№ 3 / 29 февраль

20 февраля

Вместе – к признанию! 

20 лет назад на этой же площади закладывались основы карабахской независимости. Люди сами приходили и сами требовали “Ми-а-цум!”… 20 февраля 2008 года площадь Возрождения в Степанакерте расцвела снова – от людей, плакатов, триколора, выступлений и лозунгов. Ностальгия – для тех, кто 20 лет назад здесь стоял, и новизна – для тех, кто сегодня является ровесником Карабахского Движения…

«Поколение 1988-го с честью продолжает дело своих предшественников. Это поколение имеет свою специфику: свобода и независимость для него – непреложная реальность. Вот лучший ответ Азербайджану», – сказал президент НКР Бако Саакян на митинге в честь 20-летия.

А ведь на самом деле – сегодняшние 20-летние выросли с совершенно другим мировоззрением и полностью сформировались в армянском государстве НКР. И даже если представить на миг, что Карабах – не историческая армянская земля, сегодняшние реалии неотвратимы: в самопровозглашенной НКР живут граждане независимого и армянского Карабаха, нравится это кому-то или нет. Если мир признал Косово как независимое государство, то у граждан Карабаха с 20-летним стажем жизни в фактически независимом Карабахе прав на признание   намного больше! Значит, “Признание”!!! Вот каким должен быть не только лозунг, но и вся пост-косовская политика  карабахского государства. Ведь истина о том, что “земля принадлежит тем, кто на ней живет”, уже не ставится миром под сомнение.

Значит, вместе – к ПРИЗНАНИЮ!

——————————————————————————————-

Kак это было…

Молчание: после Сумгаита прошло 20 лет

В Нагорно- Карабахской Республике отдали дань памяти жертв сумгаитской резни 

Сумгаитский геноцид уже вошел в энциклопедии и сухо определяется как «резня и массовая депортация армянского населения Сумгаита, осуществленная и управляемая азербайджанскими кругами 27-29 февраля 1988».

«Преступление преследовало цель предотвратить возможное урегулирование Карабахского вопроса, терроризировать армян перспективой новых кровопролитий и вынудить Арцах отказаться от национально-освободительной борьбы. Накануне погромов азербайджанский партийный функционер Э. Асадов грозился «наказать» армян многотысячным походом против Нагорного Карабаха. 26 февраля, за день до начала погромов, в ходе встречи с армянской интеллигенцией, М. Горбачев выразил «обеспокоенность» в связи с безопасностью проживавших в Баку 200 тыс. армян, непосредственно связав данный фактор с требованиями арцахских армян о воссоединении НКАО с Арм. ССР.

Для разжигания страстей в Сумгаите были пущены несоответствующие действительности слухи о том, что в Армении, якобы, начались массовые погромы азербайджанцев и мародерство. В частности, возбуждающее провокационное воздействие возымело телевыступление генпрокурора СССР Катусева, в котором говорилось о гибели двух азербайджанцев во время Аскеранских событий.

Преступление было спланировано заранее. Об этом свидетельствует наличие списка адресов армянских жителей, заранее исписанный сценарий и разделение ролей (убийцы и погромщики, мародеры, поджигатели имущества и те, кто смывал следы преступлений), задолго до этого изготовленные в производственных цехах арматуры и другие устройства, распределение спиртных напитков и наркотических веществ. Помимо этого, в домах армян была отключена телефонная связь, бездействовали службы ВД и скорой помощи, для указания мест проживания армян была применена система условных знаков и т.д..

Поведение азербайджанцев во время совершения тягчайшего преступления было двояким: часть их укрывала своих армянских соседей, и тем самым были спасены множество жизней, другая часть, наоборот, указывала толпе на места, где укрывались армяне.

