№ 8 / 15 май

День Победы

14 лет  войны нет

«Честно говоря, после Шуши я поняла: конец войны близок. И хотя еще целых два года потом продолжали стрелять, дыхание мира все равно чувствовалось. Я уже ни о чем не думала – мне просто хотелось вернуться из подвала домой, не вздрагивать от каждого резкого звука, не бояться отпускать ребенка в школу», – сказала немолодая женщина, глядя на военный оркестр, который в День освобождения Шуши бравурно маршировал по Степанакерту.

9 мая, ровно 14 лет назад, в Карабахе перестали стрелять. И хотя на границе все еще бывают перестрелки, хотя в Шуши и других городах и селах все еще можно увидеть следы войны, но 14 лет назад люди перестали сверять свои дела с военными часами.

«Наши усилия должны быть направлены на то, чтобы предотвратить возобновление военных действий», – сказал министр иностранных дел Армении Эдуард Налбандян. Об этом говорят многие дипломаты, посредники. Говорят иногда так много, что это превращается в банальность и нивелируется.

Между тем, тех, кто ставит во главу угла невозобновление военных действий, несколько иронично называют пацифистами. И даже обвиняют в недостаточно патриотичной позиции. Как будто на этом свете есть нечто, что стоит жизней тысяч людей…

——————————————————————————————-

Про армян, которых «родили горы»

Наира АЙРУМЯН

Союз ветеранов Великой Отечественной войны Карабаха за последние 10-15 лет часто переезжал с места на место. В советское время ветераны были в чести – у них был большой «офис» в центральном парке Степанакерта. Но после войны 1991-94 гг. начался передел собственности, и карабахские ветераны стали немного бездомными. Только недавно им было предоставлено две комнаты в здании городской администрации. Туда и пошли мы для того, чтобы поговорить с людьми, воевавшими в составе советской армии с мировым фашизмом.

С первых дней Великой Отечественной войны армяне приняли в ней самое активное участие. С 22 июня по май 1945 года в Советскую Армию были призваны более 500 тысяч армян.

Армянская автономная область Карабах, которая с 1923 года находилась в составе советского Азербайджана, приняла в Великой Отечественной войне поистине беспрецедентное участие.

Каждый третий житель Карабаха, а это 45 тысяч человек, приняли участие в войне. Из них вернулось только 22 тысячи.

«Меня призвали в декабре 41-го, в Ереван. В то время по всему Союзу формировали национальные подразделения, и я попал в Армянскую 89-ю дивизию, которую потом уже назвали Таманской», – рассказывает 87-летний Михаил Аванесович Саркисян.

89-я Армянская дивизия была сформирована в декабре 1941 года в Ереване. Дивизия отправилась на фронт в сентябре 1942 года и с предгорий Кавказа с боями дошла до Берлина.

«Сначала нас повезли в Грозный, потом в Моздок. В 43-ем – Польша, а в 44-ом – Керчь. Там и получил контузию и легкое ранение. После лечения в госпитале вернулся снова  в свою дивизию, где был радистом.

Помню, как освобождали полуостров Тамань. По рации мне сообщили, что 390-й полк попал в окружение. Еще немного, и людей перебили бы. Я срочно связался с командиром, Нвером Сафаряном, представил ситуацию, связал его с командиром в окружении, обеспечил такую связь, что нам удалось спасти тысячи людей. Вот это я и вижу каждый раз во сне – радость, что люди остались живы», – рассказал дедушка Миша.

Встретились мы с ним в Совете ветеранов, который стал своеобразным местом «тусовок» для местных дедушек. Играют, как полагается, в шахматы, в нарды, режутся в домино. У каждого на груди – ордена и медали.

«Почти половину 89-й армянской дивизии составляли карабахцы. Вернулись мы в 1946-ом вшестером, дружили  долго, ездили в гости друг к другу. Но ребят уже нет – один я остался из Тамани»,  – говорит Миша Саркисян.

Ордена Отечественной войны всех трех степеней, ордена Красной Звезды, «За отвагу», 22 медали. Но носит на груди орден Таманской дивизии – гордится очень, что воевал в такой знаменитой части.

«В Берлин мы вошли под свет мощных прожекторов. У меня даже фотография есть, где мы все у Рейхстага. Радости было!» – делится дед Миша.

В феврале 1943 года Нвер Сафарян возглавил 89-ю армянскую стрелковую дивизию, одну из шести армянских.

Уже в октябре 1943-го за блестящее выполнение боевых задач дивизии было присвоено почетное наименование “Таманской”. Один из ее полков под руководством подполковника Ерванда Карапетяна (родом из с. Хндзореск) преодолел оборонительную линию врага на Таманском полуострове, прорвал оборону на горе Долгая.

С декабря таманцы вели ожесточенные боевые действия по освобождению Керченского полуострова. В апреле 1944-го был освобожден город Керчь. Дивизия получила за участие в этой операции орден Красной Звезды. Севастопольская кампания в мае того же года принесла таманцам орден Красного Знамени, еще пятеро удостоились звания Героя, а два полка стали называться “Севастопольскими”.

89-я Армянская Таманская трижды орденоносная стрелковая дивизия – единственная из всех национальных формирований приняла участие в штурме Берлина и разгромила сильный гарнизон, укрепившийся в центре столицы, в Хумбольдт-Хайне. За эту операцию дивизия была награждена орденом Кутузова II степени.

Всего в ходе войны дивизия прошла путь в 7250 км, из них 3640 – с боями. Освободила более 900 населенных пунктов. Более 12 тысяч воинов были награждены орденами и медалями, 9 из них стали Героями Советского Союза.

После войны в 47-ом отправили Мишу Саркисяна в Баку, где он выучился делу механизатора молочного производства. 9 лет проработал на Степанакертской молочной фабрике, а потом его направили в райцентр Мартуни – поднимать производство там. «Там и женился – на настоящей Розе. Умерла жена моя, 9 лет назад умерла, Царство ей Небесное. Четверо детей у меня, все они сейчас не в Карабахе живут. А я привел в дом новую жену, и сейчас живем мы с ней одни. Только вот сюда часто прихожу – пообщаться, новостями поделиться», – рассказывает Миша Саркисян.

