жестким, иногда срывающимся до грубости руководителем, однако всякие разговоры о каком-то его феноменальном уме, распространяемые окружением, были сильно преувеличены. Так, например, во время встреч с приехавшими в Степанакерт после очередного Московского кинофестиваля известными деятелями советского кино (привезли “Холодная осень 53-го”) он поразил гостей глубокими познаниями кино. Как мне удалось выяснить позже, примерно за две недели до приема гостей он проштудировал все имевшиеся в библиотеке книги о кино, что вообще-то вовсе не предосудительно.

Списывать все грехи  того периода на Кеворкова было бы величайшим заблуждением, ибо приехавший с задачей покончить с армянским национализмом и карабахским вопросом человек, шедший по этой стезе многие годы, потом, в условиях оторванности от Армении и фактической изоляции области от нашей культуры, духовности и всего армянского (ни один руководитель Армении не приехал в Карабах), окруженный в определенной мере приспособленцами, преследующими корыстные цели вместо служения Родине и Армянскому народу, определенно мог почувствовать себя  даже мессией, спасающей армян края. Виновны все мы – потому что не протестовали, когда слагались стихи и появлялась проза, создавались произведения, посвященные выходцу из Казаха Вагифу и оккупационной 11-ой Красной Армии, раздавались дифирамбы в адрес армянофоба Г. Алиева, виновны участники злополучного пленума, ни один из которых не выступил  против надругательства над памятью и историей. Виновны все не замечавшие того, что на фермах армянских колхозов и совхозов из года в год увеличивается число азербайджанцев и отуреченных курдов из Лачина, виновны все  вошедшие в коррупционный сговор с азербайджанцами “из интернациональных чувств” взяткодатели и берущие взятки.

Воровал ли Кеворков? Скорее нет, мне не удалось получить на сей счет сведения. Скорее, воровали внизу властной иерархии, в размерах значительно меньших в сравнении с воровством в “широко шагающем” Азербайджане. Думаю, что подсознательно Кеворков всегда боялся всеобщего бунта армянства Карабаха, ужасный страх  в его глазах я видел во время футбольного матча с командой из Нахичевана (я сидел под правительственной трибуной), когда охамевшие нахичеванские болельщики спровоцировали драку и во избежание худшего были впихнуты милицией в автобус и отправлены домой. Уже в 1980-ых годах  в разговоре с завотделом обкома Л. М. Агамяном Кеворков скажет: “Я теперь убедился, что в ЦК компартии Азербайджана сидят одни националисты”. Запоздалое открытие…

Одиннадцатого февраля 1988 года Кеворков сказал: “Костьми ляжем, но присоединения Карабаха к Армении не допустим”, однако в этом и других его высказываниях тех дней было больше патетики, чем антиармянских действий. А 14 февраля 1988 г. он  более всего боялся провокации КГБ Азербайджана и пролития крови, просил подчиненных уговорить собравшихся на центральной площади Степанакерта  людей разойтись. Впоследствии, в присутствии П. Демичева и  Г. Разумовского, 1-ый секретарь ЦК компартии Азербайджана К. Багиров попытался свалить всю ответственность за обострение межнационального вопроса на Кеворкова, а председатель профсоюзов Л. Расулова назвала его “политическим банкротом”. Между тем  предельно ясно, что  настоящим политическим банкротом было руководство Азербайджана, а карабахский вопрос обнажил банкротство армяноненавистнической и преступной политики руководства республики на протяжении всего времени пребывания области в составе Азербайджанской ССР. К сожалению, эту политику на протяжении нескольких лет проводил и армянин Кеворков.   Кем же был этот  во многом противоречивый человек? Впрочем, я не судья… Оставим место для раздумий, после которых  у каждого появится своя оценка.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s