Результаты продолжавшегося 3 дня варварства были ужасны, погромщики действовали не по-человечески жестоко: несколько десятков убитых, многие из которых после пыток и измываний были заживо сожжены, сотни раненых, множество изнасилованных (многие – несовершеннолетние), 18 тыс. беженцев, более 200 разрушенных и разграбленных армянских домов, десятки разбитых ларьков, магазинов, цехов и общественно-культурных учреждений, несколько десятков сожженных и разбитых автомобилей.

29 февраля в Сумгаит были введены советские войска, однако, насилия и убийства продолжались и в этот день. Войска не имели приказа применять оружие и ничем не помогли армянам. Только к вечеру они прибегли к решительным мерам и остановили погромы.

К судебной ответственности были привлечены лишь 49 погромщиков, и только один из них был приговорен к смертной казни. Остальным были предъявлены обвинения в убийстве, насилии, погромах, причем, во всех без исключения случаях мотивация деяний преступников была квалифицирована как «хулиганские побуждения». Вместо того, чтобы судить всех преступников по одному делу, советские власти специально разбросали дела и судили преступников в разных городах страны. В ходе судебных разбирательств были допущены грубейшие нарушения судебных процедур и прав пострадавших. После распада СССР большинство дел вершителей геноцида было закрыто, и они были отпущены на свободу. Преступление не получило официального осуждения, а пострадавшим не выразили соболезнования. Отсутствие адекватной оценки данного преступления вызвало волну массовых погромов в различных городах СССР. Безнаказанными остались также сотрудники городских и правоохранительных органов. Точное число жертв С. г. неизвестно до сих пор.

На основе представленных азербайджанской прокуратурой данных генпрокуратура СССР заявила, что « в Сумгаите погибли 27 граждан армянского происхождения».

Аракелян Аршак Левонович
Арушанян Размела Атанесовна
Арушанян Владимир Аванесович
Авакян Лола Павловна
Авакян Юрий Багратович
Аванесян Альберт Манвелович
Аванесян Валерий Манвелович
Арамян Артур Армоевич
Арамян Армо Ашотович
Бабаян Аршак Асланович
Бабаян Елена Маркосовна
Григорян Эмма Шириновна
Даниелян Николай Артемович
Даниелян Седа Осиповна
Товмасян Рафик Амбарцумович
Гамбарян Александр Александрович
Мартиросов Гарри Артемович
Мелкумян Эдуард Согомонович
Мелкумян Игорь Согомонович
Мелкумян Ирина Согомоновна
Мелкумян Раиса Арсеновна
Мелкумян Согомон Маркарович
Мелкумян Пируза Аракеловна
Мовсесова Эрсилия Бахшиевна
Саркисян Шаген Герасимович
Трдатов Габриел Арамович 

Однако, имеющиеся данные дают серьезные основания сомневаться в достоверности обнародованных официальных данных. По свидетельствам очевидцев, только число неопознанных трупов в городском морге превышало 70. Свои сомнения по поводу достоверности числа жертв в свое время выразил также председатель Совета министров СССР Н. Рыжков. Часть погибших была похоронена в Баку, были также случаи сокрытия и фальсификации причин смерти погибших. Сумгаитцы, которым удалось спастись от погромов, нашли пристанище в РА и других странах СНГ.

Несмотря на то, что мировое сообщество пока не признало Сумгаитскую резню как геноцид, оно было осуждено Европарламентом (резолюция 1988), Сенатом США (1989) и парламентом Аргентины.

8 марта 1988 на Степанакертском мемориальном комплексе был открыт памятник жертвам С. г. (работа А. Акопяна), неподалеку от памятника жертвам Геноцида 1915 г. (Цицернакаберд, Ереван) также установлен хачкар.

Лит. Сумгаит?.. Геноцид?.. Гласность?.. , Е., 1989, 1990; Рыжков Н., Перестройка: история предательств, М., ИПЛ, 1992; Donald E. Miller, Lorna Touryan Miler, Frmenia, Portraits of Survival mand Hope, University of California Press, Berkeley, Los Angeles, 2003 Thomas de Waal, Black Garden, Armeni and Azerbaijan: Through Peace and War, New York University Press, NY, 2003 Sumgait Tragedy: Pogroms against Armenians of Soviet Azerbaijan, Volume 1, Eyewitness Accounts, Edited by Samvel Shahmuratian, Aristide D. Caratzas & Zoryan Institute, New York & Cambridge, 1990.