В живых из 22 тысяч вернувшихся в Карабах ветеранов осталось только 1050. 307 человек живут в Степанакерте. «Нас часто приглашают в школы, в университеты. Мы проводим уроки нравственно-патриотического воспитания», – выдает заученные шаблоны бессменный председатель карабахского Совета ветеранов ВОВ Арам Мартиросян.  Потом вдруг улыбается и рассказывает, как его призвали в армию и сразу повезли в Тбилиси, где он впервые увидел тбилисского кинто (городской парнишка). И написал песенку, как тбилисский кинто влюбляется в «белую русскую барышню».

– Кстати, дед Миш, ты столько лет воевал в России, неужто не встретил «русскую барышню»?

– Да какой там, думаешь, там было время на шуры-муры? А вообще, тогда больше славились немки. Думал, вот возьмем Берлин, и я настоящую немку увижу. Так и не увидел. Когда мы входили в Берлин, немцы-то всех эвакуировали», – с сожалением говорит дед Миша. Кстати, ни для кого не секрет, что вот Арам Мартиросян немку привез – и долго жили они одной семьей.

Сыну дяди Миши Гранту тоже пришлось повоевать. Во время карабахской войны  1991-94 гг. он был тяжело ранен.

Сейчас все четверо детей Миши Саркисяна – двое сыновей и дочерей – живут в России. Уехал и Грант, который не смог найти в послевоенном Карабахе приличную работу.

– Честно скажи, дед Миш, какая война была страшнее  – та, ваша, или последняя, карабахская?

– Ну что ты, милочка, та война была поспокойнее, а эта – и сверху огонь льется, и снизу. Не-е-е-т, эта война была ужасной.

Во время карабахской войны погибло 3200 карабхцев…

– Хочешь, я тебе спою? Песню про Сюникские горы,  –  спросил Арам Мартиросян и, не дожидаясь ответа, начал петь. Про армян, которых «родили горы».

——————————————————————————————-

Безопасность

В рамках работы Степанакертского ресурсного центра при поддержке организации “International Alert” в Карабахе реализуется несколько проектов по темам, касающимся евроинтеграции, демократии, цене конфликта и безопасности.

Сфера безопасности – та область, которая чрезвычайно волнует карабахцев. Ведь вообще все Карабахское Движение в далеком 1988 году начиналось на волне ощущения опасности – сначала потери своей идентичности, потом уже – за жизнь, за близких, за свои дома, за Родину и т. д.

Что же является основным в вопросе безопасности карабахцев? Почему мы сегодня говорим о возврате беженцев, о сдаче территорий, о статусе и гарантиях – именно в контексте безопасности? Мы надеемся получить на этот вопрос экспертную оценку политологов, журналистов и политиков, с которой вы можете ознакомиться в ближайших номерах “Демо”.

—————————————————————————————–

ПУТЬ – ПРЯМОЙ ДИАЛОГ

Сергей ГАЛУСТЯН
майор АО НКР

Безопасность для каждого человека – это, прежде всего, его собственная безопасность и безопасность самых близких ему людей. Для государства в целом главной задачей является обеспечение безопасности всех его граждан – с учетом национальных интересов. Например, для Карабаха безопасность граждан – приоритетная составляющая, и именно она всегда будет обсуждаться на всех переговорах, конференциях и т. д., посвященных урегулированию.

Но, исходя из реалий, мы видим, что  эта задача осуществляется  в основном силами дипломатических корпусов Армении и Азербайджана –  без прямого вовлечения основной стороны конфликта – НКР. И видим также, что каких-либо существенных результатов это не дало и вряд ли даст в ближайшее время. Но, как говорится, у военных никто не спрашивает – им только приказывают… Хотя в некоторых вопросах именно точка зрения военных обоих государств может и должна играть существенную роль. При этом нужно сказать, что наиболее приемлемый на сегодняшний день контакт между военнослужащими армии обороны НКР и Азербайджана может и должен осуществляться в рамках международных организаций, проводящих семинары и различные тренинги – включая программы «Партнерство во имя мира» в рамках НАТО. Когда встречаются непосредственные участники конфликта, то, поверьте, атмосфера этих встреч намного отличается от протокольных дипломатических, где все расписано по секундам… Военнослужащие двух противоборствующих государств, находясь в неформальной обстановке на территории третьих стран, общаются с особой заинтересованностью, так как находятся в почти равных условиях – особенно это касается офицеров из действующих частей, а не из управлений и т. д. Хотя в связи с этим стоит вспомнить и случай в Будапеште, где не был учтен личностный фактор и со стороны Азербайджана на учебу в Европу был направлен выпускник спецшколы им. Джамшида Нахичеванского, известной своей особой подготовкой в Баку, что привело к убийству спящего офицера родом из Еревана и актуализации темы безопасности армян даже на территории третьих стран.

При этом отсутствие прямого диалога между противоборствующими сторонами отдаляет на неопределенное время жизненно важный  вопрос решения затянувшегося конфликта для обеих сторон, а завеса секретности переговорного процесса  заводит в тупик народы – и армян, и азербайджанцев, которых до сих пор держат в неведении. Последствия такого запутанного клубка мы недавно увидели – когда оппозиция РА стала спекулировать когда-то обсуждавшимся “Планом Гобла” и т. п.

Прямой диалог между военными обоих государств должен проводиться не только между министрами и высокопоставленными военными чиновниками, но и в обязательном порядке в этом процессе должны принимать участие  офицеры среднего звена, на которых держится костяк армии. А им, поверьте, есть о чем поговорить – это и повседневные заботы армии, уровень жизни военнослужащих обеих сторон, уровень подготовки и военного образования, общность интересов, их сугубо личное видение путей разрешения нашего конфликта.  Но надо и подчеркнуть, что какими бы ни были контакты между военными, все равно – они являются друг для друга противниками, и в случае возобновления боевых действий будут выполнять свою прямую обязанность: защищать  интересы своих народов.