Айк Демоян

АрмИнфо. В Нагорном Карабахе отметили 20-летие армянской резни в азербайджанском городе Сумгаит. Как сообщает собкор АрмИнфо в Степанакерте, с утра к мемориальному комплексу столицы НКР – г.Степанакерта, потянулся людской поток. Коллективы учреждений, предприятий и учебных заведений республики, военнослужащие Армии обороны НКР возложили цветы к памятнику жертвам трагедии. В 11 часов мемориальный комплекс посетили представители высшего руководства Нагорно-Карабахской Республики во главе с президентом Бако Саакяном, отдав дань памяти жертв трагедии. Служители Арцахской епархии Армянской Апостольской Церкви отслужили траурный молебен по безвинным жертвам сумгаитской резни.

——————————————————————————————-

По обе стороны границы 

Материалы подготовлены в рамках проекта «Преодоление стереотипов», поддерживаемого организацией «Ресурсы примирения» (Conciliation Resources). Партнеры по проекту – Исследовательский центр «Регион» журналистов-расследователей Армении и “Институт мира и демократии” (Баку).

«МЫ НЕ ИСПЫТЫВАЕМ НЕНАВИСТИ К ПРОСТЫМ ЛЮДЯМ» 

На наши вопросы отвечают председатель Молодежного движения «Далга» Вафа Джафарова, почетный председатель Рамин Гаджилы, члены правления организации Нармин Рамазанова и Эльвин Кязимов.

– Приходилось ли вам общаться с армянами? Каковы ваши главные источники информации об армянах? Как вы думаете, как живут в соседней стране ваши сверстники?

Вафа Джафарова – Лично я общаюсь с армянами на различных международных конференциях и семинарах, которые проходят в Тбилиси, Москве и в других городах. У нас складывались с ними довольно-таки нормальные отношения, и мы не испытывали друг к другу какой-либо ненависти. А что касается источников информации об армянах, то мы в основном черпаем информацию из СМИ и Интернет-ресурсов.

Нармин Рамазанова – У меня нет с армянами никаких отношений. Если даже когда-нибудь и появятся такие отношения, то я к этому отнесусь нормально. У меня неприязнь может быть только к армянам с ружьем, которые оккупировали наши территории, а к мирным людям я отношусь нормально.

Рамин Гаджилы – Я никогда не общался с армянами. Я сам родом из Карабаха, и мне, конечно, будет трудно пойти с ними на какой-то контакт. Но вместе с тем я понимаю, что мы с армянами – два кавказских народа, и обречены жить вместе. Поэтому, насколько бы это ни было трудным, считаю, что мы должны найти с ними общий язык. Ведь войну развязали не мирные граждане, а конкретные люди и силы, в интересах которых и было поссорить эти два народа.

– Что ценно для вас лично, для ваших знакомых, друзей – жизнь человека или земля?

Рамин Гаджилы – Конечно, жизнь человека. Если подойти к этому вопросу с точки зрения либерализма, то, если мы не будем заботиться о жизни конкретного человека, то не сможем отстоять ни свою землю, ни государство. Ведь самым большим богатством любого государства являются его граждане. Поэтому на первое место мы ставим интересы людей.

Вафа Джафарова – Я такого же мнения. Потому что ничто не может заменить человеческую жизнь. Люди – это главный ресурс любого государства. Конечно, и земля для нас очень дорога, но она становится еще дороже, если там живут люди. Я верю, что наши люди вернутся к своим родным очагам, которые потеряли во время войны. Но вместе с тем я – сторонница мирного урегулирования конфликта, чтобы больше не было жертв.

– Могут ли у армян и азербайджанцев быть общие интересы, кроме Карабаха? В 21 веке азербайджанцы и армяне смогут жить в мире, как, например, немцы и французы, которые 130 лет воевали из-за спорных территорий Эльзаса и Лотарингии?

Вафа Джафарова – Мы с армянами – соседи и просто обречены жить вместе. Ни они, ни мы никуда не уедем с наших земель. Я думаю, что лет через 10-20, когда вся эта абсурдная ситуация прекратится, мы снова сможем мирно сосуществовать. Но сейчас каким-то третьим силам нужно, чтобы мы воевали. Я полностью уверена, что война ни нам, ни им абсолютно не нужна, просто такое положение выгодно некоторым великим державам. Ни США, ни Россия не хотят, чтобы мы снова обрели мир, и поэтому они сталкивают два наших народа. Но это – политический вопрос, и я не хочу вдаваться в подробности. Однако думаю, что наши народы когда-нибудь найдут в себе силы и помирятся. Кавказ – это наш общий дом, и мы сами сможем решить наши проблемы без посторонней помощи.

Эльвин Кязимов – Вафа абсолютно права. Решение этого конфликта, в первую очередь, не в интересах России, которая не хочет мира на Кавказе. Если посмотреть на историю, культуру и обычаи азербайджанцев, грузин и армян, то можно найти много общего. И, хотим этого или нет, мы обязаны жить вместе. Поэтому я надеюсь, что мы придем к мирному соглашению, и снова сможем мирно сосуществовать, как и раньше.

Нармин Рамазанова – Хочу добавить, что если мы не придем к миру, то азербайджанская молодежь готова отстоять свои земли любым путем. Повторюсь, что мы считаем своими врагами армян с ружьем, а не простых граждан. Мы знаем, что простые люди ни в чем не виноваты. Поэтому если простые армяне готовы с нами мирно жить, то мы тоже готовы протянуть им руку.

Рамин Гаджилы – Я считаю, что армянский народ оказался в заложниках у группы агрессивно настроенных людей, которые не хотят мира. В результате этой политики теряет только армянский народ, который и так остался в стороне от многих региональных проектов. Однако, если армяне поймут ошибочность своей политики, то в будущем они смогут присоединиться к этим проектам. Конечно, только после того, как они вернут Карабах и заключат мирный договор с Азербайджаном.

– Возможно ли урегулирование карабахского конфликта без вмешательства извне, что для этого должны сделать стороны?

Вафа Джафарова – Этот конфликт нашим народам навязала Россия. Поэтому считаю, что без ее вмешательства мы не сможем решить эту проблему. Сейчас в мире только две сильные страны – США и Россия – могут повлиять на Армению, чтобы она освободила наши территории, но они этого не делают. Поэтому не думаю, что мы сможем найти общий язык с армянами, пока вот эти страны не поменяют свое отношение к этому конфликту.

Если мы не испытываем к армянам ненависти, то это не означает, что все наше общество думает также. В нашем обществе люди больше всего склонны решить этот конфликт военным путем. Однако думаю, если США и Россия повлияют на наши страны, то этот конфликт может найти свое мирное решение.

«МОЛОДЕЖЬ РАДИКАЛЬНЕЕ ОСТАЛЬНОЙ ЧАСТИ ОБЩЕСТВА»

Интервью с психологом Азадом Исазаде 

– Сильно ли отличается нынешнее поколение 20-летних от 20-летних горячей стадии (1988-1994 гг.) карабахского конфликта, от своих сверстников вашего поколения?