Продолжающиеся официальные диалоги между конфликтующими сторонами особых успехов, как мы видим, не приносят. Результаты подобных диалогов в рамках действующих международных институтов и организаций в регионе Южного Кавказа зачастую оказываются безрезультатными и не всегда способствуют преодолению существующих проблем в сфере безопасности – в особенности, разрешению существующих конфликтов. Порой деятельность НПО более плодотворна и имеет соответствующий резонанс в обществе, поэтому положительный опыт этих организаций может быть применен – с обязательным участием представителей армий конфликтующих государств.

По моему личному мнению, в нашем случае будет более целесообразным использование термина «национальная безопасность». Как известно, это определение заимствовано из американской терминологии, где оно впервые было употреблено в 1904 году в послании президента США Теодора Рузвельта Конгрессу. Тогда захват зоны Панамского канала президент США обосновал защитой интересов национальной безопасности своей страны. В то время содержание данного термина включало только военную и внешнеполитическую безопасность. Впоследствии в него вошли безопасность личности, общества и государства. Сегодня мы обязательно должны объяснить представителям Азербайджана, что создание буферной зоны вокруг нас исходило только лишь из интересов безопасности нашего населения и спасения населения от регулярных артобстрелов, а не ради создания великого государства, в чем они нас постоянно упрекают. И убедить их в этом…

Впрочем, о степени готовности обеих сторон к диалогу с участием военных пока еще рано говорить – ведь слишком много обид и боли причинила война противоборствующим сторонам. Многие потеряли доверие – и в главной степени, к обещаниям и заверениям Азербайджана о, возможно, самом беспрецедентном в мировой истории статусе автономии для Карабаха. Видимо, в Баку не учитывают, что для коренного армянского населения это – вопрос самого существования, а не вопрос восстановления территориальной целостности недавно образованной страны, коим примером служит наш сосед. А регулярные воинственные заявления и обещания увеличить военный бюджет чуть ли не до двух миллиардов долларов и постоянные ежегодные провокации на линии соприкосновения еще больше отталкивают все  прилагаемые усилия найти с ними общий язык. Мы прекрасно понимаем, что вопрос безопасности нашего населения – первичен, а пути диалога бывают разными – как и сама политика. Роль же международных институтов по предотвращению конфликтов невелика, и стоит  особо отметить, что ни международные организации, ни тем более какая-то страна или группа стран не должны навязывать государствам нашего региона выходы из путей кризиса, не учитывая мнение большинства населения. Это может привести, как показывает мировой опыт,  лишь к обратным результатам – что, кстати, произошло с косовским случаем, когда сербы стали громить посольство США.

На нынешнем этапе Азербайджан рвется в НАТО,  и это неудивительно – ведь НАТО на сегодня самая авторитетная  военная организация в мире, которая, к тому же, смогла вынудить мировое сообщество признать независимость Косово. Став полноправным членом этой организации, Азербайджан тем самым попытается обезопасить себя в будущем от повторения этого сценария применительно к его территории.

Карабахская сторона не раз заявляла, что имеет в виду под статусом международную правосубъектность Нагорного Карабаха – со своими границами и территорией, а также гарантиями, что Азербайджан никогда не нарушит эти границы. Нашим соседям необходимо понять карабахскую сторону, так как территория исторического Карабаха была больше нынешней, и в последующем оставшаяся на сегодня территория не должна быть изменена силой, на чем настаивает наш сосед.

Надо отметить, что проблемы связаны не только с безопасностью населения Нагорного Карабаха, но и того государственного образования, которое включает в себя это население, сохранившееся здесь ценой своей жизни, ценой своей крови. И ни о каких уступках в обмен на безопасность речь не должна идти! Народ Карабаха отстоял свое право на жизнь на своей территории и вправе иметь свое государство со всеми его атрибутами. И в ходе любых возможных диалогов нам следует говорить о гарантиях безопасности НКР как государства, которое не будет подвергнуто угрозе; государства, которое сформировалось не во время вооруженного противостояния, а имело свои исторические корни.

Проблемы безопасности не могут быть так просто решены, потому что все опять же упирается в статус. В частности, встает вопрос о том, кто будет представлять Нагорный Карабах на международной арене: Азербайджан или же все-таки сам Нагорный Карабах?

На сегодняшний день эту роль взяла на себя Армения, которая, прежде всего, исходит в своих действиях из интересов всего армянства. При этом все стороны конфликта понимают, что переговорный процесс зашел в тупик – особенно в последний период, когда Азербайджану удалось добиться весомых перевесов в рамках ООН.

Изучая мировой опыт в разрешении аналогичных конфликтов, понимаешь, что его трудно проецировать на Нагорный Карабах. Сейчас речь идет о новых подходах – в новом миропорядке все народы равны. Но… есть народы более равные чем другие. И, хотелось бы, чтоб и права у всех были равные – то есть необходимо обеспечить равность прав и для НКР, и для Азербайджана.

Безопасность – это не только мощная армия, но и территории, являющиеся необходимым и уже исторически сформировавшимся жизненным пространством для нашего народа. О каком возвращении азербайджанских беженцев может идти речь, когда основная масса их разъехалась и уже обустроилась на новых местах жительства.  Уже выросло новое поколение людей, которых никакими пряниками не заманишь на опустошенные и демонтированные территории. Вообще, это стоит спросить у самих беженцев – кто согласится вернуться в прошлое с неопределенным будущим?..

На сегодняшний день карабахская сторона не допустит, чтоб у нее в тылу, как это было раньше, находились азербайджанцы – иначе придется увеличивать численность армии. Это станет превентивной мерой от  эксцессов в будущем. Единственный путь для уступок возможен только при обмене и возврате армянских территорий – на примере Шаумяна, а не анклавное заселение ныне пустующих территорий – что армянами, что азербайджанцами. Этим самым мы законсервируем конфликт для будущих поколений и обе стороны должны это принять во внимание, прежде чем говорить о так называемом “возвращении беженцев” в места их бывшего проживания. Когда говорят о неизбежности взаимных уступок, то хочется сказать следующее: ныне протяженность общей границы с Азербайджаном составляет 350 км. В случае подписания мирного соглашения она увеличится на 400 с лишним километров, а в случае сдачи, например, Кельбаджара, она составит примерно 700 километров и т. п. При этом особых математических талантов не требуется, чтобы понять: 150-200 тысячное население Карабаха не сможет содержать армию, способную охранять границу такой протяженности. Нам не нужен мир, при котором мы бы работали только для охраны границ!  Чтобы народ чувствовал себя в безопасности, имея такого соседа – с огромным военным бюджетом и агрессивными намерениями – тыл его должен быть обеспечен прямой связью с Арменией, единственным союзником НКР в регионе. Потому что именно Армения является гарантом безопасности народа Карабаха, и никаких других вариантов народ не приемлет…