– Да, конечно, в принципе наше поколение резко отличается от нынешнего. И к тому же нельзя сказать, кто лучше или хуже. У каждого поколения есть свои плюсы и минусы. Наше поколение развивалось в период так называемого застоя, и поэтому пределом нашей смелости в тот период было лишь послушать «Голос Америки», ВВС и другие западные радиостанции, а также между собой рассказывать анекдоты про Брежнева. А поколение конца 1980-х – начала 1990-х годов больше сформировалось на волне карабахского конфликта. Им нужно отдать должное, что именно эти молодые люди стали ядром национально-освободительного движения в стране, именно они первые ринулись на защиту своих земель. Так что я это поколение даже назвал бы героическим. А что касается состояния нынешней молодежи, то они в основной массе пассивны, это поколение больше всего интересует деньги и личное благосостояние. Для них понятие Родина, Отчизна отодвигается на второй план. То есть они в основном прагматичны, и им, в отличие от поколения 1980-1990 гг., не присуща романтика. Хотя есть и большая группа радикально настроенной молодежи, которые попадают под влияние – как исламистов, так и других радикальных политических течений.

– Сегодняшняя молодежь сформировалась в условиях карабахского конфликта, насколько сильно он повлиял на ее мировоззрение?

– Очень сильно повлиял. У нашей молодежи очень сильны реваншистские настроения. Каждый из них думает, что только военным путем возможно решение этого конфликта. Это и естественно, потому что мировоззрение нынешней молодежи сформировалось именно в этом духе.

– Насколько силен образ врага армянина у молодежи, на основании каких знаний, какого опыта формируется этот образ у молодежи?

– Я думаю, что образ врага армянина сильнее, чем у нашего поколения. Потому что сегодняшние молодые люди видели все ужасы карабахской войны будучи детьми, а мы видели это уже в зрелом возрасте. Им трудно понять нас, когда мы рассказываем, что мы вместе с армянами жили, учились и работали. Они смотрят на нас с недоумением – как можно жить и работать вместе с врагами? То есть в их сознании твердо укоренилось, что армяне – это враги.

– Как Вы считаете, сегодняшняя молодежь верит в мирное будущее, мирное соседство армянского и азербайджанского народов, могут ли личные общения между представителями молодежи конфликтующих сторон оказать радикальное воздействие на восприятие, формирующееся в результате пропаганды образа врага?

– Основная часть молодежи, по моему мнению, все же не верит в мирное решение этого конфликта. Потому что молодежь всегда бывает более радикальной, чем остальная часть общества. Но, конечно, есть и такие представители молодежи, которые готовы к миротворческой деятельности.

– Насколько стратегически верно прививание у молодого подрастающего поколения стереотипов образа врага, как и с какими проблемами может быть связан процесс преодоления, трансформации этих стереотипов?

– Мне приходилось сталкиваться с этой проблемой, когда я занимался психологической реабилитацией беженцев. Мы работали в основном с детьми, которым сейчас как раз по 18-20 лет. Тогда западные доноры ставили перед нами задачи о снятии с сознания детей образа врага в лице армян. Мы вынуждены были отказаться от этой работы, и многие проекты в этом направлении так и остались незавершенными в силу того, что в стране нет целевой государственной позиции по этому вопросу: «Как мы будем дальше жить с армянами Карабаха»? Соответственно, если армянин – враг, то мы должны вырабатывать у этого поколения образ врага, если он – друг, то мы должны снять это напряжение в обществе. С одной стороны, власти усиливают военную риторику, но, с другой стороны, они взяли обязательство перед международными организациями о решении конфликта мирным путем. То есть, здесь нет конкретной позиции. Поэтому для снятия в обществе этого отношения к армянам нужен госзаказ. Только государство может решить эту проблему. Предположим мы – психологи – сняли образ врага, а вдруг завтра Азербайджан начнет войну, и представляете каково будет настроение наших молодых солдат в этом случае? Или, наоборот, мы усилили образ врага, а Азербайджан подписал мирный договор с Арменией. Как быть в таком случае? Поэтому только государство в состоянии ответить на все эти вопросы.

СЛЕДУЮЩИЕ ПОКОЛЕНИЯ БУДУТ СПОКОЙНЕЕ 

На наши вопросы отвечают студентка Ереванского госуниверситета Эмма Саркисян, филолог Артур Тухикян и инженер Армянской атомной электростанции Арам Арутюнян. 

– Приходилось ли вам общаться с азербайджанцами? Каковы ваши главные источники информации об азербайджанцах? Как вы думаете, как живут в соседней стране ваши сверстники?

Эмма Саркисян – Нет, с азербайджанцами я никогда не встречалась. Информацию о них получаю из местных СМИ и из сайтов информационных агентств. Не могу сказать, что внимательно слежу за тем, что происходит в Азербайджане. Только в тех случаях, когда есть какое-то событие или же какая-то важная встреча по карабахскому конфликту. В целом у нас СМИ рассказывают об Азербайджане довольно сдержанно, злорадства нет.

Артур Тухикян – Да, у меня был опыт общения с азербайджанцами. Также в течение трех лет в интернет-форуме я общался с одним азербайджанцем, который как-то потом приехал в Ереван на конференцию, я решил с ним встретиться «в живую», посидели в кафе, поговорили спокойно. Информацию об Азербайджане получаю из местных и азербайджанских СМИ, но больше – из интернет-форумов, посредством виртуальных общений, предпочитаю этот источник информации, так как отношусь к информациям СМИ с некоторым недоверием. Если все время читать только азербайджанские СМИ, то надо будет тогда, не дождавшись их нападения, самим идти на войну, так как кроме пропаганды идеи уничтожения армян там почти нет ничего. Какую-то объективную информацию о том, что там происходит, что на самом деле думают там люди, найти в СМИ невозможно. Да, на форумах тоже армяне и азербайджанцы ругают друг друга, но я с такими сразу перестаю общаться и «говорю» с теми азербайджанцами, с которыми возможно нормально обсуждать какие-то вопросы и проблемы, и из общения с которыми возможно иметь представление о происходящих событиях. Знакомые мне азербайджанцы говорят о таких проблемах, о каких говорит рядовой ереванец. Конечно, исходя только из их слов, нельзя в целом судить, как живут люди в Азербайджане. То, что у них есть нефть, по их же словам, не оказывает никакого существенного воздействия на повышении уровня социальной жизни населения.

Арам Арутюнян – Только один раз я встречался с азербайджанцем и получил хорошее впечатление. Он был молодой человек высокого уровня, получивший образование за рубежом. У нас была непродолжительная беседа. Я тоже получаю информацию только из СМИ. Но интерес появляется тогда, когда обсуждается какая-то важная проблема. Виртуально с азербайджанцами никогда не общался, думаю, что такие общения не могут быть откровенными, для откровенности нужно хорошо знать друг друга. Четкого представления о том, как живут в Азербайджане люди, у меня нет. Но полагаю, что в целом ситуация такая, как и в Армении – есть и хорошо живущие люди, есть и нищие. Не уверен, что молодежь там получает объективную информацию, мне было бы интересно узнать, к примеру, что рассказывают подрастающему поколению в школах и других учебных заведениях о событиях нашего недавнего прошлого.

– Что ценно для вас лично, для ваших знакомых, друзей – жизнь человека или земля?

Эмма Саркисян – Я много думала над этим вопросом, однозначно могу сказать, что для меня ценна жизнь человека.

Артур Тухикян – Это – сложный вопрос. Конечно, важна жизнь человека, но в глобальном смысле жизнь нации напрямую связана с территориями, с землей. Выбор между одним и другим может быть сделан в конкретных ситуациях.

Арам Арутюнян – Если, не дай Бог, нужно будет выбирать между жизнью близких мне людей и землей, то сделаю все, чтобы спасти своих близких. Но если придется выбирать между своей жизнью и землей предков, то для меня важно второе.

– Могут ли у армян и азербайджанцев быть общие интересы, кроме Карабаха? В 21 веке азербайджанцы и армяне смогут жить в мире, как, например, немцы и французы, которые 130 лет воевали из-за спорных территорий Эльзаса и Лотарингии?