И как бы мировое сообщество нам не пыталось навязать миротворческие силы для нашего региона, оно глубоко ошибается –  никакая третья сила не сможет обеспечить здесь мир и стабильность. Наш регион имеет свою специфику и в посторонних вооруженных подразделениях не нуждается. Наличие в регионе чуждого менталитету наших народов контингента войск приведет к дополнительным проблемам для самого мирового сообщества, что нам в наших условиях совершенно не нужно. Даже советская армия в свое время оказалась здесь бессильной. А у нас проблем с самозащитой нет – мы сумели доказать, что наших сил достаточно, чтобы защищаться или же – в случае необходимости – нанести упреждающий удар. Но в то же время мы не раз заявляли, что готовы пойти на  компромиссы, но в разумных пределах. За всю историю Нагорный Карабах трижды передавался из рук в руки – то Персии, то России, то Азербайджану. На этот раз Карабах обрел свою свободу – ценой жизни своих лучших сыновей, и предметом торга больше не собирается быть. Какие бы переговоры и дискуссии ни велись, в результате мы придем к тому, что будем жить с Азербайджаном в общем пространстве, имея при этом свою независимость…

Все посредники, обещающие нам безопасность, должны понять, что без нашего участия никто не сможет ничего изменить в регионе. Без прямых переговоров карабахской стороны с Азербайджаном все их усилия обречены на провал – они лишь могут продлить существование так называемых “групп” – Минских или других… Простому жителю непонятно, почему чуть ли не каждый день приезжают спец. посланники каких-то рангов и различные представители различных организаций,  а воз и ныне там.

Почему? Один факт. В перехвате радиопереговоров фронтовых командиров с военным руководством Азербайджана во время активной фазы войны можно было обратить внимание на один немаловажный для карабахцев аспект: все азербайджанские фронтовые командиры  утверждали, что в оборонительных и наступательных операциях карабахских частей принимало участие поголовно все мужское население. Это достаточно примечательный факт – такого даже в Чечне не было! Отсюда вывод – завоеванное такой ценой и такой кровью на поле боя ни за каким – даже хорошо накрытым и дорогим столом переговоров – не отдается…

Государство, способное поддерживать стабильность в обществе; сильная власть, заботящаяся о своих гражданах и не жалеющая сил и средств для скорейшего полного восстановления всего потерянного и разрушенного во время войны; способность заинтересовать и обеспечить возвращение покинувших свою родину граждан, которые  хотят вернуться в свободное демократическое общество и жить полноценной жизнью с гордостью за свою маленькую страну с таким богатым историческим прошлым с высоко поднятой головой – когда мы все вместе достигнем этого, то никакие угрозы нам не страшны. Ведь мы пережили войну в конце 20 века – войну, которая была нам настоящим испытанием  и которая объединила вокруг маленькой страны всю нацию. Нам остается только надеяться на собственные силы, на свою армию. И пора уже давно понять, что мы сами являемся гарантом своей же безопасности – это мы с успехом смогли доказать всему мировому сообществу, которое, вероятно, забыло, что в случае угрозы национального масштаба наш народ имеет привычку объединяться во имя защиты своих детей, домов, ценностей…

—————————————————————————————-

Ретроспектива

Только разобравшись с прошлым, можно строить будущее

Валерий ГАЗАРЯН

Под занавес почти пятнадцатилетнего правления Б. Кеворкова начался современный этап национально-освободительной борьбы армянства Арцаха. Сложной личности, неоднозначной деятельности этого человека были посвящены целые публикации. Однако, как представляется, кеворковский период невозможно ни понять, ни объективно  оценить без нашумевшего мартовского пленума обкома партии 1975 года. Восполняя этот пробел, посвящаю эту статью памяти всех борцов за свободу Карабаха, начиная с 1918 года.

 Шел 1975 год… Прошло несколько лет со времени репрессий конца 1960-х  против активистов движения за воссоединение Карабаха с Арменией (бюро обкома партии по делу Б. Улубабяна и др. состоялось в декабре 1967 г.), но наказания и расправы, в том числе административные и уголовные, вынужденный переезд из Карабаха в Армению организаторов и активистов движения – видных руководителей и деятелей армянской интеллигенции, продолжающиеся преследования неугодных лиц и предпринимаемые руководством меры не приносили ощутимых результатов: карабахские армяне с присущим себе упрямством продолжали называть азербайджанцев “турками” – и это тогда, когда советские власти гордились созданием новой искусственной социалистической нации – азербайджанской, а руководство областного КГБ систематически докладывало Кеворкову и в Баку о том, что  в народе тайно читают стихотворения О. Шираза “националистического” содержания, восхваляют С. Тейлеряна, поют песни про Андраника… Армяне области не стали покорными, не удалось привнести в умы и настроения людей перемены, принятыми мерами не смогли подавить волю и дух народа, время от времени срабатывали инстинкты армянского самосохранения – и это бесило и выводило из себя первого секретаря ЦК компартии Азербайджана Г. Алиева и его верноподданного ставленника и волеисполнителя – первого секретаря обкома партии НКАО Б. Кеворкова. С другой стороны, настало благоприятное время для окончательного подавления национального движения армян – Г. Алиев сблизился с Генсеком КПСС Л. Брежневым, был в дружеских отношениях с первым заместителем председателя  КГБ СССР С. Цвигуном и пользовался его покровительством – по итогам 1974 г. Азербайджан стал победителем во всесоюзном соревновании среди союзных республик, а НКАО в торжественной обстановке вручили Красное Знамя – за победу в том же нескончаемом соревновании среди краев, автономных республик и областей.