Эмма Саркисян – Общие интересы, кроме Карабаха, могут быть, почему нет? Ведь все мы не каждый день живем одним только Карабахом. Думаю, что и в Азербайджане есть люди, для которых Карабах не является ежеминутной проблемой. Конечно, найдутся люди, которые будут стремиться всячески воспрепятствовать любому сотрудничеству. Мне кажется, что конфликт будет длиться долго. Немцы и французы – европейцы, мы с азербайджанцами – нет. По моим представлениям, европейцы более благовоспитанны, а это значит, что они внутренне более готовы к поиску возможностей для сотрудничества и к решению вопросов.

Артур Тухикян – Общие интересы будут тогда, когда появятся другой враг или проблема, которые будут угрожать и нам, и азербайджанцам. Можно найти общие грани сотрудничества, но все это будет иметь формальный характер. Например, совместная борьба против траффикинга, экологических бедствий и т. д. Пример, который вы приводите, в принципе, возможен для нас тоже, это – вопрос изменения менталитета, взаимопонимания, прощения друг друга, но, судя по сегодняшнему Азербайджану, этот день кажется очень далеким.

Арам Арутюнян – Думаю, что общий интерес для наших государств – это решение конфликта. Я тоже оптимистичен, смена поколений окажет свое воздействие, и следующие поколения более спокойно отнесутся к вопросу, не будут так агрессивны друг против друга. Надеюсь, что время пойдет на пользу нам всем.

– Возможно ли урегулирование карабахского конфликта без вмешательства извне, что для этого должны сделать стороны?

Эмма Саркисян – Я исключаю вариант, чтобы конфликт был решен только руководствами Армении и Азербайджана. Решение точно будет извне. Вообще мы многого не знаем, не представляем, что творится там «наверху», о чем договариваются, что обсуждают. Не удивлюсь, если будет принято решение об уступке территорий.

Артур Тухикян – Я согласен с таким мнением, так как сегодня маленькие страны в одиночку ничего не решают. Если сверхдержавы захотят решить вопрос, то он будет решен, а кто в результате выиграет, кто пострадает, это их не будет интересовать. И что бы мы тогда ни сделали, все равно ничего не изменится. И необязательно, чтобы была война, возможно, будут давления.

Арам Арутюнян – Я тоже думаю, что вопрос решится тогда, когда это будет выгодно сверхдержавам. А до этого они спокойно будут руководить двумя странами по своему усмотрению, как сейчас.

«СВОБОДНЫЕ КОРИДОРЫ» ДЛЯ СОТРУДНИЧЕСТВА 

Интервью с завкафедрой психологии Университета им. Гр. Ачаряна, этнопсихологом Давидом ДЖАМАЛЯНОМ

– Сильно ли отличается нынешнее поколение 20-летних от 20-летних горячей стадии (1988-1994 гг.) карабахского конфликта, от своих сверстников вашего поколения?

– Конечно, между молодежью 1988-1994 гг. и сегодняшними 20-летними есть определенная разница. В годы активной фазы конфликта довольно четко стали выражаться патриотические позиции армянской молодежи. В послевоенный период произошел спад ценностей, что было обусловлено экономическими трудностями. Победа отодвинула в сторону агрессию против азербайджанцев, и общество сконцентрировалось на решении бытовых вопросов. Сегодняшней молодежи более свойственно «повседневное мышление» – она сама, ее окружение, материальные ценности. Разница заключается, пожалуй, в этом. Но я должен отметить одно весьма важное обстоятельство: если возникнет какая-либо острая политическая ситуация, то национальное самосознание молодежи, возможно не с пафосом 1980-1990 годов, но обязательно проявится. Это – здоровая защитная реакция и закономерность. Еще об одном важном факте: сейчас почти все молодые люди служат в армии, и на линии фронта, где иногда происходит перестрелка, укрепляется их патриотическая позиция. Национальное самосознание у сегодняшней молодежи задвинуто на второй план, но оно не исчезло.

– Сегодняшняя молодежь сформировалась в условиях карабахского конфликта, насколько сильно он повлиял на ее мировоззрение?

– Для психолога представляют интерес также и бытовые примеры. Часто во время застолий, на разных встречах молодые люди поднимают тост за погибших и за тех, кто служит в армии. Это – не случайно, нет такой семьи, которую война не затронула. Война оказала ощутимое психологическое воздействие на сегодняшнюю молодежь тоже, она гордится тем, что мы все преодолели комплекс жертвы, смогли защитить сами себя, есть уважение к воевавшему человеку, вообще – к человеку в военной форме. Хотя, как я уже сказал, на первом плане у нынешних 20-летних стоят материальные ценности.

– Насколько силен образ врага – азербайджанца у молодежи, на основании каких знаний, какого опыта формируется этот образ у молодежи?

– Сегодня в Армении нет политической силы или политического деятеля, выступающего за войну, или же пропагандирующего ненависть к азербайджанцам. В представлениях армянской молодежи образ врага азербайджанца формируют сами азербайджанцы. Довольно вспомнить общеизвестные события последних лет.

– Как Вы считаете, сегодняшняя молодежь верит в мирное будущее, мирное соседство армянского и азербайджанского народов, могут ли личные общения между представителями молодежи конфликтующих сторон оказать радикальное воздействие на восприятие, формирующееся в результате пропаганды образа врага?

– Сразу могу сказать, что межличностные общения не могут иметь коренного воздействия на решении конфликта. Личные связи и общения, безусловно, понижают степень вражды, способствуют преодолению стереотипов образа врага. Сегодня организовываются двухсторонние встречи, мероприятия, в ходе которых люди знакомятся друг с другом и общаются. Но трудно не заметить, что нормальные и теплые отношения формируются в тех случаях, когда стороны изначально договариваются не затрагивать вопросов межнациональных противоречий. Практика показывает, что споры возникают тогда, когда предмет дискуссии касается сферы национальных интересов. Значит, если у армянина с азербайджанцем есть необходимость общения и сотрудничества друг с другом, то они заранее договариваются не касаться темы межнациональных отношений и национальных интересов. К примеру, работающие в России армянин и азербайджанец заранее договариваются о том, что это – спор между их правительствами, они сами не имеют отношения к этому спору, и начинают совместно заниматься бизнесом, или же противостоят русскому шовинизму, что является их общей проблемой. Во время этих встреч, этой совместной работы кажется, что все, наступил конец вражде, и люди подружились. Но это – ложное впечатление, так как в иных условиях, при других обстоятельствах, еще вопрос – как проявят себя эти «друзья»? Что касается мирного будущего, то молодежь, как я понимаю, хочет верить в него, но реалии свидетельствуют, что такие перспективы – это чрезмерно оптимистические прогнозы.

– Насколько стратегически верно прививание у молодого подрастающего поколения стереотипов образа врага, как и с какими проблемами может быть связан процесс преодоления, трансформации этих стереотипов?

– Думаю, что не надо специально и целенаправленно формировать у молодежи образ врага в лице азербайджанцев. Неправильно искусственно настраивать молодежь только на нетерпимость, в ее сознании обязательно должны оставаться и свободные коридоры для сотрудничества. Но в то же время не надо забывать, что мы живем по соседству со своими врагами, и бдительность должна быть всегда. Здесь нужно придерживаться средних позиций. Что касается вопроса, с какими проблемами связан процесс преодоления или трансформации этих стереотипов, то, как я уже сказал, межличностные общения всего лишь задвигают на второй план агрессию, возникшую в результате столкновения этнополитических интересов, и эта агрессия может активизироваться снова в любой момент.

Есть страны (например, Греция и Турция, Пакистан и Индия, Япония и Россия), национальные интересы которых не только не совпадают, но и сталкиваются, но тем не менее, у них развиваются экономические отношения. Такой подход, с моей точки зрения, может способствовать преодолению или трансформации стереотипов.

http://www.caucasusjournalists.net

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s