До приезда в Карабах продвинувшийся по партийной карьере не без помощи своего тестя – старого чекиста Б. Рзаева – Кеворков несколько лет проработал 1-ым секретарем Кировского райкома партии г. Баку и был вышколен в традициях  азербайджанской компартии. Заняв в 1973 г. пост  1-го секретаря обкома партии НКАО, Б. Кеворков посредством кадровых решений обновил практически все руководство области, и, используя потенциал репрессивных структур – прокуратуры, управления внутренних дел и КГБ, в известной мере смог укрепить свою власть, создать своего рода диктатуру, не терпящую вольнодумства и инакомыслия. Трудно сказать, какие инструкции Б. Кеворков получил от Г. Алиева и бакинских “стратегов” перед назначением на должность партлидера Карабаха, однако ясно, что в Степанакерт приехал амбициозный, преисполненный решимости покончить с “армянским национализмом” деятель, готовый на самые жесткие шаги.

Наспех ознакомив членов бюро с докладом “О задачах Нагорно-Карабахской областной партийной организации по дальнейшему улучшению интернационального воспитания трудящихся”, Б. Кеворков, несмотря на некоторое отрицательное отношение ряда членов бюро обкома партии (об этом свидетельствовал бывший секретарь М. А. Гаспарян в письме Генсеку ЦК КПСС М. Горбачеву), созвал злополучный пленум 21 марта 1975 года.   Затронув в начале доклада обычные  и трафаретные для таких партфорумов вопросы, Б. Кеворков перешел к основной теме – борьбе “рабочего класса с буржуазным национализмом и мелкобуржуазными настроениями национального эгоизма, чванства, исключительности, замкнутости” (здесь и далее цитируется по тексту доклада – В. Г.). В резкой и некорректной форме осудив попытку “авантюриста и морального урода Эдика Багдасаряна склонить некоторых молодых к совершению действий, наносящих ущерб дружбе советских народов” и установив, что “направленность действий Багдасаряна перекликается с идейно-политическими установками дашнакских зарубежных центров, с целями идеологических служб империализма”, оратор призвал коммунистов “давать принципиальный отпор любым, даже малейшим проявлениям националистических пережитков” и создать обстановку “нетерпимости к проявлениям национальной ограниченности, чуждых нравов национальной исключительности, кичливости”. Следует сказать несколько слов об Э. Багдасаряне. Этот уроженец Кафана, как говорят люди старшего поколения, не был связан с армянским движением, тем более с каким-то мифическим дашнакским центром, был “Остапом Бендером” своего времени, входил в доверие и заводил знакомства, может быть, с целью личной выгоды… Далее, осуждая националистические предрассудки, Кеворков расценил как политически вредные “попытки Баграта Улубабяна (писатель и историк, председатель союза писателей НКАО -В. Г.) и некоторых солидаризировавшихся с ним отсталых, идейно незрелых одиночек интерпретировать с порочных позиций национального эгоизма и национальной ограниченности вопрос о Нагорном Карабахе”, а всенародное движение за воссоединение Карабаха с Арменией 1965-1967 годов представил как “попытки  отдельных идейно незрелых лиц поднять вопрос о том, где должно быть место Нагорного Карабаха” и приступил к извращенной и фальсифицированной  трактовке исторических событий и фактов, форменной манипуляции и политической демагогии. Так, говоря о событиях 1918-1920-ых гг., Б. Кеворков ни слова не сказал о турецко-азербайджанской агрессии против Карабаха, о  резне 30 тысяч армян Шуши, а перенес вектор на то, что якобы “дашнаки усиленно добивались присоединения Нагорного Карабаха к дашнакской Армении, развили бурную деятельность в этом направлении…” и привел в качестве “убедительного” свидетельства выдержку из доклада А. И. Микояна  от 22 мая 1919 г.: “Дашнаки – агенты армянского правительства  – добиваются присоединения Карабаха к Армении, но это для населения Карабаха означало бы лишиться источника своей жизни и связаться с Эриванью, с которой никогда не были связаны. Армянское крестьянство решило признать и примкнуть к Советскому Азербайджану”. Отмечу, что выше Б. Кеворков привел умышленно отредактированную азербайджанскими дельцами от истории и “карабахологами” цитату из этого доклада. В  подлиннике текста А. Микоян написал перед противопоставлением Баку и Еревана: Карабах и Зангезур (территория более чем трех провинций), опираясь на армянское вооруженное крестьянство, не признают Азербайджанское правительство”. Это предложение радикально меняет смысл доклада. Во-первых, Микоян четко говорит о непризнании  армянством  Карабаха Азербайджана. Во-вторых, Микоян сказал только об экономической связи с Азербайджаном и не намекнул даже на то, что Карабах – часть Азербайджана, а экономически – от бакинской нефти, а не от Азербайджана  – зависели тогда Грузия, Россия и другие страны. В третьих, большевистский лозунг “За советский Азербайджан” был выдвинут в начале мая 1919 г. и, естественно, как большевик, Микоян был заинтересован в “советизации” новых территорий. И, наконец, нужно принять во внимание то, что доклад был адресован Ленину, который при всевозможном к нему отношении был блестяще образован, имел глубокие знания  в географии, и еще в  1908 году четко определил: “Адербейджан или Азербайджан есть северная провинция Персии; главный город этой провинции – Тавриз.” (В. Ленин, ПСС, т.15, с.204). Отмечу и то, что, находясь под турко-азерским и британским прессингом, армянство Карабаха связывало некоторые надежды с наступающей из России советизацией. Все же Микоян был великим политиком, дважды предотвратившим мировую войну и поэтому после его смерти работники КГБ вывeзли его архивы на нескольких  грузовиках. По приведенным выше причинам абсолютно несостоятельна и ссылка Кеворкова на мнение одного из партруководителей Карабаха А. Каракозова, озвученном в докладе на бюро компартии Азербайджана 10 июля 1920 г., т. е  – спустя более двух месяцев после установления советской власти в Азербайджане.

Отстаивающий идею “нераздельности, единства Нагорного Карабаха с Азербайджаном” докладчик заявил участникам пленума: “Образованием Нагорно-Карабахской Автономной области в составе Азербайджанской ССР раз и навсегда был решен пресловутый “Карабахский вопрос”, не раз использовавшийся империалистами и их дашнакскими и мусаватистскими агентами в антинародных целях”, и, в стремлении обосновать свою правоту, привел   два “аргумента”, которые, как представляется, заслуживают детального и беспристрастного анализа. Для ясности приведу цитату из доклада: “Прежде всего, хотел бы обратиться к свидетельству известного вам всем уроженца Нагорного Карабаха, одного из видных руководящих работников Азербайджанской партийной организации Л. И. Мирзояна, который на чрезвычайном съезде второго Шушинского района 1 августа 1921 года, т. е. за два года до провозглашения НКАО отмечал, что с экономической, духовной, политической и национальной точек зрения Карабах тесно связан с центром Азербайджана”. “Эти факторы, – подчеркивал Мирзоян, – уже предрешают вопрос: к какому политическому образованию мы должны отнести Карабах”. (!?- В.Г.)

Оставляя абсурдные доводы Мирзояна без комментариев, отмечу, что он, будучи партийным функционером Азербайджана, оправдывал решение Кавбюро от 5 июля 1921 г., агитировал и помогал Баку претворить его в жизнь, а сказал он это “1 августа 1921 г.” – то есть после решения Кавбюро от 5 июля 1921 г., а не за два года до образования НКАО (июль 1923 г.), как пытался представить и манипулировать датами Кеворков. “Второй факт, – продолжил Кеворков, – представляет собой постановление пленума Кавбюро ЦК РКП(б) от 5 июня 1921 года, принятое с участием члена Политбюро ЦК РКП(б) И. В. Сталина – по предложению Г. К. Орджоникидзе и А. М. Назаретяна: “Исходя из национального мира…” – пресловутое решение Кавбюро, к тому же отредактированное. Возник вопрос – почему Кеворков привел дату 5 июня 1921 г.? Сочтя дату в армянском издании газеты редакционной ошибкой, я нашел текст доклада на русском в архиве, оказалось – нет ошибки, там приведена та же дата, то есть 5 июня. Случайна ли эта “ошибка” или здесь есть умысел? Нет никаких сомнений для меня в том, что такое исключение целого месяца из нашей памяти, ужасающее извращение истории было призвано скрыть то обстоятельство, что 3 июня 1921 г. пленум Кавбюро РКП(б) в присутствии Орджоникидзе, Нариманова, Мясникяна и других поручил правительству ССР Армении указать в декларации на принадлежность Нагорного Карабаха Армении (ЦПД ИМЛ, ф. 64, оп. 2, д. 1, л. 77).

На основании этого постановления Совнарком Армении  принял декрет (17 июня 1921 г.), текст которого был опубликован в газетах “Хорурдаин Айастан” от 19 июня 1921 г., “Бакинский рабочий” от 22 июня 1921 г. и гласил: “На основе декларации Ревкома Социалистического Азербайджана и договоренности между социалистическими республиками Армении и Азербайджана провозглашается, что отныне Нагорный Карабах является неотъемлемой частью Социалистической Советской Республики Армении”. Далее, А. Мравян был назначен руководителем Карабаха и выехал из Тифлиса 25 июня 1921 г. вместе с наркомвоенмором Азербайджана Караевым… По пути в Карабах, в Евлахе, Караев сообщил, что вечером 24 июня говорил с Наримановым, и для выяснения вопроса о Нагорном Карабахе следует поехать в Баку. А. Мравян отказался ехать и в тот же день отправил с нарочным записку Орджоникидзе… Соврал и насчет Сталина – тогда в Тифлисе не было его. Манипулируя датами, Кеворков надеялся вытравить из памяти и решение Кавбюро 4 июля 1921 г., и целевой приезд Сталина в Тифлис, и ультиматум Нариманова… Истина же была в том, что Карабах оказался в составе Азербайджана в результате классической военной оккупации 11-ой Красной Армией большевистской России, армией третьего государства, к тому же тесно сотрудничавшей с турецкими пашами – Нури, Энвером и Халилом!

В выступлении Б. Кеворкова – сплошная критика в адрес исключительно представителей армянской интеллигенции и руководителей – поэта Богдана  Джаняна, начальника управления культуры Жана Андряна, директора музея Ш. Мкртчяна, начальника статуправления Захаряна, редактора областной газеты А. Аванесяна и других, также приводятся примеры снятия с работы, исключения из партии и т. д. Особо он возмутился  чтением студентами медучилища стихотворения “Плач Карабаха” и осудил распространение среди молодежи материалов суда над Согомоном Тейлеряном, отличившимся тем, что  “будучи дашнакским террористом, застрелил в Берлине одного из главарей движения младотурок Талят-пашу, известного своими кровавыми репрессиями против армянского населения Турции…” Чушь, ибо Тейлерян не был дашнаком…

В  заслугу себе и окружению Б. Кеворков  привел то, что “бюро обкома партии решительно пресекло попытки широко популяризировать как своеобразную эмблему Нагорного Карабаха архаическую скульптуру, воздвигнутую у въезда в г. Степанакерт и изображающую старика со старухой в национальных одеждах времен феодализма, которой кое-кто даже пытался дать претенциозное и совершенно не подобающее нашей великой эпохе название – “Мы и наши горы”. Не  умолчал он и о некритичном отношении к религиозным памятникам.

Разумеется, в докладе Б. Кеворков не осудил националистическую политику Баку  за все время пребывания НКАО в составе Аз. ССР, не позволил себе критики в адрес извратившего историю Шуши Ф. Шушинского (это сделали двое азербайджанских историков в газете “Бакинский рабочий”), азербайджанских фальсификаторов истории и “албаноманов”. Проштудировавший классиков Б. Кеворков, думаю, знал и о гениальном выводе К. Маркса – “прирожденная ненависть турок к “гяурам” несокрушима”, знал и о резне тысяч русских солдат, возвращавшихся с фронта, у станции Даляр (недалеко от Шамхора) турко-азерскими бандами (об этом говорил Сталин), знал и о том, что Сталин на 12 съезде партии, говоря о Нахичевани, указал, что там татары “вырезали всех армян” (И. В. Сталин, ПСС, т.5, с.с. 250, 280), знал и о том, что в 1969 г. одним из первых шагов Г. Алиева на посту 1-го секретаря ЦК КП  Азербайджана  было решение о строительстве здания Шушинского райкома партии на месте русского кладбища – “триумфе пантюркизма на останках русских”. Обо всем этом, впрочем, речи не было. Осудив армян за расправу над бандой Аршада Мамедова в июле 1967 г., докладчик не заикнулся о зверских убийствах, совершенных этой бандой (в том числе убийство и глумление над трупом 10-летнего сына Б. Мовсисяна из села Каракенд Мартунинского района), припомнил и взрыв гранаты  в 1971 г.  у Степанакертской гостиницы “Карабах”… Б. Кеворков не удосужился осудить вызвавший в Карабахе гнев факт упражнений в стрельбе по орнаментам Гандзасара пьяными 2-ым секретарем обкома партии Володиным и начальником областного КГБ Быстровым… Как видно, память Кеворкова срабатывала исключительно избирательно.

В лучших советских традициях ответственность за все докладчик возложил на “бывших” – 1-го секретаря Г. Мелкумяна и секретаря обкома партии Н. Арутюняна, ответственного за пропаганду и агитацию.

Говорят, неважно какая власть, а слуги у нее найдутся. И друг за другом выступили слуги, называя инстинкт самосохранения народа национализмом, клеймя “дашнакские проявления, мелкобуржуазные настроения национального эгоизма и ограниченности”. Не раз уговаривавший командира расквартированного в Степанакерте 366 полка под видом учений выводить армейский транспорт для перевозки весьма ограниченных  в НКАО стройматериалов в целях строительства собственной дачи в селе Ивановка Исмаилинского района Азербайджана, по призванию расхититель социалистической собственности (термин из уголовного кодекса СССР), начальник областного КГБ Дубровин “разъяснил”: “Для проведения идеологических диверсий на территории СССР наш противник, в том числе и их холуи, главари партии “Дашнакцутюн”, используют самые разнообразные каналы: туризм, культурный и научно-технический обмен, знакомства бывших членов дашнакской партии…” Не имея никаких доказательств и фактов действий армянских националистов, сей “пламенный интернационалист” удивлялся тому, что в “песне в одно общее целое смешались Андраник, Серо-паша и герой гражданской войны Гайк Бжишкян” и рапортовал о выявлении доблестными подчиненными “двух свежих фактов”: “Весь октябрь месяц вечерами в ресторане “Карабах” исполнялась магнитофонная запись песни “Карс”. Эту же песню за денежное вознаграждение исполняли на свадьбе дочери Восканяна Вагана… и никто из присутствующих, хотя и было там более 250 человек, не пресекал подобное”. Конечно, “душеспасительные” беседы проводились и с музыкантами, и с молодоженами, и с участниками свадеб… Можно с уверенностью сказать, что в подобной обстановке исполнение песни на английском могло бы навлечь на человека, как минимум, обвинение в пособничестве английским спецслужбам… Разумеется, о том, что сам Дубровин курировал группировку националистов-азербайджанцев в Карабахе, тогда мало кто знал.

От Дубровина не отстали выступившие армяне… Так, председатель одного из колхозов, сводя давние счеты, обрушился с критикой на бывшего секретаря обкома Н. Арутюняна, который в бытность прокурором вел уголовное дело о хищении в особо крупных размерах… Другие ораторы выступили не лучше, и никто, к сожалению, – ни тогда, ни до сих пор – не отнесся критически к кеворковскому надругательству над нашей историей.

Гитлер учил: “Путь уничтожения народов лежит через лишение их прошлого и будущего”. В стране, в которой еще говорили, хотя и декоративно, “никто не забыт, ничто не забыто”, в отдельно взятом Карабахе пытались претворить лозунг “все забыто и все забыты” и  довести нас всех до всеобщей амнезии. Слава Богу, амнезии армянам  удалось избежать. Амнезия наступит у тех, кто не предполагал, что впереди – “Сумгаит”и “Баку”, “Гянджа” и “Марага”…

День 21 марта 1975 г. должен войти в историю Арцаха как алиевско-кеворковский шабаш надругательства над нашей памятью и историей, призванный идеологически и политически покончить с Карабахским вопросом. Излишне, думаю, говорить и о продолжении антиармянского заговора в целом, и антикарабахского, в частности, и подчеркнуть участие в этом заговоре армянина по рождению Б. Кеворкова.

На этом закончим – великое государство дегенерировало в брежневщине, Азербайджан пребывал в алиевщине, Карабах вступил в кеворковщину…

——————————————————————————————

Война и мир

Остановить войну – превыше любых формальностей


Владимир КАЗИМИРОВ
посол, в 1992-96 гг. – глава посреднической миссии России, представитель президента РФ по Нагорному Карабаху, участник и сопредседатель Минской группы ОБСЕ, зам. председателя Ассоциации российских дипломатов

В отличие от других конфликтов на постсоветском пространстве, по Нагорному Карабаху сейчас возобновлены контакты между двумя сторонами. Это происходит после февральских президентских выборов и смены администрации в Армении, что сопровождалось волнениями, и накануне намеченных на октябрь президентских выборов в Азербайджане.

6 мая в Страсбурге сопредседатели Минской группы Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (Россия, США и Франция) организовали встречу министров иностранных дел Армении и Азербайджана – Эдварда Налбандяна и Эльмара Мамедъярова. Их первое общение неизбежно было ознакомительным, но с прицелом на подготовку встречи двух президентов – Ильхама Алиева и Сержа Саркисяна. Оба министра прощупывали возможность встречи президентов в начале июня в Санкт-Петербурге. Баку присматривается, как поведет дела новая армянская команда, и не торопит встречу президентов, не упуская из виду внутренние трудности Армении.

Встречи возобновились накануне знаменательного юбилея – как раз сегодня, 12 мая, исполняется 14 лет соглашения о перемирии в Карабахе. Этого беспрецедентного по форме соглашения удалось достичь при содействии России, которая изначально (в отличие от других стран-участниц Минской группы) видела приоритет в скорейшем прекращении массового кровопролития. Благодаря российскому посредничеству стороны конфликта ограничивали военные действия и семь раз прекращали огонь на какой-то срок.

Усталость от войны и примерное равновесие сил добавили реализма всем трем сторонам конфликта (Азербайджан, Нагорный Карабах и Армения). Упорные бои весной 1994 года у Тертера, что к северу от Степанакерта, грозили новой катастрофой: выход армян на реку Куру отсек бы северо-западный выступ Азербайджана (так было с юго-западом в 1993 году при их выходе на реку Аракс). Баку уже не выдвигал предварительных условий, готов был и к длительному перемирию.

Казалось бы, путь к соглашению был открыт. Но сорвать все могла и мелочь. Руководство Азербайджана хотело оформить прекращение огня с Ереваном, а тот не желал этого без участия Степанакерта. Сводить их представителей значило терять время и утратить шанс в случае перемен обстановки на фронте. Оставалось лишь обойти капризы сторон и подписать документ в любой приемлемой форме.

В кабинете тогдашнего азербайджанского президента Гейдара Алиева в Баку мы подготовили текст соглашения с тем, чтобы его подписали министр обороны Азербайджана и командующий армией обороны Нагорного Карабаха. Но Гейдар Алиев просил еще раз попытаться подключить Ереван. Российские дипломаты, кстати, давно говорили Еревану, что Армения – прямой участник конфликта, но там уходили от признания своей роли, хотя в итоге все же согласились подписать.

Пришлось текст повторить на трех листах для раздельной подписи каждой из трех сторон. Азербайджанский министр обороны Мамедрафи Мамедов подписал свой лист 9 мая 1994 года в Баку в присутствии российского посредника. Затем 10 мая документ подписал в Ереване его армянский коллега Серж Саркисян (сейчас новый президент страны) и 11 мая в Степанакерте – командующий карабахской армией Самвел Бабаян. Эти три листа с подписью одной стороны на каждом, сведенные в Москве воедино, и стали соглашением о прекращении огня в Карабахе. Подтвердив идентичность этих текстов конфликтующим сторонам, Россия как посредник объявила соглашение вступившим в силу с 12 мая.

Чтобы остановить войну, мы обошлись в том документе без традиционных атрибутов юридической формалистики: единой даты и места подписания, единого оригинала с тремя подписями, сочных печатей и красивой папки, формального депозитария и т. п. Оно не требовало одобрения парламентами, но зато было одобрено народами. Крайне важно, что оно по умолчанию – бессрочное.

Западные державы, ревниво восприняв прекращение огня из-за роли в нем России, сначала пытались его игнорировать, его долго числили в справочниках ОБСЕ «неофициальным» соглашением, а ныне просто замалчивают.

Хотя и сейчас в карабахском урегулировании при всей значимости ряда проблем нет ничего важнее укрепления режима прекращения огня и договоренности о том, что решать этот конфликт нужно исключительно мирными средствами.

«Время новостей»
(Москва), 12 мая 2008 г.

——————————————————————————————-

Национальная черта?..

Ашот БЕГЛАРЯН

«Бред сумасшедшего» – вот что сразу пришло в голову, когда стал читать опубликованную в бакинском издании Day.Az (29 апреля с. г.) статью  «Монте Мелконян: бесславный конец «легендарного полководца», подписанную неким Салехом Самандаровым. Однако, если вдуматься, этот бред имеет весьма опасную и характерную подоплеку…

Сразу отметим, что материал был снят с сайта через пару часов после его размещения. И, наверное, не только потому, что  версия  автора относительно гибели легендарного карабахского военачальника и народного героя Монте Мелконяна крайне глупа и нелепа. Азербайджанских цензоров, скорее, беспокоило другое…

Оставим  в стороне неуклюжие попытки автора убедить читателя в том, что выдающегося армянского командира, якобы, убил некий  азербайджанский разведчик Ибад Гусейнов, случайно встретившись с ним в ходе диверсионной вылазки, также, как и сами абсурдные, не вписывающиеся в какую-либо логику, действия диверсионной группы, «нахально разгуливающейся прямо перед носом» армянских военных.

Важнее тут отношение автора к своему детищу – воображаемому  убийству, убийству  с особой жестокостью, можно сказать – маниакальному, и глумлению над воображаемым трупом (интересно, что даже «обезглавленный» противник наводит страх на трусливых разведчиков).

«Ибаду пришлось крикнуть Фикрету несколько раз, прежде чем тот вытащил свой нож и слегка надрезал горло бородачу, щурясь от неприятной миссии. Поняв, что при дальнейшем промедлении силач (заметьте, уже получивший 2 тяжелых ранения и с надрезанным горлом (!) – автор) вполне сможет освободиться, встать и повернуть развитие событий в совсем нежелательном для братьев направлении, Ибад оттолкнул мягкотелого Фикрета, вынул свой нож и за несколько секунд отделил голову ненавистного армянина от тела. Кровь фонтанировала, и, к удивлению Ибада, безглавый боевик продолжал сопротивляться. Только после того, как Ибад отрезал ему также руку, тот наконец перестал двигаться».

Разведчик «быстро удалился к своим, взяв с собой голову, руку мертвеца», не преминув прихватить «трофейные ботинки, оружие, блокнот с фотографией, сигареты и ручку».

Далее автор делает своеобразное заключение – «Ибад считает, что принесение ритуального жертвоприношения в родной деревне рядом с его родной школой весьма символично».

Действительно, весьма символично! В этом и вся подоплека! Это сидит глубоко в подсознании многих представителей новоявленной нации – резать «неверных» в качестве жертвоприношения. Подобную жестокость, еще только-только формируясь как  нация, представители азербайджанцев проявили сполна во время армянской резни в г. Шуши в 20-ые годы прошлого столетия, в Сумгаите и Баку – уже в конце того же 20 века, в карабахском селе Марага, ужаснув весь мир, во время варварского убийства спящего армянского офицера в мирном Будапеште… Увы, начинаешь подозревать – может, это национальная черта, болезнь?..

Вот что кроется за  буйными фантазиями Салеха Самандарова. Идея ритуального жертвоприношения, как микроб чумы, который никогда не исчезает, сидит в подсознании многих азербайджанцев. Этот микроб может затаиться на определенное время, но никогда не исчезает. Он периодически активизируется, воплощаясь в  гнусные злодеяния. Об этом нельзя забывать никогда.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s